Страница 25 из 67
– Могу.
Она снова потянула и я нехотя шатнулась в ту же сторону.
– Ну, что с тобой? Такая красивая девочка, такая умница. Почему в такой день и без настроения? – Спросила она, пытаясь заглянуть в глаза. На самом деле, ей было всё равно, это чувствовалось, но такая работа. Смысл этих двух слов мне знаком.
– Всё в порядке, волнуюсь. – Спокойно отозвалась я, даже не пытаясь поделиться, поплакаться. Почему-то казалось, что их раздражаю и я, и мой вид. Главное, чтобы согласилась на платье из новой коллекции и на туфли он итальянского дизайнера.
– Кислый, где мастер? – Услышала я голос Шаха и дрогнула. Девочка, помогающая мне с нарядом, замерла, приглядываясь.
– У вас всё хорошо? – Уточнила, правильно расценив мою реакцию.
– Всё хорошо, спасибо. Что-нибудь ещё?
– Ещё причёска и макияж. Но мы ждём своего мастера, девочка застряла в пробке.
– А-а… – Потянула я многозначительно и представитель магазина предпочла исчезнуть, оставив меня одну.
Весёлая со смешной стрижкой девушка буквально влетела в зону примерочной, окинула меня профессиональным взглядом и утвердительно кивнула.
– Будешь у меня куколкой. – Эмоционально причмокнула она губами, и буквально загорелась работой.
В зеркало я так и не посмотрела, не вдаваясь в подробности причин. Мастер, конечно, поджала губы, но, как говорится, у невест свои причуды. А потом… как в добрых фильмах о любви, шторка распахнулась, и меня представили жениху.
Шаха я не узнала: не было больше того хмурого с угрожающим видом мужчины. Был молодой, счастливый, в смокинге и бабочке, которая ему удивительно шла, молодой человек. Светлый взгляд искрился счастьем, и почему-то хотелось в это верить. Он завороженно смотрел в мои глаза, не смея опуститься ниже, порывисто дышал и не решался подойти. На идеально чистом, без единой тени, лице, вдруг мелькнула паника, дыхание стало шумным, губы поджались. Шах прищурился, напрягся всем телом, и я почувствовала, что в этом месте должен быть мой выход. Удивляясь своим артистическим данным, улыбнулась, и протянула ему руку, предлагая помочь. В это мгновение Шах всё же выдохнул и его улыбку не сдержали бы сейчас все беды мира. Я увидела, как человек может быть счастлив. Не знала как, не понимала почему, но верила его счастью, которым он хотел поделиться со мной. Приблизился, становясь практически вплотную, горячее дыхание коснулась кожи.
– Ты необыкновенная. – Прошептал так, чтобы никто кроме меня не смог услышать. И уже громко, радостно, для всех, кто сегодня так старался. – Девчонки, я просто обалдел от счастья.
Продавцы, стилисты радостно зашуршали, заахали и заохали, едва ли не аплодируя истории любви.
– Кислый, надбавь за старания. – Бросил за плечо своему оруженосцу и эта новость оживила присутствующих пуще прежнего.
И пусть я завтра себя возненавижу за эту слабость, но рядом с Шахом почувствовала себя королевой.
Не оттого, что нацепила дорогие тряпки и цацки, не оттого, что все вокруг глазели, не тая зависти. А за один лишь его взгляд. За то обожание, которое читалось в нём. Просто потому, что одним жестом, подав ему руку, я сказала «Да». То самое «да», которое он, якобы, от меня не ждал.
– Шах, свидетельница. – Напомнил Кислый, возвращая нас в реальность и Шах отвернулся, теряя те эмоции, не желая дарить их другим. Окинул пристальным взглядом всех собравшихся и вдруг остановился на мастере парикмахерских услуг.
– Ты поедешь.
А она и спрашивать не стала, куда и зачем, радостно закивала, странно посматривая в сторону Кислого.
У входа в салон стоял не тот устрашающего вида внедорожник на котором мы приехали, а белоснежный лимузин с услужливым шофёром в фирменной фуражке и пиджаке с лацканами. А дальше всё как в тумане. ЗАГС, регистраторша с фальшивой улыбкой, моё спокойное «да» в ответственный момент, громогласное «да» Шаха. Кислый, который уже спелся с парикмахером, прямо в зале торжественных регистраций, под звучный визг свидетельницы, откупорил шампанское. Кристальные в своём блеске бокалы, наполненные вином, одиночные поздравления, тоненькое кольцо на безымянном пальце правой руки, выполненное классическим золотом, и широкое кольцо на пальце моего мужа.
Оставив свидетелей, мы поехали по красивым местам города, а в машине сопровождения сзади, ехал фотограф, которого я так и не заметила в зале, но который там был и запечатлел все моменты важного событий. Объездив все необходимые достопримечательности, мы пересели в другой автомобиль, более удобный для передвижения и оправились в сторону выезда из города. Я даже не сразу сообразила, куда направляемся, и лишь когда отметила, что пейзаж за окном практически не меняется, посмотрела на Шаха. Он же, не отрываясь, смотрел на меня.
– Куда мы едем?
– Я хочу показать тебе одно место. Там очень красиво. – Проговорил с каким-то надрывом.
– Зачем?
– Хочу, чтобы ты это увидела. – Пожал он плечами, словно растерявшись от этого вопроса и как-то притих.
Всё это время не выпускал из рук мою ладонь, точно я могла куда-то убежать или исчезнуть. Но тревожить его не хотелось, поэтому не возражала. Посмотрела на наши руки, на контраст светлой и тёмной кожи, на его широкую ладонь и мою тонкую, практически прозрачную в ней. По телу разлилось непонятное тепло и ощущение защиты. Я верила ему всё больше и больше, хоть он мне ничего и не обещал. И как никогда понимала смысл слов, в которых говорилось, что главное, приятно ли с человеком молчать. С ним мне было хорошо.