Страница 61 из 87
— Мне надо вернуться домой! — сказала Кассандра. — У нас, наверное, вся посуда разбилась. И боюсь, что с моего туалетного столика тоже все упало.
Лэнсу Ривертону удалось остановить извозчика и, посадив леди Стенхоуп и ее дочь, он предложил Кассандре проводить ее до дома. Попрощавшись с леди Стенхоуп и ее дочерью, Кассандра направилась в сторону своего дома.
Лэнс Ривертон немного слукавил, он стремительно выбежал из лавки потому, что его поразила красота Кассандры. Только что приехав в Лондон, он впервые увидел ее и был потрясен. Чтобы произвести на нее впечатление, он стал рассказывать ей о своей знатной тетке, о ее элегантном доме. Кассандра видела, что нравится Лэнсу, понимала она и то, что такой обаятельный поклонник наверняка заставит Тони ревновать. Так оно и случилось. Оба молодых человека наперебой добивались ее внимания, а она, словно решив наказать Тони за попытку навязать ей быстрое замужество, уделяла им равное внимание.
— Смотри, это приведет к неприятностям! — предостерегла Кассандру одна из ее подруг, Долли Эллерби, в день, когда Кассандра праздновала свое семнадцатилетие. — Тони считает тебя своей невестой.
— Чепуха, я не давала Тони согласия!
— Но он всем говорит, что ты дала его! — Долли тряхнула янтарного цвета локонами. — Разве ты не заметила, что в последнее время у тебя стало меньше поклонников? Тони их отпугивает. Так что будь осторожнее!
Долли была умной девушкой, и ее предсказания часто сбывались, но юная и бесшабашная Кассандра не вняла ее предостережениям. Более того, когда три дня спустя она услышала, что на следующий день на рассвете состоится дуэль, она только рассмеялась.
— Не может быть! — воскликнула она. — Они оба не любят фехтовать. Мать Лэнса приказала выбросить из дома все шпаги после того, как ее брата убили за границей, а Тони и гуся не зарежет! И потом, — пожала она плечами, — с чего бы им из-за меня сражаться? Наша с Тони помолвка ненастоящая, а с Лэнсом я на прошлом балу протанцевала всего три танца.
— А потом кокетничала с ним на террасе, — напомнила ей Долли, которая и принесла это неприятное известие.
— Я не кокетничала! Ну… может, и кокетничала, но это не повод, чтобы Тони с Лэнсом попытались заколоть друг друга.
— А они считают, что повод есть. И сегодня утром в клубе Тони Данн бросил в лицо Лэнсу Ривертону перчатку, и Лэнс выбрал пистолеты. Они встречаются завтра на рассвете под дуэльными дубами в парке лорда Клопертона, на северной окраине города. Это, конечно, глубокая Тайна, но я все выведала у Неда, — добавила она, гордая тем, что ее жених не может ни в чем ей отказать.
Кассандра оправила свое любимое белое бархатное платье. Ей казалось верхом нелепости, что кому-то могло прийти в голову сражаться из-за нее на дуэли. И все же…
— Может, Нед знает и то, где они сейчас, — насупившись, сказала она. — Я не видела их обоих весь вечер. Отец настаивает, чтобы меня сопровождал Робби.
Но Нед этого не знал, и за весь вечер Кассандре так и не удалось выяснить, куда запропастились ее поклонники было похоже, что оба они исчезли. Она готова была покинуть бал и отправиться на их поиски, но Робби убеждал ее, что сам попытается отговорить молодых людей от дуэли. Кассандра рассудила иначе: она вернется домой, а потом незаметно убежит, найдет извозчика и поедет домой к Тони. Она нисколько не сомневалась, что ей удастся убедить его извиниться. В крайнем случае она готова была согласиться на долгую помолвку…
Именно этим были заняты мысли Кассандры, когда Робби вез ее домой. Рассеянно отвечая на его осторожные вопросы, она не замечала, как пристально смотрит на нее спутник, как тепло звучит его голос, когда он обращается к ней. Робби оставалось только сожалеть, что он, увы, не молод и не может добиваться любви этой чудесной девушки, такой прямодушной и поразительно красивой. Он представлял ее смеющейся на вересковых пустошах или на берегу моря, с сияющими от счастья глазами, с развевающимися на ветру чудесными волосами. Но он решил не давать воли воображению, чтобы не потерять голову от этого юного создания, которое ему доверено опекать.
Когда они вернулись на Гроевенор-сквер, Роэна дома не было. Кассандра не догадывалась, что его отсутствие не случайно: он мог еще смотреть на дочь днем, но вечером, когда при свете свечей ее волосы казались темнее и меняли цвет глаза, ему начинало казаться, что на него смотрит Шарлотта — и тогда его вновь начинало мучить раскаяние. Если бы он тогда не оставил ее в Альфаме…
Дождавшись, когда Робби поднимется наверх, Кассандра направилась в библиотеку, отыскала дуэльный пистолет отца и, убедившись в том, что он заряжен — а вдруг на нее нападут грабители или еще какие-нибудь темные личности, — пошла к выходу. У двери Кассандра задержалась. Она вспомнила, что у горничной есть дурная привычка не закрывать двери комнат после уборки. Не годится, чтобы ее отец, вернувшись домой, застал ее дверь открытой!
Она поднялась наверх, стараясь топать каблучками — на тот случай, если Робби слушает, идет ли она спать. Дверь ее комнаты оказалась закрытой.
Кассандра уже собиралась повернуть обратно, когда в ее спальне раздался какой-то звук. Нахмурившись, она спрятала пистолет в складках бального платья и распахнула дверь.
В ее комнате стояла Феба!
Кассандра быстро вошла к себе и закрыла дверь.
— Отец знает, что ты здесь?
— Нет. Меня впустила кухарка.
— Он искал тебя по всей Англии.
— Знаю. — Феба говорила совершенно спокойно. — Но я не была готова с ним встретиться.
— А теперь ты готова? — не в силах скрыть иронию, спросила Кассандра.
Она заметила, что ее сестра уже не выглядела такой юной.
В свои шестнадцать лет она казалась умудренной опытом особой, которая повидала немало.
— О да, — лениво ответила Феба.
Кассандра только заморгала глазами, изумляясь такому спокойствию. У Фебы был очень элегантный вид. Ее темно-зеленое бархатное платье, явно дорогое, сшито по последней моде, на темноволосой головке шляпа в виде треуголки.
— Ты состоишь в браке «Флит-стрит», — сдержанно заметила Кассандра. — Я полагаю, что это должно тебя смущать.
— О, нисколько! — рассмеялась Феба. — Я всегда считала «Флит-стрит» первым шагом.
— Ты хочешь сказать, что теперь его мать тебя примет? — с недоверием спросила Кассандра.
Феба поморщилась, как бы признавая тем самым, что это маловероятно.
— Тогда почему ты считаешь, что это — первый шаг? Феба сделала изящное движение рукой. У нее были прирожденная грация и аристократизм движений и жестов, унаследованные от отца.
— Ну, я готова признать, что Клайв не имел намерения жениться на мне по-настоящему. Если, конечно, мои утверждения, что я — богатая невеста, не окажутся правдой.
— А они не оказались.
— И чтобы я согласилась стать его любовницей, он обещал мне брак «Флит-стрит» — и сдержал слово! — с вызовом добавила она.
— Ну до чего же мило с его стороны! — саркастически улыбаясь, заметила Кассандра.
— Ну… мы, конечно, поменяли имена — назвались лордом и леди Кембридж и отправились в путешествие по Англии. Все это время я придумывала великолепные способы тратить массу денег и жить даром, от чего Клайв, конечно, был в восторге. И повсюду он представлял меня своей женой. И как мне кажется, гордясь мной.
Кассандра в отчаянии закрыла глаза. Эта пара оставила после себя след из обманутых кредиторов — и теперь им грозит долговая тюрьма!
— Мы постоянно переезжали с места на место, потому что не хотели, чтобы отец нас поймал: Клайв очень боится моего отца.
«И не без основания», — подумала Кассандра.
— Теперь уже прошел год, как мы живем вместе, и Клайв называет меня женой. Так что теперь наш брак стал законным, — хладнокровно закончила Феба.
Кассандра открыла было рот — но ничего не сказала. Феба была права! Хотя вопрос мог бы стать предметом судебного разбирательства, но по закону Феба с Клайвом действительно стали мужем и женой.