Страница 95 из 120
Таким образом, перед нами предстаёт культура с высоким уровнем городской урбанизации. Куда там до неё тем классическим грекам? Тут финикийские многоэтажные инсулы на ум приходят — вроде гадесских и карфагенских. И эта цивилизация — тоже морская. И ничего удивительного в этом нет, если разобраться. Колыбелью европейского мореплавания стало Средиземное море — относительно спокойное по сравнению с открытым океаном и окружённое со всех сторон сушей. И для каботажного плавания вдоль берегов оно удобно, и отдалиться от берега, потеряв его из вида, не столь уж страшно — даже заблудившись, куда-нибудь, да приплывёшь. Идеальное место для зарождения и освоения мореходных навыков. А в Новом свете, да ещё и в допотопные времена, аналогом Средиземного моря было Карибское. Уровень его, как и всего океана, был тогда на добрую сотню метров ниже, чем теперь, и многие отмели были в то время островами. Проливы между отделяющими это море от океана Малыми Антилами были уже современных, а их вулканические вершины — выше над уровнем моря. И сейчас-то они видны издали, не заметить и промазать — ещё постараться надо, а уж тогда — тем более. Если уж реальные исторические карибы, будучи эдакими викингами Нового света, бороздили его на своих утлых каноэ вдоль и поперёк — ага, дикари дикарями, то что тогда о мало-мальски развитой цивилизации говорить, если само её размещение на островах не позволяет ей обойтись без мореплавания? Тем более, что и времени на это у неё был — вагон. Тут и Платон в своих текстах прямо и недвусмысленно указывает на владение атлантами трансатлантическими маршрутами, а косвенно и на их связи с Египтом намекает. Ведь сами-то исторические египтяне — ни разу не мореплаватели, и тут следует учитывать, что обусловлено это религиозными заморочками, требующими мумификации и погребения всенепременно на родине. Никак нельзя было правоверному египтянину сгинуть без вести на чужбине! А значит, и проповедовавшая этот культ мёртвых египетская жреческая каста, которая куда древнее самого Египта, едва ли в этом отношении от своего народа принципиально отличалась. Но связи — имелись однозначно.
Весьма любопытна в этом плане карта турецкого адмирала Пири Рейса, что составлена им в тысяча пятьсот тринадцатом году, а на ней довольно точно — лишь с незначительными ошибками — показано побережье Южной Америки. Вдумываемся в расклад. Америка ещё только-только открыта, еще только завоёвывается Куба, ещё не исследовано мексиканское побережье, нет в Южной Америке ни одного испанца, ещё только самый краешек Бразилии известен открывшим её португальцам, а у весьма далёкого от плаваний через Атлантику флотоводца Блистательной Порты имеется карта, где показана вся обращённая к Атлантике часть материка, да ещё и с реками. Устье Амазонки, правда, показано дважды — тут ошибочка вышла, ну так ведь и сам Пири Рейс честно признаётся, что эта карта — компиляция, выполненная им на основе целой кучи других карт, старинных уже в его времена. Сам он их в библиотеке стамбульской нашёл, от Константинополя ещё византийского унаследованной, а туда ведь ещё в позднеримские времена много чего из Александрийской библиотеки перекочевало. Часть древних карт, послуживших ему первоисточниками, к четвёртому веку до нашей эры относится, часть — ещё древнее. Кто-нибудь верит в то, что греки, не знавшие даже реальных очертаний Африки, как и её величины, открыли и исследовали Южную Америку? Между тем, не только Южной Америкой ограничивается странная анахроничность карты Пири Рейса. На ней ещё и прилегающая к Атлантике часть побережья Антарктиды прорисована. Мало того, что этот южный полярный мтерик лишь в девятнадцатом веке открыт — там это побережье ещё и свободным ото льда показано. И показано довольно точно, согласно современным реконструкциям. Выходит, первоисточник составлен тогда, когда эта часть Антарктиды была в натуре свободна от ледников? По современным исследованиям такой период был как раз до потопа, когда Северный полюс был где-то в районе Гудзонова залива или Гренландии, а Южный, соответственно — ближе к противоположному побережью Антарктиды, обращённой к Тихому океану и Австралии. Кто мог составить такие карты кроме мореплавателей допотопной морской працивилизации?
Строго говоря, мы не знаем, вест-индская ли культура осуществила эти открытия и картографирование или какая-то другая, современная ей. Затопленный ныне поднявшимся океаном континентальный шельф материков велик и обширен, и вовсе не факт, что платоновская Атлантида была единственной приморской цивилизацией. Но вот ведь в чём закавыка. Исследователи карты Пири Рейса считают, что её проекционный центр — в Каире, который расположен рядышком с древним Мемфисом и Гизой с её Великими пирамидами и Сфинксом. А значит, авторы карты-первоисточника — всё-таки египетские жрецы. И составляли они её по картам, скорее всего, той допотопной морской цивилизации, что контактировала с их предшественниками непосредственно. А это, если верить Платону и его источникам, как раз евонная Атлантида и есть. Недурно для красножопых гойкомитичей?
И ведь даже после полного краха своей цивилизации их одичавшие потомки оказались, как выясняется, выдающимися для своих убогих возможностей мореходами. Это я снова об упоминавшихся ранее «людях красной краски» говорю, если кто не въехал. Спустя примерно тысячелетие после расцвета их культуры на Лабрадоре, характерные для них захоронения вдруг откуда не возьмись, то бишь без малейших местных предпосылок, появляются на северных берегах Европы. Это — непреложный археологический факт. А в дополнение к нему — факт генетический. В генотипе потомков североевропейских пиктов — древнейшего, кстати, населения этого северного края Европы — присутствуют американские гены. То есть чистые пикты, до их смешения с пришедшими туда позднее европеоидами — получается, что потомки тех самых помешанных на красной охре чингачгуков. Основываясь на этом факте, американскихе историки всерьёз говорят об «американском открытии Европы». И совершено оно на выдолбленных каменными тёслами утлых челноках, которым даже до ранних кнорров викингов — тех, что добрых пять тысячелетий спустя открыли Исландию и Гренландию с той же Америкой — как раком до Луны. Недурно для дикарей с каменными томагавками?
И ещё одно косвенное свидетельство контакта платоновской Атлантиды с допотопными предшественниками египтян прослеживается. Точнее — с помощью той платоновской Атлантиды, обеспечившей тот контакт транспортными перевозками. Или кто-то всерьёз полагает, что допотопное население андского высокогорья владело собственным флотом на Атлантике? Между тем культурная связь южноамериканских Анд с египетской Гизой несомненна. И даже глубоко копать не надо — на поверхности она лежит для наблюдательного глаза. Странные удлинённые черепа Эхнатона и Нефертити на их статуях и настенных изображениях припоминаем? А высокие головные уборы фараонов, как раз под такую форму черепа и заточенные? Так вот, точно такие же черепа и у некоторых южноамериканских мумий в Андах. Встречаются они и в Мексике, хоть и гораздо реже, и именно в подражание им знать майя собственные черепа с детства деформировала. Так сами по себе эти черепа — ещё не весь факт, а только половинка факта. Другая же половинка — это сходство мегалитической каменной кладки в андском высокогорье и на Гизе. Я говорю об «инкской» антисейсмической кладке, которая на самом деле не инкская, а их далёких предшественников. Культура Тиауанако на озере Титикака, что на боливийском нагорье, официально датируется первым тысячелетием уже нашей эры — ага, по стилю керамики и по радиоуглероду органики. Ну, об адекватности той радиоуглеродной датировки я уже говорил применительно к Теотиуакану. Кострища, мусорные кучи и захоронения — это одно, монументальные каменюки — совсем другое. И с Тиауанако, похоже, та же самая хрень, что и с Теотиуаканом — дикари-гойкомитичи просто пользовались тем, что унаследовали в готовом виде от допотопных предшественников. Ведь по мнению некоторых историков мегалитическим сооружениям Тиауанако не менее пятнадцати тысяч лет! И когда сравниваешь их ярко выраженную и вполне функциональную антисейсмическую кладку с аналогичной, но уже чисто декоративной — потому как для сейсмически спокойного Египта она и на хрен не нужна — кладкой Храма Сфинкса в Гизе, то как-то не возникает сомнений, кто у кого её творчески сплагиатил. А точнее — кто кого учил монументальному каменному строительству. Стиль архитектуры всего сооружения в целом тут вторичен, он местными традициями определяется, с которыми малочисленные «понаехавшие» должны были считаться, а вот характер самой кладки — это как раз то техническое «ноу-хау», которое от местных культурных традиций не зависит и перенимается без возражений. Правда, потом и вырождается за ненадобностью…