Страница 17 из 45
— К сожалению, это так. Черные Инквизторы и Служители Ада являются нашими главнейшими соперниками на пути господства в Адене. И в уставе Альянса их уничтожение уже значиться одним из первых пунктов.
— Но ведь мы пришли сюда именно из-за нее! Для того, что бы спасти! — сделал еще одну попытку Темный Эльф.
— Это не важно, — так же коротко сказал Бизон, — Мы должны убить ее.
Лицо Идущего помрачнело, он принял окончательное решение:
— Ну что ж, раз вы хотите убить ее — то сначала придется убить меня, — спокойно сказал он и заслонил собой тело Эльфийки.
Орки нерешительно замялись на месте. Ситуация поставила их в тупик. С одной стороны — был приказ Путника следить за Идущим и по возможности не давать ему бушевать, но с другой — уничтожение бойца противника было так же высокоприоритетным действием. В этот момент они почему-то совсем забыли, что, возможно, от Заклинателя в будущем зависит судьба всего Адена и никакие политические и дипломатические прения не должны преобладать над угрозой уничтожения мира в результате пришествия Темного Властелина.
Орков подстегнул язвительный окрик:
— Ну что же вы медлите? Или можете бить только в спину? Как тогда, в Зачарованной Долине!
Ворон и Бизон удивлено переглянулись, ведь Лесная Фея убедила их, что Эльф ничего не вспомнит. Однако, память Идущего прояснилась под воздействием темной ярости, что проснулась в нем в момент неповиновения Орков. Черная злоба кипела в нем с неимоверной силой, и сейчас он уже был готов применить магические артефакты, не задумываясь о последствиях. Он знал, что с их помощью разметает двух Орков в кровавые клочья.
Орки наконец-то пришли к какому-то внутреннему решению и угрюмо двинулись на Идущего. Тот оскалился в кровожадной улыбке. Глаза Заклинателя почернели, выплескивая наружу темные эманации ненависти.
Карот переминал с ноги на ногу, не зная как разрешить сложную ситуацию. Сейчас начнется драка, а он даже не решил к какой стороне примкнуть.
Заклинатель хотел было уже начать бой, когда услышал тихий голос:
— Не надо…
Не обращая внимания на угрожающе приближающихся Орков, он повернулся и присел на корточки перед Светлой. Черная злоба мгновенно куда-то улетучилась под напором внезапно нахлынувшей нежности:
— Не волнуйся. Я не дам тебя в обиду.
— Ты не должен… против своих… не используй… печать… — слабо шептали ее губы.
Воительница вдруг окуталась белым холодным пламенем.
— Нет! Не делай этого! — горько закричал Темный Эльф.
Но было уже поздно. Не желая междоусобной драки, Эльфийка заставила себя прекратить жить, и теперь ее дух покидал бренное тело. Ее голос в последние секунды жизни окреп и она произнесла:
— Все мы дети Эйнхазад. И однажды мы снова встретимся, мой спаситель.
— Скажи мне хотя бы, как тебя зовут?
— Синдарин, — сказала она и растворилась в холодном огне…
…Темный Эльф медленно поднялся и повернулся. Взгляд его вновь потемневших глаз сулил только смерть. Даже бесстрашных Орков этот взгляд пробрал до самых костей и заставил поежиться. Они поняли, что сейчас повторится неистовая пляска бешенства Заклинателя, как в Зачарованной Долине.
Идущий скрестил руки над головой, призывая темные силы обрушиться на непокорных воинов, когда его остановил окрик Старейшины:
— Эй, Заклинатель! Глянь-ка сюда. Тебе это понравится, — и добавил, как бы между прочим, — Оставь этих несчастных в покое. В конце концов, они исполняли свой долг. Ты должен уважать это.
Заклинатель отвел ужасный взор немигающих глаз от Орков и так же гневно посмотрел на Карота. Однако, к удовлетворению последнего черное безумие на лице Темного Эльфа постепенно исчезало, уступая место глухой опустошенности. Заклинатель подошел к Старейшине и склонился над кучей барахла, которую тот с интересом разглядывал. Среди ошметков какого-то тряпья и пустых склянок проглядывали темные корешки книг. Это были, несомненно, магические книги. Идущий брал их, листал, что-то складывал в походный мешок, что-то отбрасывал. Спустя несколько минут в мысленном списке Заклинателя присутствовали все необходимые ему волшебные фолианты. Темные молнии, пламенные вихри, ядовитые облака — все было свалено здесь, в потайной библиотеке демона Велета. Один Гран Каин знал, откуда эти книги появились здесь и зачем Велет их собрал. Эту тайну монстр унес с собой в преисподнюю.
Еще недавно радость достижения долгожданной цели заставила бы петь и плясать, однако сейчас он совсем не чувствовал упоения победы, наоборот, душу терзала тупая тоска и черная боль. Боль потери. Потери ее небесно-голубых глаз. Синдарин… Какое красивое имя. Он снова нашел ее, и снова потерял. Она сказала, что они еще встретятся, но как это возможно, если она развоплотилась прямо у него на глазах? Все мы дети Эйнхазад… Да, однажды Идущий уже встречался с перевоплотившимся Героем и эта встреча не оставила приятных воспоминаний. Лучник, ставший Скользящим Вдоль Бездны после смерти стал еще сильнее и его ненависть к Заклинателю многократно возросла вместе с его силой. Но это не помешало Темному Эльфу вторично упокоить его. Сейчас же остается надеяться, что дух Синдарин достаточно силен для того, что бы сохранить свою сущность и она не превратится в одного из Безликих.
Идущий закончил укладывать книги, когда вновь услышал радостный крик Карота. Из под слоя хлама, трясущимися руками, не веря своим глазам, Старейшина доставал Посох Демона. Вот это была поистине редчайшая находка. Идущий, которому вдруг стало безразлично все на свете, только пожал плечами. Глаза Карота лихорадочно блестели, он и мечтать не мог о подобном великолепном оружии. Сейчас его Сдвоенные Клинки Приносящие Бурю казались ему двумя жалкими обрубками ржавого железа.
Заклинатель бросил равнодушно:
— Забирай Посох себе. Ты достойно сражался и вполне заслужил его.
Карот подпрыгнул от счастья чуть ли не до самого потолка.
— Спасибо! Спасибо тебе большое! Я никогда не забуду твоей щедрости. Но разве этот Посох тебе не нужнее? Ведь ты боевой маг, а я всего лишь…
— Полно. Обойдусь как-нибудь или найду себе еще лучше.
Старейшина улыбнулся в ответ, похоже, что Идущий стал вновь приходить в норму, если начал пытаться шутить. Достать оружие лучше Посоха Демона! Ха! Да где он такое возьмет?
Когда Заклинатель повернулся, то встретился глазами с Орками. Тень его улыбки быстро сползла с губ. Суровый вид молчаливых воинов сразу же напомнили ему о разыгравшейся здесь трагедии. Смерть Синдарин… Вместе со словами он выплюнул Оркам в лицо остатки своей ненависти:
— А с вами я еще поговорю на трибунале Альянса!
Бизон коротко поклонился, ответил:
— Это твое право.
Ворон промолчал.
Они еще немного постояли, буравя друг друга взглядами. Затем Идущий направился к выходу и бросил через плечо:
— Возвращаемся в Гиран. Путник и все остальные нас уже заждались…
Глава 4
Первая Война
… Гиран как всегда встретил их шумным и многоголосым торгующим людом. И чего здесь только не встретишь в продаже? Огромный базар мог удовлетворить самые взыскательные требования — прямо на земле лежали горы редчайшего и смертельного оружия, кучи рванного тряпья и аккуратно сложенное Одеяние Легендарных Героев, на крепких цепях сидели и зло зыркали разномастные ездовые драконы и их птенцы, ослепительным блеском сияли магические украшения и амулеты, тонны угля, кожи, муки, костей и прочей чепухи громадным валом иной раз загораживали проход и прочее, прочее, прочее… Над всем этим витал древний как мир крик торговца — налетай, покупай, забирай.
Чем ближе пробиралась к центру города четверка Героев, тем плотнее становились торговые ряды и тем больше становилось изобилие товаров. Глаз невольно пускался в путешествие по великолепным товарам. Герои сами не заметили, как замедлили шаг, их головы с интересом завертелись то туда, то сюда. Единственным, кто остался равнодушен ко всему этому рогу изобилия был Идущий. После вторичной потери Синдарин его охватила полнейшая апатия ко всему на свете. Он молча шел, рассекая толпу, словно нож масло. Различные торгаши хотели было предложить Темному Эльфу свой товар с неизменно большими скидками, но натыкаясь на взгляд пустых глаз Заклинателя, поспешно убирались прочь с дороги.