Страница 19 из 19
Вновь шелестит плащ Гипноса.
Я продолжаю смотреть сверху на мутно-серый океан — и одновременно стою в тёмном трактире. От его двери ведёт пять дорог.
Шаг — и я оказываюсь в огромном зале, освещённом сотней факелов. Но вместо одного трона на возвышении стоит два. Конечно, тот, на котором сидит царственная жрица Эль-Мари, и выше, и богаче украшен; но трон короля Бен-Хевлета ничуть не роняет достоинство правителя. Чуть позади, по левую руку жрицы, стоит полководец Матул; на его лице написана спокойная уверенность и лёгкая пресыщенность излишне пышными мероприятиями.
Но почему же я смотрю правителям прямо в лицо? Всё просто; я — в первом ряду толпы, собравшейся на празднике Первого Полнолуния. Я — почётный гость, лично приглашённый жрицей, равно как и стоящая рядом со мной…
Шаг назад.
Прости меня, Эл.
Шаг — и я под сводами готической церкви. Нет, нет, постойте, какой церкви? Это же обыкновенный ночной клуб! Я стою, опершись на металлическую спинку стула, и с лёгкой улыбкой наблюдаю за двумя моими добрыми друзьями, танцующими под гитарную музыку. Я не люблю танцевать, да ещё в таком ритме; пусть развлекаются сами. Но всё равно хорошо, что они вытащили меня сюда; компания в клубе хоть и разношёрстная, но очень колоритная. Попадаются, конечно, и личности, лишённые вкуса, но большинство выглядят очень впечатляюще…
Шаг назад.
Простите меня, Бенни и все готы города.
Шаг — и я на крыше дома… нет, над крышей дома. Зачем ещё что-то говорить? Я лечу — на двух сильных, здоровых крыльях. Рядом со мной какая-то девушка — очень миловидная, но совершенно мне не знакомая. То есть не знакомая мне-реальному; тот, кто снится Магде, знает, что это одна из её подруг; он знает и то, что эта девушка во многом похожа на меня, и что если бы мы встретились…
Шаг назад.
Прости меня, Магда.
Шаг — и я иду по ночной улице. Меня окружает шумная полупьяная компания; я смущённо улыбаюсь раздающимся вокруг грубоватым шуткам и думаю, что всё-таки, чёрт возьми, в этих людях есть много хорошего. В конце концов, не зря же такой достойный человек, как Бенни, дружит с этими парнями — и особенно с Мэттом. Да, он может показаться излишне брутальным, но если вглядеться…
Шаг назад.
Никогда не думал, что скажу это, но всё же… прости меня, Мэтт.
Передо мной последняя дорога. Она ведёт в мир Вивиан — в тот мир, где нет Танатоса. Я уже слышу доносящееся оттуда пение…
Шаг — и я…
Зажмуриваюсь изо всех сил.
Я не хочу знать правду.
Я только что положил телефонную трубку и сидел, уставившись на аппарат. Я успел пообщаться с Бенни и Магдой, которые, по-видимому, были немало удивлены, услышав мой голос. Признаться, я и сам себе удивлялся — но иначе поступить не мог.
Я должен был знать, могу ли верить Гипносу.
И оказалось, что могу.
Конечно, было бы слишком смело сказать, что я научился смотреть на людей другими глазами. Нет, я только начинал учиться. Я понял, что зеркало сновидений ничуть не более надёжно, чем зеркало реальности — и что законы сна и яви во многом совпадают.
Пару секунд назад я попрощался с Эл. Наш разговор был даже более долгим, чем обычно — и куда более доверительным. Её голос, когда она шептала "Пока", был настолько нежным, что я усомнился, со мной ли она разговаривает. Только потом я понял, что не только она разговаривает со мной, но и я — именно с ней. С ней, а не с образом, который я сам придумал для себя.
Только один номер остался не набранным. Я успел выучить его наизусть — но не хотел им пользоваться сейчас.
Я отпускаю тебя, Вивиан. Я оставляю тебе твой мир и твои дороги. Залитая солнцем степь слишком широка для меня, а ты к тому же привыкла ходить быстро. Спасибо за то, что однажды мы встретились на обочине. Спасибо — и прощай. Себе я оставлю лишь память о твоём голосе.
Мои мысли разлетелись вдребезги от телефонного звонка. Вздохнув о своей мечте, которая рассеялась от резкого звука, я взял трубку.
— Алло…
— Алло, Джерри? Это Вивиан…
* стихи Елены Бушуевой.