Страница 43 из 45
Темный Эльф отрешился от всего этого и сосредоточился на Вратах. Он сразу же заметил семь небольших углублений, что покрывали помутневший от времени металл створок. Когда он подошел на расстояние пяти метров браслет Семи Печатей наконец-то освободил его руку. Маленькие шары расцепились и сами собой медленно полетели в сторону сферических ямок. Каждый из них соприкоснулся со своей нишей и издал сухой щелчок. Ярчайшая вспышка озарила старое кладбище, превратив на несколько мгновений ночь в день.
Когда Идущий осмелился разлепить ослепшие глаза, он увидел, что печати исчезли, а Врата Забвения открыты…
Все в мире замерло. Перестал идти дождь, остановились монстры из свиты Шиллен, застыли Стражи Теней. Идущий неподвижно стоял у открытых Врат и взирал в открывшуюся за ними Бездну. Там действительно было Ничто. Абсолютный мрак, вечная темнота, которая гипнотически приковывала взгляд к себе, лишая возможности пошевелиться.
Это свершилось! Несмотря на все протесты и клятвы, которые он давал сам себе, он все-таки сделал это! Судьба. От нее не уйдешь…
Из Бездны потянулись маленькие струйки мрака. Они медленно текли по воздуху и начали соединяться, образовывая знакомый до боли силуэт. Каждому Темному Эльфу известен этот образ с рождения.
Шиллен просыпалась. Она оказалась очень похожа на своих младших слуг Наг, только была раза в три крупнее. Шестирукая пепельно-серая женщина со змеиным хвостом вместо ног. Ее глаза скрывала повязка из плотной материи, потому что пресветлая Эйнхазад навечно лишила Шиллен зрения. Густые волосы на голове Шиллен жили своей отдельной жизнью — каждый шевелился и извивался неповторимым образом, создавая ощущение присутствия клубка змей на голове Богини.
Над Дорогой Мертвых зазвучал шипящий голос:
— Ш-ш-ш…. Я вернулас-с-сь!!! На колени!!!
Темные Эльфы из рядов Стражей Теней (а их там было не мало) сразу же пали ниц. Идущий спокойно остался стоять напротив своей Богини. Остальные Герои растеряно озирались, не зная как поступить.
Шиллен оказалась не обделена терпением. Ее гневный выкрик сотряс кладбище:
— С-с-смерды! С-с-склонитес-с-сь или умрите!!!
Она одновременно хлопнула в ладони всеми шестью руками. Раздался оглушительный шлепок и мощная воздушная волна концентрическим кругом разошлась окрест. Все кто принял эту волну стоя, тут же упали и отлетели на добрый десяток метров. Все, кроме Идущего — он спокойно продолжал стоять и угрюмо смотреть на Шиллен. Его спас незримый магический кокон, который он сотворил за мгновение до удара.
Шиллен обратила внимание на напряженную фигуру своего освободителя:
— Ты… раз-з-зве не хочеш-ш-шь выраз-з-зить поч-ч-чести с-с-своей Богине?
Идущий поднял голову и Шиллен отшатнулась, увидев абсолютное белые глаза Громовержца без радужной оболочки и зрачков. Его глаза светились мягким белым пламенем. Наполненный силой и спокойствием голос вместо ответа надменной Богине произнес древнюю как сам мир формулу вызова:
— Я, именуемый Громовержец Идущий, Патриарх и Духовный Лидер народа Темных Эльфов, главный советник Лорда Адена, член Сената Пяти Рас, один из командующих Альянсом Стражей Теней вызываю на дуэль тебя мирское воплощение Богини Шиллен, Матери Водной Стихий, прародительницы перворожденного народа Эльфов, низвергнутой Богами в Хаос и Тьму.
Тишина безмолвным озером разлилась у Врат Забвения. Казалось, что Шиллен не поняла ни слова из уст Идущего. Однако, через несколько секунд, она, опомнившись, зашипела с новой силой:
— Ты!!! Да как ты пос-с-смел!!!
Громовержец достал Чудотворный меч и простер его острием к Богине.
— Ты принимаешь вызов или сдаешься?
Шиллен задохнулась от гнева. Ее жуткий ответный выкрик поколебал все статуи на Дороге Мертвых и окончательно оглушил воинов Стражей Теней, что распластались по всему кладбищу.
— Я ПРИНИМАЮ ВЫЗОВ!!! БЕЗ ПЕЧАТЕЙ ТЫ ОБЫЧНЫЙ С-СМЕРТНЫЙ И Я РАЗДАВЛЮ ТЕБЯ!!!
Богиня прыгнула навстречу к Идущему, словно развернувшаяся тугая пружина ее тело стремительно рванулось вперед. Она намеревалась голыми руками размазать Эльфа по камням. Но Идущий оказался не так прост. За его спиной стоял опыт сотен сражений и схваток. Он ловко уклонялся от размазанных от скорости ударов огромной разъяренной шестирукой женщины. Громовержец на мгновение замешкался, пытаясь выговорить боевое заклинание, и тут Шиллен достала его своим хвостом. Толстый чешуйчатый канат отшвырнул Эльфа на три метра. Его мощно впечатало в одну из статуй Лидеров Людей. В глазах помутилось, он едва успел прийти в себя, как увидел быстро надвигающийся кулак Богини. Нырнув вниз, он почувствовал сильный порыв ветра над головой и тут же услышал, как сильнейший удар сокрушил статую и расколол ее на множество частей. Эльф упал на землю, сверху его присыпала каменная крошка, пара камней, бывших только что статуей какого-то Героя, больно ударили в тело.
Новый удар обрушился на Идущего. Шиллен еще дальше отшвырнула его хвостом. Как тряпичная кукла он упал посередине Дороги Мертвых.
— Ты ж-жалок. Как ты только мог рас-считывать победить меня? — в голосе Шиллен не слышалось торжества, скорее отвращение.
Идущий закашлялся, сплевывая кровь на землю. Он так и не выпустил Чудотворный Меч из рук и теперь медленно поднимался опираясь на него, как на посох. Он встал и начал плести одно из своих мощнейших заклятий. Шиллен с интересом наблюдала за ним с помощью магического зрения.
— И ч-то же ты хочеш-шь обруш-шить на меня? Огонь? Воду? Или мож-жет быть тьму? — она начала забавляться всем происходящим. Жалко конечно, что такой прекрасный кандидат в Темные Властелины оказался так жалок, но теперь ничего уже не изменить. Придется искать нового. Эта стерва Ева все-таки добилась своего, смутив его разум ложными идеалами.
Клинок Чудотворного Меча засветился нестерпимым белым светом. С него сорвалось ослепительное светлое марево и понеслось к Шиллен. Короткий звук удара и тело Богини скрылось в ярком пламени. Идущий стоял широко расставив ноги, сжимая клинок обоими руками, с разбитого лица капала темная кровь. Вся его поза выражала высшую степень упорства и желания победить. Он вливал в волны света, что текли с его меча к Шиллен всю свою силу и магию. Несколько секунд он напряжено простоял, вбивая в Богиню белое марево святого слова, а затем из огня появилось неповрежденное тело Шиллен. Она взмахнула рукой, с которой сорвались десяток черных молний, и марево мгновенно рассеялось. Черные ленты очередью ударили в грудь Идущего. Он выронил меч из рук и снова упал.
— Глупец! Ты ж-же никогда не был мастером с-святой магии. Неуж-жели думал что твоя с-сила прос-стирается так далеко?
Она подошла к Эльфу и подняла опрокинутый клинок.
— Хотя с-с другой с-стороны ес-сли бы ты ис-спользовал с-стихийную или темную магию результат был бы еще хуже. В любом с-случаи без Ключ-ча Богов ты нич-что!
Богиня возвышалась над Громовержцем подобно огромной горе. Она воздела Чудотворный Меч к небу.
— Я убью тебя твоим ж-же меч-чом!
Острое жало клинка зловеще сверкнуло в серебристом свете луны. Шиллен резко опустила меч, но тело Идущего внезапно заслонила какая-то тень. Послышался болезненный девичий вскрик. Очнувшийся от оглушения Эльф вдруг ясно различил фигуру Синдарин, которая приняла на себя удар, предназначавшийся ему. Клинок мягко вошел в ее грудь и вышел в районе поясницы. Крепкие Доспехи Голубой Волчицы он пробил словно бумагу.
Снова пошел дождь… Капли воды пали на землю одновременно с каплями крови, что сорвались с насквозь пронзившего Синдарин клинка.
Ударила молния, кладбище озарила яркая вспышка, которая навсегда запечатлела в памяти Идущего эту ужасную картину. Синдарин стояла с раскинутыми руками, пронзенная его собственным мечом, защищая его ценой своей жизни, а над ней возвышалось насмешливое лицо Шиллен.
В этот миг что-то оборвалось в душе Эльфа, как будто маленький камушек, сорвавшийся с горы, тут же превратился в убийственную лавину.