Страница 8 из 41
А. Тарковский. «Солярис» (1973). В ролях: Д. Банионис, Н. Бондарчук
Зато Станислава Лема просто не издавали в США. И было из-за чего: ознакомившись в 70-е годы с западной фантастикой, польский фантаст назвал ее «проституткой» в одном из американских журналов. В ответ на это обиженный классик Филип Дик начал писать в ФБР письма, в которых вдохновенно стучал на соотечественников, издавших такую крамолу: «Дело не в том, что эти лица являются марксистами, и даже не в том, что Фиттинг, Роттенстайнер и Сувин иностранцы, а в том, что все они без исключения представляют собой звенья цепи передачи распоряжений от Станислава Лема из Кракова... Лем, вероятно, является целым комитетом... созданным Партией за Железным занавесом для захвата монопольной властной позиции в целях манипуляции общественным мнением посредством критических и педагогических публикаций, что является угрозой всей сфере нашей научной фантастики...»
Неизвестно, насколько полезными оказались советы сумасшедшего Дика. Однако факт: основные работы Лема до сих пор неизвестны американцам. С выходом фильма «Солярис» Содерберга обнаружилось, что единственное доступное в США издание «Соляриса» — это английский перевод с «адаптированного» французского издания.
«Бэтмэн и Робин» (1997)
Во второй половине XX века на смену классической науке о единственном и заранее известном решении пришла новая наука о сложности, где спонтанная динамическая гармония на границе порядка и хаоса заменяла холодную иерархию «гармонии сфер». На практике это означало, что мелкие «исключения» и незамеченные «частные случаи» могут вызвать целую лавину в культуре и определять дальнейший путь цивилизации не хуже, чем «генеральная линия». Что и подтвердила история: пока классические фантасты-идеал исты летали в своем вымышленном космосе, на Земле закрыли лунную программу. Тем временем планету уже опутывал Интернет, которого не видел никто из классиков НФ.
Но его видели другие фантасты. Киберпанк стал тем самым мальчиком, который крикнул: «а король-то голый» в американской фантастике. Образы киберпанка не блистали гуманизмом, зато были предельно честны: мы уже окружены множеством неконтролируемых технологий, эти Чудовища будущего давно бродят среди нас. Добрые правила робототехники и прочие законы прогресса под сенью человекообразного Бога оказываются несостоятельными — если чудовищ много, то и принципы их жизни могут быть разными.
Власти не могли не заметить этого сдвига в общественном сознании. Однако начался он еще во времена холодной войны, так что сначала идея «чудовищ вокруг нас» была использована спецслужбами для поддержания старой идеологии. Сам метод, кстати, тоже был взят у фантастов. В 1938 году радиопостановка «Войны Миров» Уэллса вызвала настоящую панику — тысячи американцев восприняли репортаж о нашествии марсиан как реальный выпуск новостей. Оставалось только поставить эту технологию страха на поток. В восьмидесятые годы многочисленные «утечки информации» о спрятанных НЛО, свежевыращенных экстрасенсах и ужасном психотронном оружии жадно впитывались писателями, а через них доходили до населения.
Какое-то время этот технобред действительно помогал закрепить пошатнувшуюся веру в могущество правительства, а заодно и отвести внимание от настоящих секретных проектов (разработка «самолетов-невидимок» и т.д.). Однако с распадом СССР исчезла старая модель врага, а с нею и весь бизнес-план, основанный на соревновании систем. Конверсия срочно требовала новых моделей. Пришлось опять обратиться к фантастам — но теперь уже не за поддержкой «линии партии», а за оригинальными идеями «парней с улицы».
Наиболее системный подход к такой охоте за идеями выразился в двух проектах. Европейское космическое агентство (ESA) в 2000 году начало исследование «Инновационные технологии из научной фантастики для работы в космосе» (ITSF). Помимо собственных изысканий в более чем сорока тысячах книг из швейцарского архива фантастики, организаторы проекта активно задействовали Интернет: любой желающий может зайти на сайт www.itsf.org и опубликовать свою «находку». Там же можно ознакомиться с результатами проекта за 2000-2001 годы. Сразу заметим, что большинство из собранных там 250 концепций не отличаются особой фантастичностью по современным меркам. Они известны практически любому, кто знаком с фантастикой первой половины XX века. Это персональный транспорт на основе антигравитации, описанный еще Уэллсом в 1901, и орбитальные башни, задуманные еще Циолковским в 1895 году; двигатели на основе магнитных ловушек для сбора водорода (Пол Андресон) и «сворачивание пространства» на основе контролируемой аннигиляции материи и антиматерии (сериал «Star Trek»); использование анабиоза для длительных перелетов (Артур Кларк) и генетическая модификация людей для жизни на других планетах (Клиффорд Саймак); «сферы Дайсона» и электромагнитные щиты (фильм «Star Wars»); системы мгновенной межгалактической связи (Джеймс Блиш) и прямой «киборганический» интерфейс между человеком и компьютером (Мартин Кейдин); системы виртуальной реальности и «телеприсутствия» (Роберт Хайнлайн).
Не удивительно, что современные авторы критически относятся к такой отсталости идей, собранных в этом проекте. Вот как британская «королева киберпанка» Пэт Кэдиган описывает встречу с одним из представителей ESA: «Я рассказала, как фантасты пишут о проблеме сохранения здоровой психики в условиях замкнутого пространства корабля, где человек может оказаться вместе с множеством других людей на долгое время... Этот парень ответил: «Ну. для нас это слишком продвинутая тема. Мы сейчас читаем фантастику, написанную 50 лет назад». Я прикусила язык — очень хотелось сказать: «Если бы вы прочитали об этом сейчас, вам бы не понадобилось еще 50 лет чтения, чтобы догнать эту идею».
Не менее суровый диагноз — отставание на 70 лет — поставил отец американского киберпанка Брюс Стерлинг аналогичному исследованию, проведенному в то же время Департаментом торговли США и Национальным комитетом по науке. Результатом проекта «Конвертация технологий для улучшения человеческой жизни» стал 400-страничный доклад о возможностях использования нано-, био-, инфо- и когнитивных технологий на благо человека (wtec.org/ConveigingTechno-logies/). Анализируя этот текст, Стерлинг обнаружил, что государственные футурологи просто копируют фантастику 30-х: отдельные пассажи доклада почти не отличаются от цитат из «Дивного нового мира» Хаксли и «Шепчущего во тьме» Лавкрафта.
Справедливости ради стоит добавить, что если на Западе использовать идеи НФ стали с отставанием, то в России последней четверти XX века и использовать-то было уже нечего, Вслед за наукой от нас утекла и практически вся научная фантастика. Все это время на небосклоне горела одна лишь двойная звезда Стругацких с их вечными инженерами на сотню рублей, размышляющими о судьбах Человечества — и в результате не делающими вообще ничего. Отечественная кинофантастика закончилась на еще более депрессивном Тарковском.
Пришедшие позже «ученики Стругацких» добавили в свою фантастику чуть больше голливудской беготни, но в целом еще дальше ушли от реальности — либо в мечезвонство фэнтези, либо в этические теоремы альтернативной истории, либо в фельетонные коллажи из всего, что под руку гопало. В результате и Интернет, и неуловимые террористы — все это свалилось на Россию без всякого предупреждения даже со стороны фантастов. Заглядевшись на будущее Стругацких, которое «создается тобой, но не для тебя», соотечественники вдруг обнаружили себя в гораздо более фантастическом настоящем, созданном «для тебя, но не тобой».