Страница 33 из 61
— Простите господин… я думал… вы из разговора поняли… кто его друзья… — расстроенно забормотал Таш, но комендант уже разгадал, что это была проверка.
И устроили её эти двое вовсе не ради проверки его на храбрость, а чтобы доказать Хо… что-то такое, отчего она стала чуть больше доверять собственному отцу. А потому он не должен на них обижаться… наоборот…
— Ваше превосходительство, — Стан смотрел на коменданта серьезно и хмуро, — в вашей области сидят в клетках больше десятка мангуров… Закат предлагает сделку. Вы их выкупаете или обмениваете… как хотите, и выпускаете на свободу. А верты за это обещают охранять Хо и Гервальда круглосуточно. И еще показать все бандитские тайники.
— И кто это… Закат?
Крупный самец мангур, бывший совсем недавно собственностью коменданта, подошел к нему и сел напротив, уставившись в глаза немигающим взглядом золотистых мудрых глаз.
— Он — Закат. А его подруга — Тень. Они дадут вам унса, и тогда вы сможете их понимать. Они вас прекрасно понимают.
— Что такое унс?
— Чудик… вылезай, — как ни хотелось Стану скрыть своего стража в тайне, просьба зверей была важнее собственных капризов.
— Чудик вылез, — скользнул на плечо иномирянина унс, — что нужно, мелочь глазастая?
— Унсы могут читать мысли мангуров… и переводить их в человеческую речь, — пояснил Костя изумленному наместнику, — но нужно с ними заниматься… теорию они знают, а практики не было… Закат говорит, что у Хо может получится… научить унса разговаривать.
Пояснять Зорденсу, что это мангуры так решили его просьбу занять девчонку чем-нибудь полезным, Стан не собирался, сам со временем сообразит, далеко не дурак.
— Я согласен, — наместник сразу смекнул, сколько человеческих жизней сохранит и как одним махом разберется с бандой при помощи таких мощных союзников, — на все условия.
— Вот и замечательно, — обрадовался Стан, — Закат говорит, что выведет Таша и Хо к ближайшей деревеньке, там они сядут на хутам, верты будут провожать. А как быть дальше — придумайте сами, меня уже ждут. Пока Таш, до свиданья, Юнхиола. Удачи…
Проворные щупальца тхиппа захватили парня без предупреждения, и последнее слово Стан выкрикивал уже с его зеленой спины.
Испытывая одновременно печаль и невольное облегчение, Костя справедливо предполагал, что искать двойника гораздо проще в одиночку.
На берегу их уже поджидали хумили со всей своей нехитрой поклажей, лодка стояла на якоре немного ниже по течению. Показывать всем подряд свои укромные местечки вовсе не входило в намерения морян.
Спят, наверное, люди, устало вздохнул Стан, и не слышат никакого звонка. Да и ветер после полуночи просто озверел, налетает жесткими порывами, рвет с головы бандану, наносит внезапные удары то в бок, то в спину. Они еле добрались от хлипкого причала до этого места. Рыбаки, решившие переждать непогоду на этом берегу пролива, звали их в деревенский трактир, но как-то неуверенно, словно загодя знали, что хумили категорически откажутся.
И вместо того, чтобы быстренько пройти двести метров до призывно зовущего огоньком у входа приземистого строения, и окунуться в запашистое тепло его комнат, поведут Стана полузаросшими тропками вверх, на холм. Угадываемый парнем в темноте только благодаря смутным изображениям, передаваемым Чудиком. Сам унс видел ночью как кошка, а может и лучше, но вот передавать получаемую ночным зрением картинку у него получалось не очень четко. Похоже, все-таки придется поэкспериментировать с яркостью… позже, если их, наконец, пустят под сень каменных стен, надежных даже на ощупь. Хотя с каждой минутой Стан сомневался в этом все сильнее.
Где уж хозяевам при такой непогоде расслышать какой-то звонок!
— Проходи… только пригнись, тут низко, — слегка виновато предупредил Витти, и Костя обнаружил, что дверь уже открыта. Только ее верхний край находится на уровне его груди. Живо припомнил, как устраивалась спать на маленьких кроватках бедная Белоснежка, и заранее затосковал, похоже, ему предстоит сегодня такая же мука.
В прихожей было почти темно, свет шел откуда-то снизу, и Стан сделал в ту сторону несколько шагов, предусмотрительно положив на лоб руку, разбить голову о низкий потолок или балку как-то не хотелось. Выяснилось, что слабый свет идет из двери, расположенной в конце ведущей вниз лестницы, и хумили уже деловито топают по этой самой лестнице. Значит, были тут не раз, и не зря тащили его именно сюда, окончательно уверовал в свои предположения Костя и со вздохом шагнул следом.
Довольно просторное помещение со сводчатым потолком открылось за вторым поворотом лестницы, и было тут тепло, светло и очень уютно. Судя по всему, эта комната была одновременно кухней и столовой, и на широкой плите, под которой горел жаркий огонь, стояло несколько вместительных кастрюлек и жаровен. Их содержимое живо волновало воображение парня, почти полусуточное болтание на волнах под довольно прохладным ветром, как выяснилось, очень способствует развитию аппетита.
Спасибо еще морянам, вернее, как подозревал Стан, его решению принять их подданство. Когда на середине путешествия из волн вдруг вынырнуло два тхиппа и зеленые щупальца аккуратно перенесли со своей спины на одну из скамеек моряну, рыбаки почему-то не испугались и не встревожились, а облегченно вздохнули. И ринулись опускать парус, который последние полчаса раздувался с такой угрожающей яростью, что тонкая мачта гнулась и жалобно скрипела. Костя не смог рассмотреть, как тхиппы устроились под дном лодки, но понеслась она после этой модернизации намного быстрее. А главное, больше не зависела от изменчивых порывов ветра, и прибыла к назначенному месту значительно раньше обещанного рыбаками срока.
К глубокому разочарованию Стана, хумили, не замедляя шага, пробежали мимо шкворчащих и булькающих посудин, и ему невольно пришлось топать следом. Как-то невежливо остановиться и предложить сначала со всей доскональностью изучить это помещение.
Но уже очень скоро, войдя в жарко натопленное помещение, где центральное место занимал маленький, обложенный камнем бассейн, заполненный чуть парящей водой, Костя забыл про вожделенные жаровни. На целых сорок минут, не меньше, пока как следует не протер жесткой мочалкой все тело и не окатился чистой водой. Штаны, выданные ему хозяином-полукровкой, оказались чуть ниже колен, а рубаха не прикрывала даже пупок, но парня это совершенно не волновало, главное — его вели обратно к проникающим даже сюда запахам мяса и рыбы.
— Мы уйдем прямо сейчас, — виновато сказал Витти еще минут через сорок, отодвигая от себя блюдо с остатками жаркого, — днем нам опасно летать над городом. А ты отдыхай, можешь оставаться на столько, сколько необходимо. Батин принесет тебе новую одежду и разузнает все новости. Денег ему платить не нужно, за тебя везде, где на харчевнях есть вот такой знак, будет платить наш народ.
Хумили протянул Стану маленькое серебряное колечко-печатку с монограммой из стилизованных ящерок, переплетенных в виде буквы H.
— Оно не налезет мне на палец, — рассмотрев кольцо, отказался Стан, но маленький травник был непреклонен.
— Повесь на шею, на цепочку, рядом с кошелем, и не спорь. Наши люди не просто накормят… а помогут и укроют… мало ли что может произойти. Хамшир велик и правила тут жестче, чем на Зании.
Против такого утверждения спорить было глупо, и Стан согласился, повесил колечко на цепочку. Кошель он сунул в свой тощий мешок, намереваясь позже привязать к поясу, в надежде на сторожевые способности Чудика.
Прощались хумили торопливо, и как-то виновато, они уже с головой были погружены в новые планы и заботы. Стан был в курсе, что до того, как малыши сядут на судно, чтоб пересечь океан, разделяющий их родной материк и Хамшир, им предстоит путешествие через довольно густонаселенные области империи. Был еще один путь, через портал, но пройти там с набитыми монетами кошелями хумили не могли. А местные банкиры, пользуясь особенностью переброса, драли за перевод денег на Имрай почти треть суммы. Для маленьких перегонщиков, рискующих ради этих денег жизнью, цена была слишком высокой.