Страница 44 из 45
— Неееет!!! — нечеловеческий крик боли и отчаяния потряс воздух.
В разуме Идущего ломались все барьеры и предрассудки, выпуская из глубин его души настоящего зверя. Он не был Темным Властелином, он был самим воплощением слова СМЕРТЬ. Невероятно как, но благодаря голым чувствам ненависти и жажды мщения он смог создать заклинание, которое стояло на ступень выше божественной сущности Шиллен. Что-то упругое толкнуло Идущего вверх и он в едином плавном движении встал и нанес удар. Его магия не имела никакого визуального воплощения, незримый кулак впечатался в Богиню и отшвырнул ее к Вратам Забвения. Идущий протянул руки и подхватил падающую Синдарин. Она была еще жива. Эльф аккуратно уложил ее на камни.
— Зачем?… Зачем ты это сделала?…
Она слабо улыбнулась. Губы еле слышно прошептали:
— Ты три раза… спасал мне… жизнь… Должна же я… была отплатить…
— Нет! Прошу тебя, только не умирай!
— Глупый… все мы… дети Эйнхазад…
— Я не хочу снова терять тебя!!!
— Будь сильным… И тогда мы еще встретимся…
С этими словами ее голова бессильно свесилась. Она умерла. Очередная молния осветила ее прекрасное лицо. Идущий взвыл. Капли дождя смешивались с его слезами, делая их незаметными. Он не осмелился дотронуться до своего меча, чтобы вытащить его из тела любимой.
Он встал и пошел к Богине, которая убила его любовь. Шиллен только что смогла очнуться от мощного удара и в недоумении разглядывала приближающуюся фигуру.
— Ты!!! Как ты с-смог…
Договорить он ей не дал. Разбежавшись по Дороге Мертвых Идущий вскочил на постамент ближайшей статуи и, оттолкнувшись от него, с размаху воткнул свою ногу в ненавистное лицо. Его удар сопровождался мощным громом. Тело Шиллен после сильнейшего пинка воткнулось в камень древних плит, раскрошив их на мелкие кусочки.
Она ничего не понимала, странное никогда раннее не испытываемое чувство овладело ей. Темной Богине было невдомек, что название этому чувству — физическая боль. Шиллен соединила собственную божественную сущность со своим мирским телесным воплощением и вполне справедливо считала, что как Богиня, она вполне защищена от примитивных физических ударов, однако Идущий разрушил эту уверенность. Каким-то непостижимым образом он под влиянием своих чувств смог пробить божественный ореол защиты Шиллен. Это означало только одно — его желание уничтожить Богиню было выше и сильнее желания божественной воли Шиллен привнести Фестиваль Тьмы в Аден.
Это было невероятно, и наблюдавшие схватку Стражи Теней благоговейно затаили дыхание, ибо на их глазах рождалась Легенда. Пусть не совсем обычный, но все-таки Смертный Герой голыми руками без какого-либо оружия расправлялся с одним из древнейших Богов мира. Теперь уже Шиллен едва успевала уклоняться от бешеных атак Идущего. Она совсем растерялась и попыталась вновь контратаковать хвостом. Громовержец блокировал удар и перехватил хвост. Вздох изумления вырвался у всех наблюдателей схватки, когда Идущий поднял огромную тушу в воздух и, раскрутившись, швырнул Шиллен в одну из статуй. Изваяние не выдержало мощного удара и разлетелось на мелкие кусочки. Богиня, так же как совсем недавно беспомощно лежал Темный Эльф, распласталась на земле, присыпанная обломками статуи.
Он стоял на Дороге Мертвых и терпеливо ожидал пока Шиллен поднимется. От фигуры Эльфа расходились упругие волны горячего воздуха, как будто бы вместо хлеставшего ливня светило яркое полуденное солнце. Это была не магия, это было что-то намного древнее и фундаментальнее. Вокруг Идущего образовалась невидимая сфера, в которой перестал идти дождь — тяжелые капли воды, попадая в струи горячего воздуха просто не успевали долететь до земли, они испарялись.
Шиллен наконец-то поднялась. Она стояла на прямой линии между Идущим и открытыми Вратами Забвения. Богиня хотела что-то прошипеть, но Идущий не дал ей слова:
— Я низвергну тебя в тот ад, из которого ты явилась сюда!
С этими словами волны, исходящие от Эльфа, стали намного сильнее. Они тугими смерчами закрутились вокруг его рук, формируя комок смертельной магии. Ненависть, душившая его изнутри, вкладывала в этот последний удар все силы, знания и опыт Идущего. Он буквально сжигал самого себя, чтобы уничтожить зло, прорвавшееся в Аден.
Комок яркого белого света оторвался от его рук и устремился к Шиллен. Она даже не попыталась защититься. Шар врезался в ее лицо и мощно швырнул ее обратно во Врата Забвения. Богиня скрылась во тьме за Вратами. Только когда створки стали медленно закрываться, донесся ее громкий крик:
— Не-е-ет!!! Ты ещ-ще заплатиш-шь!!!
Врата закрылись, издав тяжелый скрипучий удар. Эльф обессилено опустился на землю. Теперь ему стало все безразлично и можно спокойно умереть здесь рядом с Синдарин…
Наги и Рыцари Хаоса испарились вместе с Шиллен. Стражи Теней неловко зашевелились. Ливень как-то незаметно перестал идти, и с востока сквозь хмурые облака прорвалось утреннее солнце.
Идущий не знал, сколько просидел так — склонив голову, уставившись бессмысленным взглядом в даль, держа на коленях тело Синдарин. Сзади подошел Путник и положил руку на плечо:
— Ты выполнил свой долг. Сегодня родилась новая Легенда, и имя твое навечно попадет в Хроники…
Ему ответил хриплый постаревший голос:
— Нет… Теперь я проклят навеки… даже если и останусь жить, меня все равно прикончат…
— Почему?!!
Эльф неопределенно указал рукой в сторону Стражей Теней.
— Посмотри на этих Темных Эльфов. Только что их Патриарх убил их Богиню. Как ты думаешь, мой народ оценит это?
— Но ведь у тебя не было другого выхода!!!
— Тетрархи так просто мне это не оставят. Теперь я Отступник. Изгой, на которого скоро объявят охоту.
— Альянс защитит тебя! Даю слово Лидера!
— Не нужно… Я теперь не нужен Альянсу. Эта схватка убила Громовержца, я стал обычным Смертным, не способным зажечь и маленького огонька — магия покинула меня навечно.
— Ты сможешь вспомнить, пройти путь Заклинателя заново. А может быть, даже сможешь выбрать новый путь. Стать, к примеру, Хозяином Теней…
— Нет… я устал…
Орк хотел еще что-то сказать, но Эльф поднялся и повернулся к нему. Он бережно передал Путнику тело Синдарин.
— Похороните ее с почестями как подобает. Это моя последняя просьба к тебе, друг…
— Хорошо…
— Я снимаю с себя все титулы и звания, которыми владел… Больше они не нужны мне…
— Что же ты будешь делать?
— Мне нужно исчезнуть, пока Темные Эльфы не получили приказа убить меня.
— Значит… мы больше не увидимся?..
— Кто знает, Орк… Кто знает…
Идущий развернулся и медленной походкой пошел навстречу солнцу. Его сгорбленная фигура еще долго вырисовывалась на горизонте. Путник смотрел ему вслед и думал о том, что судьба слишком несправедлива к истинным Героям. По его зеленой щеке катилась скупая слеза…
Эпилог
— Вот видишь, сестра. Твое мировоззрение опять оказалось несостоятельным…
— Я не могу понять… Как он с-смог без-з оруж-жия и печ-чатей победить меня?..
— Ты сама выбрала себе такого кандидата. Он очень силен.
— Теперь он никто. Мой народ рас-сквитается с ним! Я буду отомщ-щена!
— Перестань, сестра. Ну откуда в тебе столько желчи? Раньше ты была намного милосерднее.
— Теперь мне опять с-сидеть ч-четыреста лет в этом заточ-чении!!! И ты еще смееш-шь говорить мне о милос-сердии?!!
— В заточении сидит твое мирское воплощение. Твой дух всегда свободен, иначе мы не могли бы разговаривать, ведь так?
— Да… Вс-се равно, мне это не нравитс-ся…
— Ты просто раздосадована, что снова не смогла утолить свою неуемную жажду власти над Смертными. Поверь мне, если будешь и дальше пытаться привнести в Аден Фестиваль Тьмы, то никогда не сможешь вырваться из Врат Забвения.
— Ч-что ты хочеш-шь этим с-сказать?
— Только то, что в следующий раз произойдет то же самое. Если ты не изменишь своего мировоззрения, твой народ постепенно отвернется от тебя, так же как это сделали Митраэль и Идущий.