Страница 28 из 43
Важнейшую роль в возникновении жизни сыграл пригодный для дыхания воздух, состоявший в основном из нейтрального газа – азота и на одну пятую из негорючего, но поддерживающего горение кислорода. Долгое время оставалась неясной роль магнитных силовых линий Земли и взаимодействие их с магнетизмом Солнца, однако теперь значение их для возникновения жизни на планете общепризнанно.
Сопоставление всего сказанного о Земле с «Европой» настолько выявляет всю бледность истории водородного спутника, что входить в дальнейшее рассмотрение его особенностей, в том числе каких-то морщинок на поверхности, нет никакого смысла.
Да. искать «братьев по разуму» надо, без этого нам нежить, но вектор поиска следует ориентировать в более вероятном направлении.
Так выглядит поверхность Европы с расстояния 30 километров. Фотография сделана американским межпланетным зондом «Галилео»
Юпитер в окружении своих спутников
Эти линии порой принимали за творение «братьев по разуму»
Ледяной панцирь, сковавший спутник Юпитера Европу, изрезан сетью трещин
Александр Волков
Судьба бизона в Америке
Казалось бы, в этой истории нет ничего неясного. На рубеже XIX века прерии Северной Америки населяли около тридцати миллионов бизонов. Это был самый многочисленный вид крупных животных на континенте. Летом, в пору гона, бизоны сбивались в огромные стада, насчитывавшие порой до ста тысяч голов.
Минуло столетие. Во всей Америке не осталось и тысячи живых бизонов. Считается, что во всем виноваты белые охотники. Особенно трагична для животных была затея с железными дорогами, которые пересекли просторы США, связывая отдельные части страны. «Железные дороги, – писал И. Акимушкин в одном из очерков, – принесли бизонам смерть». Подсчитано, что при строительстве Тихоокеанской дороги было убито около 5 400 000 бизонов. Их туши гнили в прериях. Их истребление было достойно кисти В. Верещагина.
Другой «грозой бизонов» стала армия. Стремясь оттеснить индейцев в резервации, американские генералы решили отрезать их от источников пропитания. «Если краснокожие кормятся дикими быками, они не сдадут своих позиций, пока рядом бродят стада живого мяса», – говорили «мальбруки» армии США, собираясь в поход против туземцев.
Американская трагедия завершилась «хэппи-эндом». Численность едва не вымерших животных достигла за счет охраны и селекции уже двухсот тысяч голов. Зато популяции ряда других видов животных – носорогов, тифов, львов, орангутанов, горилл, шимпанзе, слонов – настолько сократились, что все они находятся теперь на грани вымирания.
Вот почему сейчас, по прошествии столетия, хотелось бы еще раз вернуться к судьбе бизона в Америке, и деловито, с цифрами в руках, уточнить картину и показать, что трагедию этого вида животных предопределило несколько факторов. И не последнюю роль в ней сыграли индейцы, «дети Природы, жившие в согласии с ее законами». Как хрупко бывает равновесие в природе! Как легко погубить целый вид животных!
По заявлению ряда современных историков (их мнения доступны всем желающим на «интернетовской» странице www.bisoncentral.com ), индейцы со временем непременно перебили бы миллионное поголовье бизонов. Конечно, они добились бы своего гораздо медленнее. Однако предпосылки к этому стали складываться уже во второй половине XVIII века, когда «симбиоз» индейцев и бизонов нарушился. Именно тогда методы и цели охоты индейцев стали совсем другими. Прежде чем говорить о том, что произошло, подведем баланс, сложившийся к тому времени.
В конце XVIII века в прериях – на всей территории от Канады до Нью- Мексико, – жили примерно 120 тысяч индейцев. Они питались прежде всего мясом бизонов. В год на каждого из них приходилось в среднем шесть-семь быков. В общей сложности надо было истреблять ежегодно 850 тысяч – I миллион бизонов, или три процента общего поголовья. Эта потеря вроде бы легко возмещалась. Каждый год подрастали новые миллионы животных.
Бизоны были для человека и скатертью-самобранкой, подолгу кормившей его, и фабрикой, одаривавшей нужными вещами. Американский зоолог Том Макхью назвал бизона «супермаркетом для индейцев». В крупных самцах было около семисот килограммов мяса. А еще это – шкура, из которой выделывали одежду и вигвамы. Это – жилы, служившие нитками индейским швеям. Это – рога и кости, нужные для изготовления орудий труда и наконечников стрел. Это – зубы, из которых получались украшения. Даже навоз шел в дело: его высушивали и использовали в качестве топлива.
Правда, индейцы были не единственными обитателями Северной Америки, которые исконно охотились на бизонов. Просторы континента населяли еще около двух миллионов волков, при случае тоже готовых напасть на отставшего от стада быка. Историки зоологии обрекают на эту естественную убыль – исчезновение под когтями волков – около двух миллионов бизонов. Впрочем, эти потери тоже были восполнимы.
Однако в баланс жизни и смерти огромных стад регулярно вмешивались посторонние факторы. Бизоны страдали от эпидемий, степных пожаров, резких похолоданий, ураганов и наводнений. Подобные несчастья повторялись с пугающей частотой. В среднем по их вине ежегодно гибли от одного до трех миллионов бизонов. Наконец, каждый десяток лет в прериях случалась засуха. От бескормицы гибли до десяти процентов бизонов.
Так незаметно сокращалось поголовье громадных быков. По оценке зоологов, когда в Америке объявились европейцы, бизонов здесь было, по- видимому, шестьдесят миллионов. К 1800 году – еще до строительства железных дорог и новых тактик «мальбруков» – их численность уменьшилась почти вдвое.
Последние лошади вымерли в Северной Америке около десяти миллионов лет назад. Вплоть до середины XVIII века племена сиу, арапахо, чейеннов, известные нам по романам Ф. Купера, вели не кочевой, а оседлый образ жизни. Они возделывали маис и другие культурные растения, и лишь летом, когда степь оживляли огромные стала зверья, отправлялись на охоту, в том числе на бизонов.
Пешая охота требовала огромного напряжения сил. В борьбе с крупными животными успех обычно ждал, если удавалось использовать пересеченный рельеф местности и загнать зверье в ловушку: направить стадо к обрыву реки, оврагу, огромной яме. Подобные способы охоты практиковали в каменном веке и жители Европы.
Статья иллюстрирована работами американских художников XIX-XX веков
Между тем с появлением испанцев лошадь вернулась в Америку. Уже в XVII веке стада мустангов – одичавших коней – достигли современного штата Нью-Мексико, а в следующем столетии их поголовье превысило, по некоторым оценкам, четыре миллиона животных.