Страница 40 из 92
— Да, дорогой. Конечно…
Ее высокие каблуки жалобно заскрипели под напором необъятной фигуры.
Хоппи Юниац, случившийся поблизости, не преминул прокомментировать это событие.
— Паршивые десять центов, — тихо пробормотал он, — я мог бы получить не меньше десяти штук за ее бриллианты.
— Это уже кое-что. Ты не узнал ее? — поинтересовался Саймон.
— Она тоже из актеров?
— Нет. Она занимается благотворительностью, и счет идет не на десятицентовики. Миссис Лора Уингейт. Я видел ее фото в газетах. Она же финансирует Стефана Эллиота — господина, который ее сопровождал.
— А чем она занимается?
— Филантропия… Дома для обездоленных и все такое…
— Не задерживайся, Хоппи, — сказал Святой, не повышая голоса.
Юниац достал очередную монету, опустил ему в кружку и, не оглядываясь по сторонам, удалился.
— Храни тебя Господь, — напутствовал его вслед Темплер.
Тут вдруг перед ним появился хорошо одетый высокий блондин с резкими чертами лица. Тонкая полоска усов подчеркивала брезгливо опущенные уголки рта. Из-под небрежно надвинутой дорогой шляпы на него презрительно смотрели бесцветные глаза.
— Помогите бедному слепому… Купите у меня карандаш, — затянул Саймон.
— Надо поговорить, — оборвал блондин.
— К вашим услугам, сэр.
— Ты новичок здесь, не так ли?
Святой кивнул.
— Да, сэр. Мой приятель говорил, что здесь неплохое место. Он умер недавно…
— Да, это точно. Он умер. А знаешь почему?
— Нет, сэр.
— Туго соображал. Может, ты окажешься умнее?
— Не совсем понимаю вас, сэр…
— Я объясню. Ты что-нибудь слышал о Благотворительном Обществе?
Святой, подражая слепому, беспомощно засуетился.
— Я новичок в этом городе, — заскулил он. — Никто мне не говорил…
— Возглавляет его Король нищих.
Посреди улицы современного Чикаго этот титул звучал нелепо, напоминая о временах Средневековья. Но нет, этот фантастический титул сорвался с тонких, презрительных губ блондина со зловещей ухмылкой. У Святого похолодело внутри, но внешне он по-прежнему оставался суетливым слепым нищим, хотя и немного напуганным.
— Я… слышал что-то о нем. Да, сэр. Я припоминаю.
— Ну тогда присоединяйся к нашему обществу, — напирал незнакомец.
— Полагаю, мне незачем..
— Подумай хорошенько. Этот парень тоже слишком долго раздумывал. Так что?
Саймон замолчал, потом обреченно кивнул.
— Умница, — похвалил его блондин. — Сегодня в десять будь на месте. Я подъеду.
— Да, сэр, — пролепетал «слепой».
VI
— Да это же Фрэнки, — объявил после его ухода Хоппи. — Он совсем не изменился.
— Фрэнки собственной персоной, — улыбнулся Святой. — Процесс пошел. Он собирается ввести меня в Благотворительное Общество и, вполне возможно, представить самому Королю.
— И тогда уж мы зададим ему жару!
— Ты же знаешь, Хоппи, я никогда не покушался на жизнь монарха. — На лице «слепого» заиграла нахальная ухмылка, которая уже возвестила конец не одной преступной карьеры.
— Здорово. Но это будет непросто.
— Если я доберусь до него со своей «Бетси»…
— Все дело в том, что тебя не приглашали. Эскорт мне не положен по рангу. Так что тебе придется действовать скрытно.
К десяти часам выручка Темплера уже равнялась тридцати долларам двадцати семи центам плюс жетон для проезда в юродском транспорте Лос-Анджелеса, который он оценивал не менее шести центов.
Оружия на этот раз он не брал. Даже любимый нож с ручкой из слоновой кости остался в гостинице. Предстояло только осторожно познакомиться с будущим противником.
Ровно в десять неприметное темное авто притормозило невдалеке от него. Лицо шофера было скрыто полями низко надвинутой шляпы. Руки на рулевом колесе явно не принадлежали Королю, уж очень неопрятно они выглядели. Кроме того, монархи редко водят машину сами. Тут из машины выбрался Фрэнки и направился к нему.
Настроение блондина после обеда явно не улучшилось. Он скорее был похож на акулу, которая собиралась слопать аппетитную макрель, а проглотила старый, дырявый башмак. Все еще что-то пережевывая, мистер Вейс остановился перед Святым и посмотрел на него сверху вниз.
Саймон звякнул монетами в жестяной кружке.
— Не поможете бедному слепому, сэр?
— Оставь свои фокусы для других, — оборвал его Фрэнки. — Можно подумать, ты меня не узнал.
Святой замялся.
— Ах, да. Вы тот человек, который… Мне знаком ваш голос. Я слеп…
— Все может быть, — заметил Вейс скептически. — Давай собирайся, пора.
— Что вы… ах, да, сэр. Но мне хотелось бы узнать поподробнее… об этом деле.
Костлявые пальцы Фрэнки больно впились в руку Темплера.
— Хватит болтать, — отрезал он, и Святому оставалось только надеяться, что Хоппи Юниац не отлучился от своего поста в полуквартале от этого места. Тем временем его запихнули на заднее сиденье «седана», и звук захлопнувшейся дверцы возвестил о неотвратимом наступлении новой главы этой истории.
Неопрятный вид шофера только подтвердил его подозрения, что пока он имеет дело только с пешками. У Саймона было слишком мало времени, чтобы оценить ситуацию: как только машина тронулась, Фрэнки сорвал с него темные очки, и на их месте оказалась эластичная и абсолютно непрозрачная повязка. Святой убрал очутившиеся у него на коленях очки в карман и робко запротестовал.
— В чем дело? Не надо мне завязывать глаза!
В ответ раздался короткий смешок шофера, но в голосе Фрэнки зла не чувствовалось.
— Может, так оно и есть, а может, и нет.
— Но…
— Хватит. Побереги свое красноречие для полиции. Ты думаешь, нам не все равно? Каждый зарабатывает, как умеет. — Теперь в его словах слышалась нескрываемая насмешка. — Тут мы расходимся с властями. Не поднимаем шума из-за лицензии на подаяние. Если ты парень сметливый и можешь их надуть, нет вопросов. Но все это до тех пор, пока не захочешь повторить эту шутку с нами.
Саймон замолчал. Фрэнки фамильярно похлопал его по колену.
— Нас это не касается. У нас к тебе только один вопрос. Сколько?
— Ну, что ты, — снова засмеялся шофер. — Парень будет паинькой, не так ли?
— Заткнись, — беззлобно огрызнулся Вейс. — Будь уверен, все так и будет. А твое мнение по этому поводу никого не интересует.
Тем временем его руки ощупали Святого с головы до пят, не пропустив ни одного дюйма, где можно было спрятать оружие.
— Я ничего не понимаю. Куда мы направляемся? — жалобно запричитал Святой.
— Это что-то вроде масонской ложи, — небрежно бросил Фрэнки. — Тебя представят и приведут к присяге, понял?
Все это время Саймон пытался определить направление движения. Но даже уроженец Чикаго давно запутался бы в этих поворотах и объездах. Оставалось только надеяться, что им не удалось сбить со следа Хоппи, висевшего у них на хвосте.
По расчетам Саймона не прошло и получаса, как машина остановилась. Щелкнула открывающаяся дверца. Святой попытался снять повязку, но те же костлявые пальцы перехватили его руку, грубо вытащили из машины и повели куда-то. Свежий ветерок обдувал лицо, послышался отдаленный гул поезда. Очевидно, они были где-то в пригороде.
Дверь за ними захлопнулась. В подъезде гулко отдавались их шаги, послышался лязг еще одного замка, и пришлось спуститься куда-то по ступенькам.
— Вот мы и пришли. Включи-ка свет, — послышался голос Фрэнки. — Стой на месте, сейчас я сниму повязку.
Яркий свет ударил Саймону в глаза, он вздрогнул и остался стоять неподвижно, понимая, что из темноты за ним внимательно наблюдают. Старый полицейский прием. Хозяева Малыша следили за каждым его движением: им предстояло решить, не принадлежит ли он к какой-нибудь соперничающей группировке, а заодно и запомнить его внешность на случай предстоящего возмездия.
— Мы приветствуем тебя от имени Благотворительного Общества и рады принять тебя, в ряды организации, созданной для помощи и защиты таких же обездоленных, как ты, — раздался из динамика неестественный, дребезжащий голос…