Страница 2 из 42
В городе мы – вялые, анемичные Homo futurus, люди размышления, резона и рассуждения. В горах и лесах мы – дикие, резкие и стремительные Homo sapiens sapiens, люди ловкости, решительности и мгновенной реакции. Мы отвергаем будущее, в котором век от века слабеем и дряхлеем; мы возвращаемся в прошлое, где были молоды и сильны. Мы идем вспять ровному ходу времени; мы идем поперек равнины – в горы и лес!
В горах и лесах мы реагируем, побеждаем природу, радуемся. В городе мы нервничаем и, даже победив врагов, страдаем. В горах и лесах мы уверены; в городе разбиты. Горы и Лес – это страны, которые мы пришли покорить. Город – сеть, в которой обречены увязнуть.
Горы и Лес полны правоты и правды. Город полон интриг и инсинуаций. Даже мертвая и косная природа в городе спешит обмануть. Нити проводов норовят ударить током. Радиация, не выдавая себя ни звуком, ни запахом, исподволь убивает. Притупленные мельканием и шумом чувства уже не реагируют на мчащийся навстречу автомобиль. Сражаться с этими бедами бесполезно, ибо организм не готов дать им отпор. В городе мы отгородились от мира. Горы и Лес – горнило; они выковывают нам душу, готовую объять весь мир.
Впрочем, в поисках романтики вовсе не стоит ехать так далеко. Осколки ее царства можно встретить даже близ крупных городов. Обычные поездки на «электропоездах пригородного сообщения, отправляющихся с платформы номер…» могут перенести вас в Лес. Конечно, леса средней полосы России совсем не похожи на тот знаменитый средневековый лес, пронзительно описанный Ж. Ле Гоффом: «Лес обступал этот мир, изолировал его и душил… Туда удалялись вольные или невольные адепты бегства от мира… Из его страшного «мрака» внезапно появлялись голодные волки, разбойники, рыцари-грабители».
И все-таки свободный дух веет и в наших знакомых лесах. Сквозь привычную, кабинетную науку «убивать время» здесь пробиваются ростки чудесного искусства – «жить во времени и пространстве». Поездка за грибами или даже на дачу, начатая в сентябрьское утро, может перенести вас в непонятный мир, лежащий под другим небом.
«Утро. Сентябрь спал и думал о городе. Я был прах и был вдали. Я был в бегстве, я дышал историей. Я просыпался, заснуть уже хотелось врагу друзей – солнцу. Я был равнодушен и к нему. Город, жизнь, планеты, Ktiche und Kinder ста сотен семейств, вперед-назад, успех- паденье были потерянными листами, которые прочитывать не думалось.
Я одевался – веселая доля оторванного. Я уходил в лес – эпоха тирад, романтизм фрака и шпаги – и с посохом, и в одежде нищего я, горло пространства сжимая, скрываюсь вдали.
Что-то поет календарь… Чем-то дышат сирены? Лес обширнее и точнее в подсказках. Лес расходящихся тропок всегда готов подарить мне жизнь. Я – в глубине; грибы, гербарий – геральдика. Здесь ясно, и зачем здесь ответы? Держи, люби ее, жизнь.
Вот они, дни путешествий в леса, дни священного бегства…»
Автор же этих заметок выключает компьютер и, машинально повторяя в памяти строки Ш. Бодлера: «Свободный человек, всегда ты к морю льнешь!.. И разум твой влеком его безмерной тайной…», спешит на вокзал, чтобы уехать к Морю, но это уже начало другой истории…
Р. Магритт. «Воспоминание о путешествии1955
Я. Цингер
Воронежские олени
Трудно передать словами веселую и могучую красоту природы Воронежского заповедника. Прекрасен безмолвный девственный лес поздней осенью в тихие солнечные, почти жаркие дни, когда желтым ковром свежих кленовых листьев усыпана земля, а старый прошлогодний лист громко шуршит под ногами, когда одни деревья еще зелены, а другие уже одеты в «багрец и золото»».
Участки вековых и молодых сосен, так называемые сосновые куртины, чередуются и перемежаются здесь с веселыми дубравами, белоствольным березняком, сизым осинником и тенистым липняком. Повсюду вкраплены широколистные клены, высокие вязы, маленькие дикие яблоньки, черемуха, рябина. Между деревьями кусты орешника, крушины, бересклета, малины. Много низкорослой степной вишни. Длинные и гибкие стебли хмеля, как лианы, обвивают и кустарники и деревья. Еще ниже ярус полукустарников – черники, вереска, дрока и ракитника, и уже совсем на земле буйный ковер трав, цветов, папоротников и мхов.
Созданный в 1922 году для восстановления и расселения речного бобра, государственный Воронежский заповедник стал в наши дни одним из трех пунктов обитания благородного оленя в нашей стране и единственным местом, где изучают в вольных природных условиях этого пока редкого у нас промысловоохотничьего копытного зверя.
Происхождение стада воронежских оленей таково.
В дореволюционное время у одного из местных помещиков – владельца имения Рамонь – в огороженном участке леса содержались олени, косули и лани. Оленей было несколько десятков голов. В период гражданской войны звери из загона были выпущены в лес. Большая часть их погибла от волков и браконьеров, уцелело лишь несколько благородных оленей. В 1922 году к моменту организации заповедника их насчитывалось не более 10 голов.
Началась упорная работа по восстановлению стада этих ценных и редких копытных.
Первый учет поголовья благородных оленей был произведен в Воронежском заповеднике в 1937 году. Налицо оказалось 48 оленей. В следующем году стадо увеличилось до 55 голов, а в 1950 году насчитывалось уже 640 оленей. С1944 года олени начали расселяться за пределы заповедника, занимающего территорию 30 тысяч гектаров. Сейчас около 30 процентов оленей обитает в окрестных лесхозах, порою за 80 километров от границ заповедника.
Олени размножались не только благодаря охране и полному запрету охоты на них, но прежде всего в результате борьбы с основным врагом оленя – волком. Зоолог- натуралист Петр Александрович Мертц, более десяти лет возглавляющий работу по восстановлению стада благородных оленей и изучению их жизни в природных условиях, прямо указывает, что если бы не было борьбы с волками, то не было бы и оленей- Всего за последние 15 лет на территории заповедника уничтожено 211 волков. В настоящее время волки здесь полностью выведены, и борьба ведется с хищниками, время от времени проникающими из соседних местностей.
Осенью, в брачный период, у оленей происходят драки между самцами. В это время в лесу можно услышать громкий рев оленей, а иной раз и треск от рогов дерущихся зверей… Во время драки олени наносят друг другу серьезные, а порой и смертельные раны. На территории заповедника ежегодно находят 2-3 трупа оленей, павших в бою. Интересно, что в момент боя олени так увлечены, что, подобно токующим глухарям, ничего не слышат, и поэтому к ним в это время можно подойти ближе, чем обычно.
Новости Науки
Россия стала первой страной, где компьютерные игры признаны официальным видом спорта. Согласно приказу N 449 от 25 июля 2001 года. Комитет РФ по физической культуре включил компьютерный спорт в перечень видов спорта для введения в государственные программы физического воспитания населения и рекомендуемый для развития в РФ.
Немецкие геологи измерили скорость пепла, вылетающего из жерла действующего вулкана Стромболи, расположенного на одноименном острове в Тирренском морс. Использование новейшего радиолокационного оборудования позволило установить, что эта скорость может достигать 180 километров в час.
Группа исследователей из Государственного университета Пенсильвании, изучая генетическое строение растений, пришла к выводу, что предшественники многих современных видов водорослей и лишайников появились на Земле на много миллионов лет раньше, чем это предполагалось до сих пор. Появление собственно земных растений случилось около 700 миллионов лет назад, а протолишайников – почти 1,3 миллиарда лет назад, тогда как раньше ученые были уверены, что земные растения как вид не могут быть «старше» 480 миллионов лет.