Страница 60 из 148
Ну и чудовище! Ужасное чудовище!.. Так ведь меня обозвала эльфийка.
Кстати, Кристины всё ещё не было. Я, конечно, не особо переживал за неё, но периодически подумывал о том, куда она могла подеваться.
Странноватая она всё же личность. Я бы сказал — подозрительная. Все эти некроманты, колдуны и прочие… бездельники, только то и могут, что ковыряться в мёртвой плоти… Не дай, Сарн, чтобы и меня таким образом «оживили»…
Закончить свои душеизлияния я не успел. Где-то совсем недалеко зашуршали камешки, а потом чуть слышно начал поскрипывать снег.
Я прислушался. Складывалось такое впечатление, что-то кто-то очень медленно и как-то неуверенно брёл по склону.
«Раненный, что ли?» — подумалось мне.
Секунду-другую я раздумывал, что делать, а потом змеёй скользнул в сторону из своего укрытия и откатился к низкорослым сосенкам.
Кровь забурлила, дыхание участилось… Жду…
Прошло несколько секунд. Поскрипывание снега становилось все громче. А потом вдруг шаги снова затихали. Слышалось какое-то копошение, сопение.
Мой костерок медленно затухал. Редкий порыв ветра и вот огонёк снова взметался вверх, освещая небольшой пятачок у пещерки, создавая на её стенах причудливые тени. И вот опять «засыпает»…
Кажется, существо пошло вниз. Я подождал с минуту, пока шаги не стали более глухими. И, выйдя из своего укрытия, осторожно последовал за таинственным незнакомцем.
Крался я, наверное, минут пять, пока не вышел на пологий склон, щедро освещаемый луной.
Тишина. Шагов не слышно. От мороза когда-никогда потрескивают сосны, постанывают, словно люди… Жутковато…
Я огляделся — пусто. Эх, нужно было найти следы, а не идти стороной, на звук шагов. Теперь ищи-свищи ветра в поле!
Тр-р-рах!
Звук эхом разлетелся по окрестностям. Я вздрогнул и прижался к дереву.
Секунда… вторая… В ушах всё ещё этот громыхающий звук, явно напоминающий треск падающего дерева.
Зашуршали ветки, и в лунном свете забелела долговязая человеческая фигура.
Я судорожно сглотнул. А потом осторожно выглянул. Не хотелось себе в этом признаваться, но мне стало страшновато. Причём страх был настолько сильным, что разом отгонял все здравые рассуждения.
Похожая на скелет фигура, пошатываясь, брела по снегу. Дыры глазниц светились тусклым зеленоватым светом, отчасти похожим на свет того «изумруда», торчащим из столба. Эти своеобразные глаза на его бледнокожей голове таращились в ночь.
Слава Тенсесу, — мелькнуло в голове, — что нежить меня не заметила… пока…
Ростом сие некромантское творение было с два человеческих роста. В отличие от тех мертвецов, видимых мною на острове Безымянного, эта нежить вела себя более адекватно. Мне даже показалось, что она внимательно осматривается по сторонам, принюхивается, словно ищет что-то, или кого-то.
Я не двигался, стоя у низенькой ели. Пальцы нервно сжимали рукояти мечей, готовясь в случае чего выхватить оружие для отражения атаки.
Что там мне рассказывала Кристина? Как победить нежить? Всё вылетело из памяти…
Вдох… Пытаюсь взять себя в руки… Выдох… Сердце звонко стучится в груди, отдавая по вискам… Вдох… Спокойней, Бор. Ты уже сталкивался с нежитью, и не раз… Выдох…
Мертвец был укутан в какие-то обрывки тёмной ткани, частично закрывающей его тело. Он ковылял дальше, волоча за собой громадных размеров секиру. В свете луны та казалась просто гигантской. Лезвие тускло поблёскивало, царапая землю и снег, и оставляя за собой широкую тёмную борозду.
Вот нежить вышла на каменистый пригорок, на мгновение остановилась, потом резко поменяло направление движения. И идти она начала прямо в мою сторону.
Хрусть! Хрусть! Хрусть!.. Звук шагов эхом уносился вдаль.
И вдруг ниоткуда появилась Кристина.
Вернее, как «ниоткуда»? То, что я принял сначала за черный валун, зашевелилось, через секунду обретая человеческую форму.
Чернокнижница смотрела на бредущую фигуру нежити, словно на какого-то слизняка. Мгновение-другое и из её ладоней вырвался едва-едва различимый эфирный свет, окутавший долговязую фигуру своеобразным саваном. И в тоже мгновение глаза обожгла вспышка, и вот на снегу осталась лежать лишь секира.
Эльфийка неспешно подлетела ко мне и сурово уставилась в глаза.
— Ты что тут забыл? — сухо спросила она. — Мы с тобой уславливались, что ты поджидаешь меня на плато недалеко от того столба.
— Переживал, куда ты запропастилась, — отшутился я, всё ещё прокручивая в памяти странное перевоплощение черного пятна в эльфийку.
«Оборотень она, что ли? — спрашивал сам себя. — Неужто это так?»
— Нашла, что искала?
Кристина не ответила и вернулась к тому месту, где осталась лежать секира.
— Иди сюда, — позвала она меня. Едва я приблизился, как она спросила: — Заметил что-то необычное?
— Ну, ты даёшь! Естественно.
Эльфийка обернулась, глядя на мою скалившуюся рожу.
— Я о нежити, — сердито сказала она. — Тебе не показалось, что она вела себя… разумно?
— А, вот о чём ты. Ну, что-то есть… похожее… Но с уверенностью я бы не сказал.
Кристина несколько минут смотрела вниз, а потом пробормотала:
— Возвращаемся.
Всю дорогу она молчала. Когда мы пришли к пещерке, подле которой уже угасал огонёк, эльфийка устало опустилась на один из валунов.
Мои ноги тоже уже заплетались. Навалилась такая неимоверная усталость, что пришлось присесть. Глаза закрылись сами собой, страшно захотелось спать… Разум провалился в липкую бездну дремоты, в которой привиделись какие-то мрачные образы…
Это водяники. Мертвые водяники.
Я вижу, как их изуродованные тела выходят из Вертыша и идут ко мне…
Глаза резко открылись. Эльфийка так и сидит на камне. Прошло от силы несколько мгновений.
Фух! Привиделось… Точно привиделось… Наверное, правы были и дед Глазастик, и Кристина, что это дело рук тех ведунов. Наложили тёмное заклятие, и теперь нет душе покоя.
Моё тело покрылось лёгкой испариной.
Проклятая магия! Чтоб их всех…
— Магия бывает разной, — неожиданно ответила Кристина.
Оказывается, я вслух произнёс ругательства. Не знаю к чему она отнесла мои слова, но эльфийка добавила:
— Даже ты, между прочим, одно из магических созданий.
К чему сказано — непонятно. Но последняя фраза меня заинтересовала.
— В этом мире столько всего… И то, что является тайной для одних, другим видится обыденным делом, — Кристина подняла взгляд. — Даже… даже… пекаря можно отнести к магам, — устало зевнула эльфийка, а потом вдруг рассмеялась. — Шучу, конечно. Но если я не ведаю, каким образом он делает хлеб, то вся его работа может казаться сплошным колдовством. Это надо же, — с наигранным удивлением продолжала она, — из какой-то муки сотворить вкусный ароматный каравай. Просто колдовство какое-то!
Я занялся костром, чтобы хоть как-то развеять сонное состояние, и при этом внимательно старался слушать эльфийку.
— Когда понимаешь суть явлений, то ты вполне способен управлять ими. Верно?
Я кивнул.
— Люди племени Зэм… Казалось бы, загадочнее их только цивилизация джунов. А если вникнуть в суть…
— Они тоже колдуны? — спросил я.
— Они тоже исследовали наш мир, Сарнаут, — быстро ответила Кристина. — Свою магию они зовут «механикой»… Вещь малопонятная, но весьма действенная. В Империи Восставшие заняли одно из главных мест, среди правящих там рас.
— Вижу, они не дают тебе покоя, эти люди Зэм.
— Ещё бы!
Эльфийка замолчала. Она сощурилась, глядя на яркие языки огня.
— Почему ты сказала, что я — магическое существо?
— Почему?.. Разве это не так? — Кристина усмехнулась.
— И кто же я? Чьих рук создание?
— Я же тебе уже отвечала: в нашем мире множество магических школ, всяческих практик и тому подобных вещей. Я не знаю, кто твой творец и зачем он тебя создал, но я вижу, что ты не человек. Это всего лишь оболочка… У племени Зэм, к примеру, тела вообще представляют собой… «механизмы».