Страница 52 из 76
Черный Легион начал перегруппировку.
– Первый взвод переходит к занятию телекоммуникационного центра, – сообщил координатор Черного Легиона. Пятиэтажное здание, бывшее центром, куда сходились практически все каналы связи, обеспечивавшие функционирование местного участка Сети, осталось при обстреле невредимым – среди круглосуточно дежурящих в здании специалистов было немало сторонников революции, а сам центр мог хорошо послужить восставшим.
Аватары Черного Легиона, стремительно вынырнув из-за стен зданий на противоположной стороне улицы, ринулись прямо к центральному входу, стреляя из ракетных автоматов. У наемной охраны у дверей были лишь доли секунды на то, чтобы открыть ответный огонь, но даже те, кто успел среагировать, не могли ничего изменить – их пистолеты-пулеметы были неспособны остановить роботов. Взвод Черного Легиона достиг входа без потерь, а у дверей лежали изрешеченные пулями тела.
Штурмующие ворвались в здание, и охранники из частных компаний внутри оказались в ловушке. Тяжелые герметичные металлические двери компьютерных залов оказались запертыми изнутри – сотрудники центра явно знали о начале штурма и теперь готовы были пустить внутрь только силы Core. Грохот шагов стремительно перемещающихся по зданию аватаров лишь ненадолго прерывался короткими очередями из автоматов и трижды – лязгом и звоном мечей и секиры координатора Первого отделения. Вскоре Черный Легион достиг компьютерных залов и бронированные двери открылись – работники центра с радостью пустили бойцов Core внутрь. Меньше чем через десять минут после начала штурма координатор сообщил: «центр под нашим контролем».
Вертолеты, высадившие десант Красной Гвардии, стрекотали над набережной, возвращаясь на «Севастополь».
– Говорит первая рота. Полицейские участка номер три сопротивления оказывать не стали, выбросили белый флаг, – сообщали красногвардейцы, – здание телестудий окружено, начинаем штурм.
– Докладывает вторая рота. Полицейские участки один и два в полном составе сдались в плен.
Через восемь минут от первой роты поступил новый доклад.
– Телестудии взяты. Потери противника – девять охранников из ЧВК28. Один легкораненый среди некомбатантов, враг пытался прикрыться заложниками. Помощь оказана.
– Отлично, – прокомментировал Отравленный клинок, – теперь вражеской пропаганде конец. Контакт с революционерами установлен, – продолжил он, обращаясь к десантникам, – готовьте студию к трансляции заявления лидеров восстания.
– Мэрия захвачена, – сообщил координатор второго взвода Черного Легиона, – но трое из охранявших ее наемников пытаются скрыться. Первое отделение начало преследование.
– Среди них бывший командир карательного отряда, – заметил Отравленный клинок, – его необходимо уничтожить или захватить, и как можно скорее.
– Управление сетью камер слежения уже перехвачено, – вмешался в разговор координатор второй роты Красной Гвардии, – мы их видим.
– Думаю, я их тоже вижу, – раздался голос Несущего бурю.
Трое вооруженных людей в защитного цвета форме нырнули в темный переулок. Они уже решили, что одурачили преследователей, когда прямо перед ними возникла громадная черная фигура аватара. Все трое бегущих почти одновременно вскинули автоматы, но Несущий бурю оказался быстрее. Ракетный автомат выплюнул очередь активно-реактивных пуль, которые скосили двоих еще до того, как они успели нажать на спусковые крючки. Третий, бывший в центре, успел выпустить короткую очередь, но Несущий бурю переключил оружие в снайперский режим и одна пуля, с математической точностью направленная прямо в автомат наемника, разбила его приклад в щепы и выбила из рук. Сзади раздались тяжелые шаги аватаров Черного Легиона – бывший каратель оказался в ловушке. Один из десантников уже вскинул автомат, но Несущий бурю остановил его.
– Не стреляйте. На этот раз мы отложим исполнение приговора ... до утра. Думаю, после всего того, что вытворял его отряд, жители города будут рады видеть его повешенным на центральной площади.
Бронированная рука аватара сдавила запястье наемника с силой, не оставляющей надежды вырваться, и десантник поволок его за собой, словно тряпичную куклу, обратно к захваченному зданию мэрии.
...
Доклады, поступавшие от третьей роты Красной Гвардии, высадившейся на окраине столицы, подтверждали, что операция идет в соответствии с планом – и даже лучше. Информация от агентов, имевшихся в войсках, подтвердила – армия (которая разом потеряла главнокомандующего, министра обороны и трех генералов) теперь предпочитает сохранять нейтралитет и не будет выступать против революционеров.
Первая из частных военных компаний, штаб-квартира которой была уничтожена при бомбардировке, была полностью дезорганизована, а ее небольшой отряд, столкнувшийся с авангардом сил Core, был полностью уничтожен в течение минуты. Вторая действовала несколько более слаженно (хотя ее штаб-квартиру постигла та же судьба), и два взвода сумели занять оборонительные позиции на окраине города – но они понятия не имели, что творится за их спинами. В ту же секунду, когда третья рота Красной Гвардии и революционеры (получившие оружие и рвавшиеся в бой) начали обстрел позиции наемников, вторая рота Красной Гвардии ударила им в тыл, а возникшая словно ниоткуда «Валькирия» выпустила по ним пару ракет.
– Враг уничтожен, – докладывал координатор третьей роты, – потери – два аватара, ремонтопригодные, и трое раненых у революционеров – медицинская помощь оказывается, их жизни вне опасности, но одному нужна госпитализация.
– Отправляйте на экраноплане на «Севастополь» – ответил координатор сил Красной Гвардии, – экраноплан все равно вам уже не потребуется, мы скоро встанем на рейде.
По шоссе в столицу, не встречая сопротивления, вступала Красная Гвардия и насчитывавшие уже несколько сотен силы революционного подполья, к которым с каждой минутой присоединялись все новые и новые участники. Вскоре после входа в город красногвардейцы и революционеры двинулись вперед на бронетранспортерах, а за ними все новые и новые толпы людей начали заполнять улицы, и вскоре уже многотысячная колонна под красными знаменами шла к центру, следуя за войсками.
...
Три телекомпании в прямом эфире транслировали обращение лидеров восставших к народу, и в то же самое время Отравленный клинок, координатор операции, смотрел на огромный экран в рубке «Призрака», на котором отображалась карта страны и два окна видеосвязи – с директором Департамента секретных операций и комиссаром Стражей Прогресса.
– Сопротивление оказалось слабее, чем мы думали. Это успех, – сказал он.
– Да. Трухлявое дерево рухнуло от легкого ветерка. С другой стороны, все-таки лучше переоценить противника, чем недооценить его, – ответил директор.
– Реакция в других городах не заставила себя ждать. Думаю, к концу следующего дня революционеры будут контролировать все крупные города, – заметил комиссар.
– Поставки оружия для народной милиции идут по плану? – спросил Отравленный клинок.
Да, но, скорее всего, это уже не будет иметь решающего значения, – ответил комиссар, – большая часть армии, по крайней мере рядовые и младшие офицеры, поддержат революцию, теперь об этом можно говорить наверняка.
...
Ночь уже подходила к концу, но столица не спала – ликование было всеобщим. Революционный комитет вместе с тремя советниками из корпуса Стражей Прогресса и Несущим бурю собрался в здании мэрии – невероятно уставшие после бессонной ночи, но горящие энтузиазмом после одержанной победы.
– Полуостров очищен полностью? – спросил один из лидеров восстания, известный под псевдонимом «Пламенный».
– Да, – подтвердил Несущий бурю, – там не осталось ничего.
– Хорошо. Мы еще раньше решили, что после революции мы построим там парк – парк, в котором смогут отдыхать все жители, а не несколько десятков паразитов. И в центре его мы поставим памятник тем, кто погиб в борьбе за наше будущее. Но для этого надо было стереть с лица земли всю мерзость, что там находилась.