Страница 99 из 148
— Как нам уходить из Уречья с таким количеством золота? — решился всё же на вопрос Тихомир, возглавлявший отряд, цель которого был гоблинский посёлок.
— Перевалами, — отвечал Крюков.
— Но это…
Закончить свою фразу Тихомир не успел. Он наткнулся на строгий взгляд капитана и тут же вспомнил, что для того понятие «трудно сделать» просто не существует. Он всегда в таких случаях говаривал: «Трудно — не значит невозможно».
— А мы сделаем! — твёрдо сказал капитан свою коронную фразу.
Его отточенный интеллект, был тем оружием, которое разило получше меча, лука да пушки.
Палец Крюкова прошёлся по едва видимой полосе Спящего перевала, а потом добрался через Могильники и Тигриную долину к Волчьей тропе.
— Запомнил? — сухо спросил он у Тихомира. — Это и есть твой путь назад. Демьян Молотов даст провожатых…
— Хорошо… Наши действия, если будем обнаружены?
— Вы не должны быть обнаружены. Такого в моём плане нет. Уяснил?
Тихомир кивнул и прошёлся взглядом по всем собравшимся в каюте, словно пытаясь кого-то найти.
— Мы растревожим этот сонный улей, — продолжал Крюков. — Не исключено, что Защитникам Лиги придётся не сладко.
Назар чуть запнулся. По его лицу трудно было сказать, о чём он сейчас подумал. В этот момент Крюков ругал себя последними словами.
«Скотина! Слолочь! И не жалко тебе людей-то? Защитников Лиги? Сам недавно был среди них, а теперь подставляешь под удар… У-у, гнида!»
Назар сжал зубы, всё ещё глядя на карту. Ему не так было жалко бойцов из Молотовки, как печалил тот факт, что он вредит здесь, в Сиверии, как ночной тать.
«Заткнись! Не время сопли жевать!» — Крюкову вдруг вспомнились «охотничьи» рейды у берегов Игша. Тогда он хоть и помоложе был, однако со своей совестью находил общий язык. И то, что порой бил не военные суда, а купеческие, его не смущало.
Чужина проклятая! Иссушила мою душу, измотала, — Назар вдруг стукнул кулаком по столу. — В кого я превратился?
Сидевшие командиры вздрогнули и подняли удивлённые взгляды на капитана.
— Тут у Молотовых солёный промысел, — продолжил тот, как ни в чём не бывало. — Ты, Тихомир, придёшь туда со своими ребятками под видом доброхотов-наёмников, якобы для добычи…
— Так тут до гоблинских земель рукой подать! — подал голос старпом. — Если отряд будет идти к их святилищу, то тем не составит труда выяснить, откуда он заявился. Нападут на солеварню, там людей всех…
Старпом тут же осёкся. Красноречивый взгляд капитана не сулил ничего хорошего.
— Ты Крюков? — сердито спросил он. Старпом отрицательно мотнул головой. — Нет? А где он?
— Вы…
— Да? Не может быть!.. Вот что, Виктор, запомни, говорю только раз, потом пеняй на себя. Когда говорит Крюков, то остальные, молча, внимают его словам, — отрезал капитан. Он сердито оглядел всех своих ребят и добавил: — И сейчас говорит именно Крюков, то бишь я. Если мне понадобится выслушать ваши мысли, то я непременно об этом сообщу. Это ясно?
Все закивали головами и потупили взор.
— Молотовы согласны рискнуть, — продолжил капитан. — Часть золота они повезут к себе в посёлок, остальное забираем мы. Потом поведают Защитникам Лиги, что гоблины взбунтовались да на солеварню напали… Но, а чтобы купцы не вздумали шутить с нами, для этого ты, Лешук, приведёшь нам гостя, — тут Назар ткнул в одного из своих командиров трубкой.
— Кого это? — пробасил тот, чувствуя, что ему можно сейчас вставить слово.
— Касьяна — младшего брата. Он сейчас в Гравстейне. Тогда и Молотовы станут посговорчивей, и в спину нам удара ждать от них не следует.
— Но одобрят ли это… там? — неуверенно спросил Лешук, кивая за борт корабля.
— Запомни, братец, никто Крюкову не указ… Никто!
Капитан откашлялся и полез за трубкой.
— Семён займётся медными рудниками, — продолжил он, чуть погодя. — Демьян-Хозяин нашёл кое-кого… Эти ребята знают своё дело. Чеканят монету так, что и сам Айденус не отличит. На рудниках сейчас такое дело наладили — просто загляденье… Жаль, что с «орликами» мы вопрос никак не решим.
Крюков набил трубку табаком и затянулся.
— Гибберлинги в Сухую долину не пускают, — рассказывал он дальше. — Демьян говорил, что там золото само из земли лезет. Эх, этот Сотников со своими договорами…
— Может мы тогда сами как-то…
— Сами? Как-то? Кто из вас в горном деле смыслит? Вот то и оно! Ну, ничего. Возьмём Молотовых за горло, они, думаю, что-то да придумают.
И надо сказать, что те потом действительно придумали.
— Проклятый Храм? — переспросил Крюков у старпома, когда тот спустя какое-то время пришёл с докладом о ходе дел в Сиверии.
— Да, старые легенды говорят, что там золота видимо-невидимо.
— Старые легенды или Демьян? Ему верить, что себе в сапог ссать: вроде и тепло, но и в то же время мокро.
— Может, стоит послать кого? Пусть поглядит, проверит.
— Может, — кивнул Крюков…
Откуда-то запахло сыростью. Капитан ещё раз втянул носом воздух и, чуть откашлявшись, вдруг спросил:
— Острог сгорел полностью? Живых там видели?
— Нет… никого не заметили. Но Семён, как я понял, постарался пройти западным бережком, чтобы его не засекли… И в этот раз он доставил больше «меди»…
— Больше… меньше… Как это всё уже надоело. Такое ощущение, что я в шкуродёра какого-то превратился, а не в воина…
Снова вспомнился констапель Филиппов. Настоящий матрос, старой закалки… Таких как он, контр-адмирал Пущаев называл истинными канийскими воинами, «косточкой».
— Его руки, может, и по локоть в крови, — говаривал контр-адмирал, когда в кают-компании собирались его подчинённые. — Его хлеб — труден и горек. Но он честен и верен своему долгу. И наша с вами цель оставаться такими же, не смотря ни на что…
Крюков снова затянулся, глядя на карту на столе.
— Что наш «гость»? — повернулся Назар к старпому. — Не скучает?
— Ест, пьёт… отдыхает… как вы и приказывали…
— Ясно, — капитан оборвал доклад своего помощника. — Что-то ты, Виктор, не весел в последнее время. Случилось чего?
— Нет, всё хорошо. — Виктор удивился сегодняшней разговорчивости капитана. Обычно он болтуном не слыл.
— А вот у меня, что-то скребёт в душе… Думаю, что обо мне расскажут… потомкам. А? Гадость какую-нибудь?
— Зависит от того, кто сейчас победит.
— О! Верно говоришь, — хлопнул Крюков старпома по плечу. — А веришь, я раньше мечтал в дальние дали отправиться. Искать таинственные острова, сражаться с демонами… Правда, как на «Разбойник» перешёл… кстати, тоже старпомом, как и ты, — Назар окинул взглядом Виктора. — И возраста, кажется, того же был… О, Тенсес, как давно это было! Аж не верится!.. Ну, мы тогда имперским парням жару и задали!
Капитан снова замолчал и уставился в открытое окно…
— Что? Это Крюков придумал? — капитан-командор Косов покраснел, словно свекла.
— Говорит, что на своём «Разбойнике» уже подустал нести брандвахтенную службу-то…
— Да мне плевать, что он там устал или нет! Мне, думаете, тоже не надоело?.. Как капитана убило, и он сам возглавил команду «Разбойника», так и рвётся на подвиги… Герой, хренов!
— Но согласитесь, план отменный. Коли всё выгорит…
— Вот именно! Вот именно, коли выгорит. А коли, нет? — слюни изо рта Косова разлетались во все стороны.
Он вовсе никого не хотел слушать. Прорвать оборону с такими малыми силами, да в сложившейся обстановке — чистой воды самоубийство. Лучше бы дождаться подкрепления.
— Может, вы его выслушаете? — просил старший помощник. — Крюков на палубе… ждёт…
Косов и сам не понял, отчего согласился.
Глаза Назара горели, словно два факела. Он яростно принялся настаивать на своих планах.
— Я уверен, — горячо доказывал он, — что на днях имперские силы начнут штурм Вороньей горы. А оттуда, как вы понимаете, вся гавань и вся цитадель, словно на ладони. Стоит разместить пушки…
— Астральные пушки на земле не работают, — заметил капитан-командор.