Страница 7 из 42
Однако Япония избрала иной, менее опасный для себя вариант, развернув широкомасштабную агрессию в южном направлении. На первый план для СССР вновь выдвинулась опасность с Запада. Медленно является в сознании некое понимание реальной опасности.
«По-видимому, фашизм растет, Гитлер подвигается к Франции и всех посылает куда следует. Он авторитетно действует на массы… Придет время, что Германия покажет и русским коммунистам, Украину определенно возьмет» – такие мысли приходят в головы уже после 1933 года.
Подписание в мае 1935 года советско-французского и советско-чехословацкого договоров о взаимопомощи произвело на народ в общем хорошее впечатление. И, тем не менее, с самого начала появилось явственное недоверие, подозрение к возможным союзникам. «Капиталистам Франции сейчас воевать невыгодно и, зная, какую силу представляет Советский Союз, они заключают договор о взаимной помощи… Договор-то хорош, но как бы нас не обманули. Мы-то за них будем заступаться, а они-то за нас, пожалуй, нет» – так откликнулись москвичи на сообщение о заключении договора.
Впрочем, высказывалось не только недоверие к союзнику, но и неверие в подобные союзы вообще. «Факт заключения франко-советского соглашения интересен не как фактор мира. Ведь не задержали войны в 1914 году тройственные соглашения. Не задержит войну и это соглашение. Соглашение интересно как признак того, что военные союзы вновь зарождаются, и наступит тот день, когда Советский Союз отбросит мишуру красивых слов о кровавой бойне и призовет нас к последней справедливой войне…», – заявил инженер Московского лампового завода Лошук.
Постепенно отношение к советско-французскому пакту становилось все более скептическим.
Пай-мальчик. Борис Ефимов, 1931 год
Шагают к гибели своей. Плакат Дени, 1937 год
По-прежнему одной из главных опасностей будущей войны представлялись экзотические виды оружия, в частности, отравляющие газы и биологическое оружие.
Но и тут мифологизм сознания давал себя знать. Вот какой «рецепт» борьбы с «газовыми волнами» фашизма предлагает инструктор Осовиахима: «Надо создать Дегазационное управление во главе с начальником большевиком», что даст в результате «полное уничтожение в соцбыту капиталистических крыс и мух, пусть фашизм тогда попробует травить нашу пищу бактериями или заражать наш воздух микробами»… Что тут скажешь?
Важно подчеркнуть, что в массовом сознании Советский Союз и в эти годы, как правило, выступал обороняющейся стороной. Изменение настроений на самом верху привело к тому, что летом 1941 года заговорили о необходимости изменения пропаганды – хотели придать ей «наступательный характер», но не успели.
К 1939 году, к началу войны в Европе уже было ясно, что воевать придется, но с кем и против кого? Фантастика – но народ этого не знал. После подписания пакта Риббентропа- Молотова на роль союзника претендовала Германия. На Западе противники Германии советско-герма некое партнерство рассматривали как нечто весьма близкое к союзническим отношениям. И все-таки в советском общественном сознании, в его глубинах фашистская Германия оставалась скорее наиболее опасным и вероятным противником, чем союзником. Тогда что же означал пакт и последовавшие за ним соглашения? Предполагали тактический ход, чтобы усыпить бдительность врага. На самом деле, получилось – себя.
Постепенно, по ходу войны, в советском массовом сознании, наряду с традиционным недоверием к Англии, складывается уважительное и сочувственное отношение к ее борьбе с фашизмом; отношение к Франции, которую традиционно воспринимали в России с симпатией, было тем более позитивным несмотря на все зигзаги официальной пропаганды.
Повороты в пропаганде и полная неопределенность в общественных настроениях хорошо иллюстрируются в воспоминаниях современника: «…Помню газеты с портретами улыбающихся вождей В.М. Молотова и И. Риббентропа, мамины слезы, чей- то успокаивающий голос: «Это – ненадолго. Там, наверху, соображают». Еще помню разговоры такого рода: будем ли мы сражаться с Англией?.. Уже с зимы 1940 года пошли разговоры, что Гитлер на нас непременно нападет. Но в окнах ТАСС – плакаты с совсем иным противником. На одном из них изображен воздушный бой; наши самолетики красные, а вражеские – из них половина уже сбита и горит – черные, с белыми кругами на крыльях (белый круг – английский опознавательный знак)». На самом деле, на плакате 1938 года «Воздушный бой» (авторы В. Дани, Н. Долгоруков, А. Юмашев) были изображены японские, а не английские самолеты – это было напоминание о боях на озере Хасан. Однако очень характерна ошибка мемуариста. Неразбериха и полное непонимание ситуации были характерны для номенклатуры, причем порой в еще более откровенной форме, даже среди военных. Например, командующий Сибирским военным округом, командарм 2 ранга (!) С.А. Калинин утверждал, что в 1940 году неизбежна война СССР, Германии, Японии, Италии против … англо-французской коалиции, а по мнению корреспондента ТАСС в Афинах Успенского, после вступления СССР в войну «возможно будет выпустить кровь из мирового паразита – Великобритании». Как полагал этот журналист, коренные интересы СССР и Германии состояли в том, чтобы разгромить Британскую империю…
Как известно, в действительности реализовался совсем иной вариант. Многие предвоенные иллюзии – о наступательном характере войны «малой кровью и на чужой территории», о революционном взрыве на Западе, свойственные людям с мифологическим сознанием, оказались, естественно, совершенно нереалистичными. Война развивалась не по сценариям пропаганды и не по сценариям массового сознания.
Открытие, сделанное на Аляске с американской дистанционно управляемой подводной лодки, может пролить свет на загадочное поведение некоторых айсбергов. Команда лодки обнаружила под водой «ледовую подошву», уходящую более чем на 50 метров от ледникового поля с крутым обрывом. Это могло бы объяснить, почему айсберги внезапно появляются из-под воды в самых неожиданных местах. Ученые полагают, что ледники, спускающиеся в море, имеют продление в виде ледяной ступни, уходящей вглубь на четверть километра и более.
Подводная лодка без экипажа, но с телеуправлением позволила ученым- подводникам армейской лаборатории из штата Нью-Гэмпшир осмотреть в крупном плане основание одного ледника на Аляске. Они изучали взаимодействие льда и морской воды на глубинах 35-50 метров. Анализ снимков показал, что ледяная подошва простирается на 55 метров от подножия обрыва ледника. Ученые считают, что подобная подошва образуется после отламывания от ледникового поля очередного айсберга. Остающаяся ступня или подошва отличается от обломанной части голубоватым свечением льда. Он имеет меньшее количество воздушных пузырьков, чем верхняя беловатая вершина ледника. За счет вкраплений грунта нижняя подводная часть, как бы примерзшая к дну, оказывается более плотной. Это примерзание к дну удерживает ее под водой, но иногда эта часть ледника отделяется от места своего постоянного нахождения и медленно отплывает в море. Она не всплывает на поверхность, так как она тяжелее обычного льда, и создает таким образом опасность для круизных и рейсовых судов. Привыкшие ко всему полярники на государственной, кстати, службе из Лаборатории исследований и техники холодных районов называют эти образования «ледяными шпионами».