Страница 27 из 101
Тот не отвел взгляда и даже не моргнул. Донна, чтобы как-то скрыть свое разочарование, вновь затянулась сигаретным дымом. — Но когда мы подошли к машине, — продолжала Донна, — страх вновь поднялся в моей душе. Я не знала что делать, я смотрела на Лору, хотела просить ее вернуться. Но спокойствие подруги передалось и мне. Я теперь уже боялась не ехать с парнями, я боялась одна остаться на дороге. У них был небольшой грузовичок, ну знаешь, такой — легковая машина с небольшим кузовом. Лора забралась в кузов, и мне ничего не оставалось, как залезть следом за ней.
Гарольд сосредоточенно записывал, и Донна поняла, что сидя в кресле, она ничего от него не добьется. И тогда девушка подумала, что если она будет прохаживаться по комнате, то заставит его обратить внимание не только на рассказ, но и на самое себя. — Представляешь, Гарольд, река… лес… ночь… полнолуние, шум ветра, шум воды, где-то кричат птицы…
Гарольд отложил на какое-то мгновение ручку, и Донна уже понадеялась, что он, наконец, взглянет на нее. Но Гарольд взял бокал с лимонадом, сделал большой глоток и вновь принялся записывать.
Донна обошла стол так, чтобы Гарольд ну никак уже не мог не заметить ее. Она уперлась одной рукой в бедро и качнулась. — Гарольд, там все было залито лунным светом. Ты просто не представляешь себе, какая это прелесть: ночь, лунный спет, большие крупные звезды. Гарольд, Лора начала танцевать. Это было чудесно. Да посмотри же, я сейчас покажу тебе, как Лора танцевала.
Донна взмахнула руками и несколько раз повернулась. Гарольд пожал плечами. — Нет, ты не представляешь себе, это было чудесно. Лора танцует, она качает бедрами, вот так, из стороны в сторону, — Донна сперва провела руками по бедрам, потом скрестила их на низу живота.
Гарольд, отложив ручку, как завороженный следил за Движениями Донны. И тут она поняла: нельзя сейчас смотреть в глаза парню, нужно делать вид, будто не замечаешь его, что ты перенеслась в тот далекий, наполовину вымышленный вечер. И Донна принялась лицедействовать дальше.
Лора качала бедрами, и Рик принялся хлопать в ладоши. Меня это почему-то злило, страшно злило то, как он хлопал в ладоши. Ведь хлопали не мне, но Лоре. А и не хотела быть хуже, чем она. Мне тоже хотелось быть такой же раскованной и непринужденной. Но я не Могла заставить себя поступить так же как Лора. И тогда и поняла, как это сделать. Я так, как будто это были самые привычные мои слова, предложила: «Давайте пойдём купаться голыми»… мы раздеваемся… — Донна полуприкрыла глаза и взялась руками за вырез блузки.
Казалось, она вот-вот сбросит ее с себя. Гарольд уже и не думал записывать. Он нервно крутил в руках бокал с недопитым лимонадом и пожирал глазами Донну. Та заметила это боковым зрением и как можно более томным голосом продолжала: — Мы с Лорой раздевались. Я знала, ребята смотрят на нас. Я чувствовала на себе их взгляды, чувствовала, как они касаются своими взглядами наших тел, залитых лунным светом и отблесками костра. Мы раздевались — я и Лора — медленно-медленно, — Донна слегка потянула вырез блузки вниз, — все было как во сне, прямо как сейчас, — Донна, полуприкрыв глаза, шептала. — И тут Лора начала целоваться с Джорджем, а мне ничего не оставалось, только, как пойти плавать, потому что я была одна, ко мне никто не подошел. Это так обидно, когда ты хочешь чтобы кто-то был рядом с тобой, кто-то подошел, обнял тебя, принялся целовать, а никто не подходит, — Донна резко запахнула вырез своей блузки и сделала шаг назад.
Она услышала, как звенит стекло бокала о зубы Гарольда. — И я плыву в темной воде и слышу на берегу смех Лоры, голоса парней. Мне хочется исчезнуть, убежать, уплыть, не знаю что еще. Но я остаюсь в воде, я не могу заставить себя отплыть далеко от берега, я все время надеюсь, что хоть кто-нибудь подойдет ко мне. Но я не могу заставить себя и подплыть к берегу, ведь я же не могу сделать первый шаг, не могу же я сама напроситься в чьи-то объятия. Я слышу смех Лоры, ее счастливый смех. Я слушаю смех и не замечаю, как ко мне подплывает Тим. Он берет меня за руку, его рука такая теплая в прохладной воде. Он целует мне руку, потом перебирает губами выше, выше, целует шею, щеки, лоб и, наконец, губы, — Донна застыла в напряжении, ее голова была высоко запрокинута, рот приоткрыт. — И Тим целует меня в губы, — Донна пальцами провела по своим полуоткрытым губам, — он целует меня в губы. Я до сих пор помню этот поцелуй, ощущаю его на своих губах.
Донна провела языком по и без того влажным губам. — Его губы были мягкими и сладкими. Я помню этот поцелуй, я просто ощущаю его, даже сейчас, он всегда со мной.
Донна с закрытыми глазами ждала, когда же Гарольд, наконец, поднимется из-за стола и подойдет к ней. Она принялась прерывисто дышать и наконец, не дождавшись Гарольда, произнесла: — Мое сердце билось так, что готово было выпрыгнуть из груди, — девушка приложила ладонь к сердцу и как бы прислушалась к его биению. — Оно билось сильно-сильно, вот так. Мне казалось, его биение слышно всем, и я не стеснялась этого, потому что мне было хорошо. Было хорошо Лоре, мне, Тиму.
Тим что-то говорил мне, но я не слышала его слов, слышала только интонацию.
На глазах Донны блеснули слезы, она, наверное, перестаралась. Воспоминания, и в самом деле, подействовали на девушку больше чем на Гарольда.
Парень смотрел на блестящие глаза Донны. Казалось, он вот-вот встанет и подойдет к ней. Но он не встал и не подошел. Он все так же сжимал в пальцах бокал с лимонадом.
И тогда Донна прошептала:
Вот так. Больше этого парня я никогда не встречали, но поцелуй запомнила. Навсегда.
Как бы сбросив с себя оцепенение, Донна встряхнула головой и опустилась на диван. Она виновато взглянула на парня и промолвила: — Ну вот, собственно, и все, Гарольд, это все, что я хотела рассказать тебе сегодня.
Парень задумался. Он отложил в сторону ручку и посмотрел прямо в глаза девушки.
Глава 10
Дверь в казино «Одноглазый Джек» удобнее всего открывать головой охранника. — Блуждание по лабиринтам коридоров. — К чему в публичном доме картины Тициана? — На чьей спине перекрещиваются ремни от Кобуры? — Какую смерть предпочитает Блэкки. — Шериф еле уворачивается от пуль. — Стоит ли рисковать жизнью Одри? — Хогг как всегда приходит на помощь вовремя.
У входа в казино «Одноглазый Джек» стоял плечистый телохранитель в черном костюме. Он нервно покуривал, стряхивая пепел прямо на крыльцо. За стеклянной дверью были видны силуэты еще двух крепких мужчин. — Послушай, Дэйл, давай попытаемся войти с черного хода, потому что здесь их слишком много. — Да, Гарри, ты прав, лучше сделать обходной маневр.
Дэйл Купер и Гарри Трумен вновь нырнули в кусты. Они были одеты в черные одежды, на боках висели револьверы. — Давай, давай, осторожно, старайся не скрипеть, — прошептал Гарри. — Да я и так ступаю как настоящий индеец, — ответил Дэйл Купер. — Хорошо. — Да и к тому же сейчас такой ветер, что наших шагов не услышит даже волк. — Хорошо, не услышит, так не услышит.
Мужчины обошли казино с другой стороны. Из кустов, где они затаились, был хорошо виден черный ход. У крыльца расхаживал телохранитель с толстой сигарой в руке. Он поглядывал в темноту ночи, как будто кого-то ожидал.
Дэйл Купер запрокинул голову и взглянул на темное ночное небо. Плыли рваные облака, изредка обнажая белый диск луны. — Ну и погодку мы выбрали для операции, — сказал Дэйл Купер, вытирая капли дождя, которые сыпанули с ветви ему на лицо. — Погода — что надо, лучше и не придумаешь. — Да, можно сказать, нам с тобой повезло. Что будем делать? — спросил Дэйл Купер. — Как это что? Будем действовать дальше. Ведь мы пришли сюда не за тем, чтобы сидеть в кустах и слушать шум ветра? — Конечно.
Гарри Трумен прикоснулся рукой к плечу Дэйла Купера и, пригнувшись, двинулся к черному ходу. Он со стороны подошел к плечистому охраннику, который вглядывался в темноту и легонько прикоснулся к его шее.