Страница 124 из 164
Плескались о борт корабля волны; просмоленные доски поскрипывали; в ночном воздухе пронзительно пахло йодом и гниющими водорослями. Коротышка с удовольствием втягивал носом запах моря.
— Мы разыскиваем своего друга, капитан. Он должен был встретиться с нами на турнире, но вы же знаете, какая там свалка! Наверное, мы разминулись. Теперь вот бродим по порту, расспрашиваем — может, кто о нем слышал: он должен был прибыть с Бангалора, и мы надеемся, что он догадался сообщить капитану, где остановился.
И Крыс подробно описал человека, который, по словам трактирного слуги, затеял пари с Джоем ан–Ноэллином.
— Нет, господа, — отвечал бангалорец. — Я его не перевозил. И вот что я вам скажу: ни один капитан не любит, когда о его пассажирах и тем более соотечественниках наводят справки у него же. Поэтому, может статься, я и знал бы его, а вам не сказал. Но теперь все обстоит еще проще: я не привозил на роанский турнир этого человека.
С этими словами он отошел от края борта и исчез из виду. Только было слышно, как он покрикивает на матросов и грузчиков, сносивших в трюм тюки и бочки.
— Что скажешь? — спросил Крыс.
— Странно, — ответил Мыш. — Он ведь не сказал, что не знает этого человека, а торжественно объявил, что не привозил его на роанский турнир. Понимай — куда–то да привозил? Или я вовсе не смыслю в людях.
— Мне тоже так почудилось, — согласился Коротышка. — Но что делать? Как доказать, что он знает этого человека, и заставить его хоть что–то рассказать?
— Деньги? — предположил Мыш.
— Не думаю, — сказал Крыс. — Если это серьезно, то на деньги он не позарится.
— Выкрасть его и выжать признание, — предложил Коротышка.
Крыс–и–Мыш хотели было воспротивиться, но, прислушавшись к себе, не отыскали в душе никаких возражений. Бангалорцы вообще не вызывали у них добрых чувств, а после случившегося с Джоем Красной Бородой и подавно стали восприниматься только в качестве врагов.
Но тут им повезло.
Мы не станем уточнять, кому именно: роанцам или бангалорцам. Возможно, везение на сей раз распределилось поровну, и каждый избежал своей порции неприятных впечатлений.
Во всяком случае из темноты донесся до них тихий свист.
— Эй, — сказал кто–то приглушенным голосом. — Э–эй.
— Кажется, это нас? — усмехнулся Коротышка. — Что ж, сходим. Не в наших правилах отказываться от заманчивых предложений.
И он удобнее передвинул перевязь, чтобы парангу можно было выхватить из ножен в любую секунду.
Загадочное лицо, закутанное по самые брови в плащ с капюшоном, поджидало их в тени крепостной стены, нависавшей над морем. Это была самая окраина порта, и сюда никто не заходил, особенно глухой ночью. Небо заволокло тучами, и люди едва различали друг друга во тьме.
— Эй, — еще раз, для уверенности, повторил незнакомец. — Я слышал, что вы искали одного человека, и еще слышал, что вы упоминали деньги.
— Мы и другое упоминали, — ввернул Коротышка.
— Этого я как раз не слышал, — сказало загадочное лицо торопливо. — И мало того, что не слышал, но и категорически против этих методов. Короче, если речь пойдет о деньгах, то мы с вами найдем общий язык. Я кое–что знаю о вашем друге.
— Сколько? — лаконично поинтересовался Крыс.
— Давайте посчитаем вместе, — оживился незнакомец. — Информация стоит дорого, а приплюсуем к этому риск, которому я себя подвергаю, ночное время — обычно я уже сплю в этот час и не имею привычки шататься по подозрительным местам, — то, что капитан отказался сообщить вам эти сведения и тем самым сразу повысил их ценность…
— А также добавим на лечение, — продолжил Ньоль–ньоль ангельским голоском.
— Позвольте, на какое лечение? — забеспокоился незнакомец.
— Обычное — поломанных костей и разбитого черепа. Такие травмы дорого стоят — и в смысле моральном, и в материальном, — невинно пояснил великан. — Так, давай, выкладывай скорее, что знаешь, а не то я из тебя сделаю рубленого поросенка, понял?
С этими словами он вытянул свою ручищу и на всякий случай ухватил загадочного собеседника за шиворот.
— Ну вот, — сказал тот. — Вот она, моя судьба. Хотел сделать махонькую коммерцию, а получил крупные неприятности.
— Мы заплатим, — сказал Мыш. — Рассказывай.
— А что тут рассказывать? Человек, которого вы ищете, на этот раз в Роан не направлялся. Но по странной случайности, а может, и совсем наоборот, он был здесь не так давно, в месяц кту–ксафо. И всего четыре дня. С нами приплыл, а когда мы двинулись назад, на Бангалоры, то вернулся на этом же корабле.
— Кто он? — спросил Мыш.
— Чего не знаю, того не знаю. Но человек, облеченный властью: наш капитан перед ним на задних лапках ходит, даром что свиреп как акула. А еще скажу вам нечто интересное: хоть он в этот раз с нами и не ехал, но провожал одного из наших пассажиров. Оба они все равно что братья — потому что у обоих на руке татуировка, такая маленькая–маленькая черная змейка. Ее очень трудно заметить.
— А ты как же заметил?
— Я бедный человек, — сказал незнакомец. — Вообще, я судовой повар — готовлю этим разбойникам похлебку, потому что не смог пристроиться получше. Деликатесы им не нужны, вы меня понимаете? Вот и приходится зарабатывать иначе. И я сказал себе: наблюдательность — это живой капитал. Может, кому–то что–то из твоих наблюдений пригодится — я таки был прав. Вы не находите?