Страница 12 из 25
Пещерную часть Цанца некроманты покидали быстрым шагом. Охрана их встретила, как дорогих гостей из высшего начальства — отсалютовала алебардами с таким рвением, что любо-дорого было посмотреть. Выйдя на дневной свет, сильно зажмурились: пещерный-то город ныне освещался из рук вон плохо — одними только потолочными магическими светильниками в золотых плафонах, до которых низкорослые представители Великого народа имели немного шансов добраться.
Чтобы провести их к выходу из города, к остановимшимся было Гны и Флютрю подбежал прирученный ими сотник Элб из Кляма. Хотя некромейстер думал уйти из Цанца через тот же пролом в стене, через который они сюда проникли, инициатива сотника вывести их через центральные Мертвецкие ворота пришлась ему по душе. В самом деле, чем больше стражников увидят их в компании сотника, тем меньше подозрений они с Флютрю вызовут в дальнейшем — если когда-нибудь ещё вздумается им вернуться в сей обезображенный город.
Выйдя из Мертвецких ворот, Гны и Флютрю с демонстративной теплотой простились с Элбом из Кляма и напоказ — специально для наблюдающих за ними привратников и стражи на городских стенах — двинулись от Цанца по дороге, ведущей к Большой тропе мёртвых. Но долго они так не прошли. Гны тихо выругался и резко потянул Флютрю прочь с дороги. Пригибаясь, они нырнули в невысокие кусты, от которых перебежками добрались до леска.
— В чём было дело? — спросил младший некромант, когда они отбежали довольно далеко.
— Стражники Шестой расы, — ответил Гны.
— Ну и что? — не понял Флютрю. — Вы же с ними так мило умеете потолковать…
Гны улыбнулся его наивности:
— Нет, Флютрю, вы путаете рядовых человеческих мертвецов, служащих стражниками в карательных отрядах Шестой расы, и стражников, принадлежащих к самой Шестой расе. На первых мои фокусы действуют, ведь они такие же мертвецы, как и мы с вами. Но мне вряд ли когда удастся так просто заговорить нечеловеческое существо.
Вот оно что! Значит, и сама Шестая раса, не дожидаясь, когда Цанцкое воеводство, лишь недавно оказавшееся за Порогом Смерти, станет комфортным для её существования, озаботилась стянуть сюда свои силы. Что-то назревает, что-то замышляется… Точно ли надо мятежным некромантам искать в пещерных городах туннель, дабы убраться за Порог? Может быть, углубляясь в подземные ходы, они уйдут от решения многих загадок, расположенных где-то тут, на поверхности?
— С Шестой расой как раз всё понятно, — заметил Гны. — Её стражники осуществляют инспекцию новых территорий, в которых на местах сидят уже мертвецы из Седьмой расы. — Для подземных мертвецов — минимум неудобств. Они двигаются от Большой тропы мёртвых, что тоже было прогнозируемо. Думаю, что вся эта тропа ныне так и кишит самой разнообразной Шестой тварью.
Кружным путём Гны и Флютрю добрались к тому холму неподалёку от стен Цанца, где они оставили своих спутников — пошедших за ними мертвецов из банды Дрю. Холм был пуст. Это стало ясно уже издали.
— Рэн из Мэрта! — позвал Гны, припомнив имя человека, которого оставил здесь за главного.
Ноль ответа.
Приглядевшись, некроманты обнаружили следы борьбы. Не очень много: по всему видать, не каждый из оставленного здесь отряда оказал сопротивление в момент пленения.
— Их поволокли к Цанцу! — воскликнул Флютрю, наткнувшись на отчётливый след.
— Что ж, этого и следовало ожидать, — вздохнул Гны. — Было у меня предчувствие, что из этого гиблого города мы так просто не уйдём!
Глава 5. Отпала голова
Замок совершал свой ночной полёт, Чичеро стоял на замковой стене и, неловко свесившись вниз, пытался рассмотреть землю. Но равномерная чернота никак не позволяла углядеть даже линии горизонта. Что земля, что небо — всё едино в облачные ночи.
— Ничего не видно? — спросил Эйуой.
— Ничего, — подтвердил посланник.
— Ещё недавно здешние места освещались неплохо. Цанц во тьме так и светился: любо-дорого было по ночам пролетать мимо.
— Что ж теперь не светится? Да и где он?
— Во-он там, — указал Эйуой направление, — да только теперь почти не разглядишь. Несколько маленьких искорок во тьме — вот и всё освещение.
— Что ж так?
— Ну, это, поди, после пожара… — ответил за Бларпа подошедший к ним разведчик Уно.
— Цанц снова горел? — удивился Чичеро.
— Да, денька четыре назад, — Уно был горд, что владел последними новостями.
— То-то мне днём показалось, что строений в Цанце поубавилось, да и стены у него какие-то слегка дырявые, — вспомнил Чичеро, — но я решил, что это тень так легла…
Уно показал всем своим видом, что кладезь валящих с ног новостей в нём ещё не иссяк, и произнёс как бы между прочим:
— В Цанце-то не просто пожар был. Город, небось, штурмовали, да и захватили! А защитников изничтожили. Всех подчистую.
И Чичеро, и Эйуой поглядели на него с удивлением. Видимо, о событиях в Цанце Уно и Бларпу до сих пор не рассказывал. Держал интригу, что ли? Вот странными бывают эти живые люди…
Чичеро хорошо помнил те новости, которые лишь сегодня утром поведал полному составу банды Дрю спустившийся с небес по верёвочной лестнице Бларп Эйуой. Тот говорил, что городом Цанц теперь временно правит лично некромант Гру, принявший свой истинный облик бородавчатого карлика из Шестой расы. И эта версия была очень похожа на правду, ведь вся затея Гру с передачей власти в Цанцком воеводстве введённым в посмертие карликам из Отшибины была похоронена одним метким ударом: отказом Чичеро возвращаться с болот…
Но согласуется ли с той прежней новостью от Эйуоя последняя новость Уно о пожаре и штурме? Кажется, для согласования надо бы знать побольше.
— Кто штурмовал? Кого изничтожили? — первым опомнился Бларп.
— Кто штурмовал, о том у нас в Дроне всяко болтали. Одно ясно — Шестая раса помогла. Вошла в город снизу через туннели, всех покорных наградила, а непокорных поубивала. Глупых мёртвых карликов.
Яснее ли стало? Во всяком случае, не для Чичеро. Посланник Смерти заметил Бларпу и Уно:
— А знаете, что для меня в этой истории всего важнее: с кем же был некромант Гру? С теми, кто защищал Цанц, или с теми, кто штурмовал? — вопрос он адресовал обоим собеседникам сразу в тщетной надежде на хоть какую-нибудь ясность.
— А мне почём знать? — пожал плечами Уно.
И правда, откуда ему было знать? Попробуй выясни из безопасного Дрона хоть что-нибудь о подземном штурме Цанца Шестой расой!
— А я буду знать, — ободрил Чичеро никогда не унывающий Бларп, — когда сам во всём разберусь.
Эйуой принялся разбираться тут же, на месте, и, слушая его вопросы к Уно, посланник проникался невнятными пока сомнениями. Уно поощрялся спрашивающим к передаче фантастических слухов, если не к фантазированию с нуля.
— Выходит, вы и прежде о событиях в Цанце толком ничего не знали, Бларп? — сделал Чичеро убийственный вывод.
— Ну, что-то знали, — возразил Эйуой, — мы же над этими местами летаем чуть ли не каждый день. Но в самом Цанце разведчиков не держим — ведь ещё со времён погромов, учинённых карликами Ундикравна, там не оставалось никого живого. В ту пору и Уно переселился из Цанца в Дрон. Потому и выжил.
Уно закивал:
— Да, страшные вещи творили пришельцы из Отшибины. Карлики, дорвавшиеся до посмертия, это чистые звери. Убегая, я бросил свой домишко в Цанце, и ни на миг не пожалел. Мне ещё повезло — я в Дроне очень неплохо устроился. Сменил серую куртку смотрителя дозорной башни на зелёную блузу лесничего. Хотя чего уж там вспоминать, — махнул он рукой, мигом погрустнев.
И Чичеро была ясна его грусть. Оставленный домишко в Цанце, завидное место в Дроне — с продвижением Порога Смерти на восток всё это потеряло смысл. Опять бедняге Уно придётся устраиваться на новом месте. Ведь он — живой разведчик, обречённый на слежку за мертвецами. А мир вокруг мертвецов рано или поздно становится несовместимым с жизнью. Беднягу Уно, как и всех других бедняг, можно понять. Стало быть, ну и Смерть с ней, с достоверностью собираемой информации…