Страница 53 из 87
И потом… Солнечный свет чудесным образом повлиял на нее. Ей вдруг снова захотелось жить. Она найдет своих детей, и если Тому удалось спастись, то, возможно, она увидит и его…
Выход на балкон стал ее первой маленькой победой.
Глава 26
Лето 1741 года
Два года спустя Том снова оказался в Лиссабоне. В жизни Тома многое изменилось. Капитан Ярборо, довольный выкупом за богатого пленника-португальца, уплыл в неизвестном направлении, — возможно, на Мадагаскар. Однако Том последовал за Себастьяном в дебри Бразилии, на богатые копи, принадлежавшие сеньору да Севере. Тому удалось подавить мятеж на копях, и он еще раз спас жизнь своему старшему другу. Правда, при этом он сам был ранен — отравленная стрела угодила ему в ногу. Жизнь Тома висела на волоске, и даже в роскоши плантаторского дома он долго не мог поправиться. Когда же он наконец садился на корабль, Себастьян похлопал его по плечу и пригласил вернуться в Бразилию, сказав, что Том станет его сыном и наследником.
— Только сначала мне надо отыскать мою даму, — с улыбкой ответил Том, крепко пожимая руку друга.
— Найди ее. Я жду вас обоих.
— Да, я вернусь, — снова улыбнулся Том.
Во время плавания он думал только о Шарлотте и о том, что скоро увидит ее.
Том пытался уверить себя, что Шарлотта жива и здорова. И что она по-прежнему ждет его. Ведь теперь у него появились деньги, и он сможет увезти ее и детей! Он обеспечит им счастливую жизнь — в Бразилии.
А если Кейнс попытается ему помешать… Том крепко сжал зубы. Если Кейнс попытается ему помешать, на этот раз он его убьет.
Наконец корабль вошел в лиссабонскую гавань, и Том сошел на берег. Он сразу же нашел особняк в Портас-дель-Сол, но дом оказался заперт.
В конце концов ему удалось найти владельца дома, и тот сообщил, что Кейнс расторг договор, потому что решил вернуться домой, в Англию. А его молодая жена умерла…
— Умерла? — недоверчиво переспросил Том. — Умерла, вы сказали?
— Да, кажется, — кивнул португалец. — Говорили что-то о горячке… Помню, погребальная процессия была очень пышная.
Но Тома слова домовладельца не убедили. Шарлотта не могла умереть! Не удовлетворили его и архивные записи. Он разыскал доктора, который выписал свидетельство о смерти, но и ему не поверил; Том не сомневался, что произошла какая-то ошибка, например, имя записали неверно. Возможно, умерла не Шарлотта, а ее служанка, Венд.
Пожилой доктор, проигравший в карты три состояния и ради денег готовый на все, в испуге смотрел на недоверчивого англичанина. Он уверял Тома, что Шарлотта действительно умерла.
В конце концов Том решил, что Шарлотту убил Кейнс. Он в гневе схватил лекаря за горло.
— Как он ее убил? — прохрипел Том. — Говорите, как? Доктор, выпучив глаза, смотрел на Тома.
— Я клянусь вам, — просипел он. — Кейнс ее не убивал!
— Тогда кто это сделал?
Том встряхнул доктора с такой силой, что у того клацнули зубы.
— Никто! Никто! — Врач боялся признаться, что так уверен в этом потому, что жена Кейнса была жива, когда он выписывал свидетельство о ее смерти. — Она умерла от болезни. От лихорадки — от нее умерли многие. — Он решил, что о безумии этому страшному человеку лучше не говорить, и добавил:
— Могу вас уверить: ее муж очень горевал, он был убит горем.
На сей раз Том поверил. Он не сомневался, что Кейнс любил свою красивую молодую жену. Пальцы, сжимавшие горло доктора, разжались.
— Вы присутствовали при ее смерти?
— Да, да, конечно! — подтвердил лекарь. — Такая красавица… Ее смерть была настоящей трагедией. Том был в отчаянии.
— Где она лежит? — спросил он.
— Лежит? — изумился доктор. — О, вы хотели спросить, где ее похоронили? Мне не сказали, но я могу указать вам наиболее вероятное место.
Доктор объяснил Тому, как найти кладбище. Он очень надеялся, что Кейнс установил на могиле надгробный камень.
Кейнс действительно установил надгробие — просто камень с именем и датами. Опустившись у могилы на колени, Том отдался своему горю. Ему казалось, что сердце его вот-вот разорвется.
Наконец, покинув могилу, он нашел каменотеса. Том решил заказать еще одно надгробие — памятник из белоснежного мрамора, изящный шпиль, устремленный в небеса. Кроме того, он распорядился выбить надпись: «Здесь лежит Шарлотта, возлюбленная Томаса. До конца времен».
Заказав памятник, Том отправился на юг, в те места, где они с Шарлоттой узнали столь недолгое счастье. Он ночевал на том же постоялом дворе, где она лежала в его объятиях. Он побывал везде, где они наслаждались любовью, — и горько сожалел о том, что не увез ее с собой, пусть даже против ее воли. Возможно, тогда она не умерла бы…
Когда Том вернулся в Лиссабон, ноги сами понесли его на извилистые улочки Альфамы. Почему-то в этих улочках он вдруг почувствовал близость Шарлотты. Заблудившись, Том спросил у прохожего дорогу, и ему сказали, что он находится на улице Нигде. Том грустно улыбнулся. Улица Нигде… Самое подходящее для него место.
Шагая по улице, он внезапно остановился и почему-то, задрав голову, уставился на балкон третьего этажа. В этот момент он отдал бы все на свете за надежду вновь увидеть Шарлотту…
Однако Шарлотты на балконе не было. Жорже Бильбао, вернувшись домой, велел Альте увести Шарлотту с балкона, потому что в конце улицы он увидел посланца. Ведь Кейнс сказал: если Бильбао хотят получать ежемесячное жалованье, сеньора ни в коем случае не должна видеть посланца. Если бы Том прошел по улице всего на несколько минут раньше или получасом позже, он увидел бы на балконе печальную Шарлотту, и тогда все сложилось бы иначе…
В тот же вечер он сел на корабль, отплывавший в Бразилию. После короткого, но теплого свидания с Себастьяном да Северой, считавшим Тома своим сыном, он отправился в глубь страны. Чтобы забыть о Шарлотте. Том искал золото — а нашел бриллианты.
В конце концов Шарлотта перестала надеяться на появление Тома. Она решила, что он погиб, — иначе он обязательно сумел бы ее отыскать. Конечно, она по-прежнему видела его во сне и думала о нем днем. И она постоянно тревожилась за детей.
Однако Шарлотта уже не надеялась на чудо, на то, что Том ее спасет. Теперь она связывала все свои надежды с посланцем, который каждый месяц привозил Бильбао деньги. Если бы только ей удалось поговорить с этим человеком, завоевать его доверие, рассказать всю правду! И, наверное, Бильбао тоже этого боялись: она слышала, как Жорже приказывал Альте увести ее, потому что приезжает посланец.
И вот как-то раз, в день, когда должен был появиться посланец, Шарлотте удалось незаметно сбросить туфлю — так что балконная дверь закрылась неплотно. Услышав, как хлопнула парадная дверь, она выбежала на балкон и увидела высокого худощавого незнакомца. Этот мужчина — скорее юноша — показался ей знакомым…
— Постойте! — крикнула она по-португальски.
Посланец задрал голову — и Шарлотта узнала Анетту.
Француженка смотрела на нее с ненавистью и торжеством. Было очевидно: Анетта и являлась тем посланцем, который привозил деньги семейству Бильбао.
Шарлотта поняла, что надеяться не на что. Роэн и Анетта не выпустят ее на волю. Однако появление француженки, как ни странно, укрепило волю Шарлотты. Она твердо решила, что выйдет на волю и найдет своих дочерей. Ее время придет, и она должна быть готова воспользоваться любым шансом.
Чтобы сохранить стройность фигуры, Шарлотта ежедневно часами ходила по комнате. И кроме того, старалась как можно лучше освоить португальский язык, чтобы иметь возможность скрыться в Лиссабоне. Альта Бильбао, растроганная интересом, который Шарлотта проявляла к ее родному языку, принесла ей деревянный гребень.
Шарлотта же терпеливо ждала своего часа.
Лицо Анетты оказалось не последним знакомым лицом, которое предстояло увидеть Шарлотте. На пятый год ее заточения в Лиссабон вернулся Роэн.
Как он боролся с собой! Зимними вечерами образ Шарлотты возникал перед ним в пламени камина. Летними днями о ней ему напоминал ветерок, приносивший аромат цветов. При виде золотистых волос он чувствовал, что у него сжимается сердце, И все же он не желал признать, что ему не хватает Шарлотты. Стараясь избавиться от воспоминаний, он с жаром брался за любые поручения своего покровителя Уолпола, который рад был пользоваться услугами такого человека, как Роэн. Но в 1742 году Уолпол был вынужден подать в отставку. Его звезда погасла. Погасла и звезда Роэна Кейнса.