Страница 25 из 85
Справа от девы развалился лесовик — высокий и худой, смахивающий на дерево своей нескладностью, коричневой, словно кора, кожей и зеленой порослью, заменяющей ему и волосы и одежду. Когда же Эштин повернул голову к своему соседу, то чуть со стула не полетел. И торопливо пересел на пустое место между ним и вампиром. Хеннер хмыкнул — и чего парень запаниковал? Ну, великанша… На физиономию, кстати, очень даже ничего. Для ее племени. Ну да, Эштин ей даже до плеча не достает… А дергаться-то зачем? Вампир ткнул Эштина в бок и прошипел:
— Не позорься, вернись на место!
— А я с тобой хочу сидеть! — заупрямился тот.
— Так не принято, — терпеливо объяснил Хеннер. — Сам посмотри, за столом все сидят мужчина-женщина. И поухаживай за дамой, будь мужчиной! Кстати, попытаешься пересесть, она и обидеться может. Вот тогда я тебе не позавидую. Это он, конечно, приврал, ничего бы великанша Эштину плохого не сделала. Разве подшутила или обсмеяла «трусливого человечка». Но Эштину об этом знать вовсе не обязательно. Вампир язвительно понаблюдал за тем, как парень передвигается на свое место — с отчаянно-обреченной физиономией. Ничего, ему полезно. Раз уж заявился на наше празднество, будь готов к любым соседям. Слева от Хеннера сидела баньши, что тоже слегка его нервировало — после случая с призраком, хоть вампир и понимал, что поводов нет. Но паниковать или, еще глупее, пересаживаться, он считал ниже своего достоинства. Между Хеннером и Эштином уселась красавица-дриада, сразу завладев вниманием парня. А вот вампир на лесную деву внимания не обратил — не интересовала его растительная нечисть, прежде всего потому, что они были нетеплокровными. Издержки натуры хищника. Нет, со своими, местными дриадами, лесовиками и прочими, вампир даже поддерживал некое подобие дружбы. Но исключительно платонической. А вот Эштин, в лучших традициях хомо, которые якобы «сапиенсы», уже пожирал зеленоволосую красавицу в прозрачном платье жадными глазами и рассыпался в комплиментах. Первый тост произнес тритон, могучий мужчина с мускулистым торсом, длинными зеленоватыми волосами и усами. Речь традиционно желала всем присутствующим здоровья и удачи. Дальше тосты следовали один за другим, а ближе к полуночи столы опустели — начались танцы. В первом хороводе участвовали все — это был многовековой ритуал, поддерживающий вязь реальности. Мало кто из людей знал об истинной сути этого танца, и еще меньше могли правильно его танцевать. Но участие людей было необходимостью, поэтому на праздник приглашались танцовщицы храма Матери, которые этим искусством худо-бедно владели.
А с немногочисленными гостями-неучами вроде Эштина вставали в пару существа достаточно сильные, чтобы правильно вести за собой человека и, в случае чего, подкорректировать его ошибки. Хеннеру, само собой, это не требовалось. Нужные фигуры и движения жили в нем, сколько он себя помнил, и теперь достаточно было раскрыться, настраиваясь на общую волну, и он легко влился в свивающийся и ширящийся поток. Пока вампир окончательно не «ушел» в танец, он попробовал отыскать в толпе Эштина. Не удалось. Что ж, не страшно. Парню ничего не грозило, просто Хеннеру было любопытно, кого он выбрал себе в пару. Точнее, кто выбрал его… Но не прошло и дюжины секунд, как вампиру стало ни до чего и ни до кого. Танец захватил его, Хеннер чувствовал, как в вязь, плетущуюся из музыки, движений и ощущений, вливаются все новые и новые существа. Каждый находил в рисунке танца свое, только ему предназначенное сегодня и сейчас место, дополняя, расцвечивая мистерию своей индивидуальностью. Сейчас вампир воспринимал окружающих полузапахами-полуощущениями.
Плеснула инертная горьковато-освежающая струя — это кто-то из растительных. Ворвался железно-будоражащий, чуждый, пряный запах — оборотень, явно самец. Безликая воздушная волна, пронизанная энергетикой — элементаль воздуха… Кого-то Хеннер просто не успевал отследить, кого-то не мог определить. Да это было, собственно говоря, не так и важно. Танец двигался к апогею. Финальный аккорд распустил фонтанирующий цветок, выкидывая вовне посыл каждого, переплетенные в единый поток. Миг тишины — и музыка сменилась, став мягкой и успокаивающей.
Вампир выдохнул, выходя из транса и оглядываясь по сторонам. Вот теперь «официоз» закончился, и можно было, собственно, развлекаться.
По крайней мере, Хеннер воспринимал все именно так. Толпа разредилась, кто-то вернулся за столы, кто-то разошелся по укромным уголкам, и Хеннер почти сразу увидел «потеряшку». Эштин болтал с… Маджем?! И тут ухитрились пересечься! Третьей в компании стояла невысокая девушка с серебристыми волосами и соблазнительной фигуркой. Парень приветственно махнул рукой, предлагая вампиру присоединиться. Тот только вздохнул, но пошел к ним, обходя танцующих — мальчишка все равно не отцепится.
— Доброго праздника! — приветливо кивнул Мадж. Надо же, бабка обучила его правилам вежливости… Стоп. А эта среброволосая девчонка случайно не упомянутая родственница?
— Доброго праздника, — кивнул Хеннер, обращаясь к квартерону и его спутнице.
— И тебе того же, — мурлыкнула девушка, и добавила, кивнув на Маджа. — Внук говорил, ты хороший профессионал. Но почему-то не сообщил, кто ты.
— По-твоему, это существенно? — невозмутимо поинтересовался Мадж. На лице красавца и ловеласа читалось иронично-насмешливое выражение.
— Уже нет, — так же невозмутимо отозвалась нимфа. — Уверена, уважаемый вампир знает правила, и ты в полной безопасности… Ох… — она напоказ захлопала ресницами и перевела взгляд на Эштина. — Надеюсь, твой спутник в курсе? Я бы ни в коем случае не хотела ставить тебя в неудобное положение…
— В курсе, в курсе, — кивнул Эштин, пожирая глазами собеседницу с таким выражением, что было ясно, на то, что напарник вампир, ему глубоко плевать. А вот на стоящую рядом симпатичную девчонку — нет. А Хеннер впервые получил невероятное удовольствие от бесхитростной реплики наивного мальчишки. Элементаль воды пыталась скрыть ошарашенное выражение, потом рассмеялась, махнула головой.
Разлетевшиеся серебристые локоны обдали рядом стоящих мельчайшими брызгами, не крупнее капель тумана.
— Твои слова заслуживают награды. Потанцуем? Не дожидаясь ответа, схватила Эштина за руку, потянула за собой в круг. Впрочем, то, что мальчишка не собирается отказываться, было написано у него на физиономии во-от такими буквами… Хеннер хмыкнул и повернулся к столу. Подцепил кусок мяса, плеснул в стакан вина. Правда, присаживаться не стал — неохота было.
Наоборот, отошел в сторону, давая возможность добраться до стола невысокому брауни в зеленых штанах и красной рубашке. Неторопливо уничтожая еду, Хеннер наблюдал за танцующими. И за Эштином с нимфой тоже — они были совсем недалеко. Девчонка вовсю прижималась к партнеру, они разговаривали и вообще выглядели весьма интимно. Хеннер мог поставить один против ста, что нимфа сейчас не только и не столько соблазняет (смысл, Эштин и так увлечен, разве на задних лапках не танцует), сколько просвещает мальчишку, какие вампиры опасные и мерзкие существа… Многие элементали вампиров недолюбливали, Хотя причину Хеннер понять не мог — их интересы не пересекались, ну никак.
— По-моему, нам стоит потеряться, — негромкий голос Маджа раздался из-за левого плеча вампира. Хеннер обернулся, Мадж, с куском пирога в одной руке и стаканом в другой, задумчиво уставился на бабушку и Эштина. Отхлебнул вина, добавил:
— Впрочем, ты как хочешь, конечно… А я пошел.
— Да ладно, идем. Они обогнули стол и направились к реке, в относительную тишину, подальше от танцев и толпы. Вампир понадеялся, что он правильно понял квартерона, и что нимфа займет Эштина подольше. Поскольку с хвостиком в виде человека вампир вряд ли мог рассчитывать на планируемо-приятное продолжение вечера… Хеннер внезапно ощутил пристальный взгляд, обернулся. Широкоплечий парень еще пару секунд пристально смотрел вампиру в лицо, затем отвел взгляд и скрылся среди танцующих. Вампир не стал обращать внимания — мало ли.