Страница 36 из 64
— Она надменно протянула мне руку и произнесла: «Есть ли у вас хоть какая-нибудь туалетная принадлежность?» Я думаю, она хотела сказать «доблестное благородство».
Новый взрыв хохота потряс стены гостиной. Наконец Кэйт взглянула на Команчо.
— О, ты уже здесь, — сказала она. — Мы не начинали без тебя. Я очень рада представить тебе Байрона Невилла. Байрон, это наш управляющий, Команчо Киллиан.
Команчо подошел к красавцу-мужчине и вежливо протянул руку. Пожатие Невилла оказалось неожиданно крепким.
— Ничего себе, старина, какое интересное имя. Вы, случайно, не потомок коренного жителя?
— Коренного жителя? — Команчо почувствовал, как кровь приливает к его лицу.
— Индейцев, — объяснил Невилл.
— Я наполовину чистый американец, если это то, что вы имеете в виду, — не без раздражения ответил он. Какая, черт возьми, разница? Он же не просит Невилла выложить свою родословную.
Хэнк, вовремя смекнув в чем дело, решил прервать неприятный разговор.
— Теперь мы в полном сборе, и я хотел бы предложить тост. — Он высоко поднял свой бокал и с гордостью посмотрел на Кэйт. — За мою любимую очаровательную дочь и за успех Аутбэка!
— За вашу очаровательную дочь, — повторил Невилл, делая акцент на предпоследнем слове, — и за Аутбэк!
Он осушил свой бокал одним глотком и затем, к великому изумлению Команчо, бросил его через плечо, не оглядываясь, прямо в камин. Остальные рассмеялись даже больше, чем можно было ожидать в подобной ситуации.
«Какое ребячество», — подумал Команчо. Он обернулся к Невиллу.
— В каком племени вы обучились такому трюку?
— В английском, — хитро улыбнулся Невилл. — Мой отец во время войны служил у англичан. Это старый армейский обычай.
— М-да, казарменные привычки, — пробурчал Команчо, разглядывая осколки бокала в камине.
На протяжении всего обеда Невилл то и дело сыпал анекдотами и вспоминал забавные истории из своей личной жизни, перемежая их рассказами о животных и о случаях, происшедших с ним на охоте. В этом он превзошел даже Гарнера Холланда.
Команчо никогда не предполагал, что доживет до такого дня, когда почувствует себя чужим в доме Прайдов. Черт побери! Невилл, а не он был теперь в центре внимания. Кэйт не сводила глаз с Байрона и обращалась к Команчо только тогда, когда ей нужно было подать соль или перец.
Хотя Хэнк и Мимс пытались втянуть Команчо в разговор, он чувствовал себя не у дел и порой даже игнорировал их попытки. Он знал, что ведет себя глупо, как испорченный ребенок, но остановиться уже не мог.
Ему никогда раньше не приходилось ревновать, но теперь, стоило только Кэйт восхищенно посмотреть на белого охотника или улыбнуться ему, Команчо испытывал непреодолимое желание нагнуться через весь стол, схватить Байрона за воротничок и вытрясти из него душу.
Черт бы побрал этого нахала и ту лошадь, которая принесла его сюда!
— Дельта, это просто сказочная еда, — сказал Невилл, когда обед был закончен. — Не помню, когда я так вкусно обедал.
Дельта поднялась, чтобы убрать посуду со стола, и Невилл тут же вскочил на ноги, как кукла, выскакивающая на пружинке из табакерки.
— Разрешите помочь.
— Даже и не думайте, — сказал она, отрицательно качая головой. — Вам еще долго придется привыкать к заведенным у нас порядкам. Гости не допускаются на кухню.
— Надеюсь, вы не считаете меня гостем.
— Вы приступаете к своим обязанностям только завтра. Сегодня же вы еще наш гость, — ослепительно улыбаясь, возразила Невиллу Кэйт.
— Если уж говорить о наших обычаях, — вступил Хэнк, перехватив взгляд Команчо, — буду очень благодарен тебе, если ты покажешь Мимс и Байрону местные достопримечательности. Как насчет того, чтобы всем вместе сходить в «Сауэ Стар»?
Команчо никогда раньше не отказывал Хэнку. Но он не мог представить себе Байрона Невилла с его хорошими манерами и светским поведением в таком месте, как «Сауз Стар».
Не обращая внимания на то, что к нему в ожидании ответа обернулись все сразу, Команчо не сводил взгляда с Хэнка.
— Я не думаю, что это очень хорошая идея, сэр. До «Сауз Стар» почти тридцать миль, а я собирался лечь сегодня пораньше. Мы ведь хотели косить завтра с утра.
— Возможно, вы присоединитесь к нам как-нибудь в другой раз, — сказал Невилл, словно радуясь отказу. — Я был бы счастлив сопровождать наших прекрасных дам, если Кэйт будет так любезна указать мне дорогу. Конечно же, с вашего позволения, Хэнк.
«Сауз Стар» был салуном девятнадцатого века. У самого входа — совершенно прокуренный бар, в котором ковбои не брезговали выпить кружку-другую отличного дорогого пива и где случайные посетители и туристы могли довольно сытно перекусить перед дорогой. Чуть дальше — невысокая маленькая сцена, где местные таланты по вечерам наигрывали популярные мелодии в стиле кантри.
Владельцы ранчо, арендаторы и биржевики в сопровождении своих жен и любовниц посещали «Сауз Стар» по выходным, стекаясь со всего города и его окрестностей, как ручейки в реку. Лилось пиво, гудела толпа, и воздух становился все тяжелее.
— Прямо как в кино! — воскликнула Мимс, следуя за Кэйт к пустому столику. Она едва повернулась к Байрону. — Было ли у вас в Найроби что-нибудь подобное?
— Да, но я не уверен, что стал бы вас туда приглашать.
— Большинство здешних посетителей — местные жители, — ответила Кэйт. — Все знают друг друга. И шериф Шумакер или один из его людей постоянно посещают это заведение. Однако считаю необходимым предупредить, — она повернулась к Байрону, — пожалуйста, не приглашайте танцевать здешних красоток. Техасец становится абсолютным безумцем, когда кто-то пытается ухаживать за его дамой.
— Спасибо за предупреждение, но я и не помышлял ни о чем подобном, ведь рядом со мною две самые красивые в мире женщины.
К столику подошла изящная официантка и предложила меню.
— Прошу извинить Команчо за его вызывающее поведение, — сказала Кэйт после того, как был сделан заказ.
— Все мы иногда переживаем тяжелые времена, — ответил Байрон.
«Боже мой, и при чем здесь тяжелые времена, — подумала Мимс, — Команчо вел себя как ревнивый ребенок, который не хочет делиться с любимой игрушкой. Но разве можно винить его за это? Байрон и в самом деле достойный соперник».
Мимс откинулась на спинку стула, стараясь сосредоточиться на разговоре об Аутбэке, который вели Кэйт и Байрон. Несмотря на то что Невилл только что приехал из чужой страны, находящейся за тысячи миль отсюда, казалось, он чувствовал себя как дома. Такое спокойствие и уверенность могут прийти только с опытом и осознанием собственной силы — способностью справиться с любыми трудностями, встающими на пути. Иногда глаза Байрона становились печальными, как у старца, убеленного сединами. Это, как и все остальное, безумно нравилось Мимс. Она не могла припомнить, когда в последний раз мужчина производил на нее столь сильное впечатление. Если бы это был кто-нибудь другой, ей с легкостью удалось бы уговорить его попробовать себя в качестве фотомодели. Но это был управляющий сафари, приехавший к Кэйт. Значит, не судьба.
Мимс не заметила, как, задумавшись, потеряла нить разговора, пока Байрон не обратился к ней:
— Не хотели бы вы потанцевать? Она, конечно, хотела, но боялась оставить Кэйт одну.
— Идите, идите, — ободрила ее Кэйт. — Пока вы танцуете, я закажу еще вина.
— Ты уверена, что все будет в порядке?
— Конечно.
— Тогда я бы не отказалась, — согласилась Мимс,
Кэрролл Детвейлер уже принял пару кружек к тому времени, как вошел в «Сауз Стар». По мере того как он продвигался к стойке бара, посетители расступались перед ним, как море пред Моисеем.
С тех пор как Детвейлер переехал в Кервилл, он каждую пятницу посещал «Сауз Стар». Со своими дешевыми напитками, негласным договором полного невмешательства в дела посетителей и даже полного равнодушия к соседу по столику это место подходило ему так же, как когда-то «Старая таверна» в Элгине. Все-таки чертовски здорово, что можешь хоть где-то отвести душу. Это куда лучше, чем сидеть в пыльной комнате мотеля у экрана телевизора.