Страница 4 из 41
Оба недостатка легко преодолеваются. В последних своих экспериментах исследователи «Нексии» подсадили в «подопытные» клетки сразу три экземпляра «паутинных генов» вместо одного и уже получили более тяжелые молекулы. И они уже ведут поиск вспомогательного раствора, свойства которого принудили бы к свертыванию в нити сразу двух типов молекул. Добившись успеха, они намерены перейти к поискам методов массового, конвейерного производства паутинных нитей.
Их легкость, прочность и гибкость открывают перед нами множество возможностей их применения – от искусственных сосудов и сухожилий до «невесомых» обогревающих костюмов и высокопрочных защитных жилетов для армии.
Поначалу исследователи планируют внедрить искусственную паутину в те области, где не требуется большого количества материала, прежде всего – в медицину. А в дальних их планах – пересадка паутинных генов в клетки молочной железы у коз и овец, что со временем должно сделать возможным «прядение» паутины из молока.
И все это – без необходимости разводить миллионы живых пауков!
Такая разная медицина
Все знают, какой будет медицина завтрашнего дня: эффективной и безотказной, избавляющей даже от самых страшных недугов, действующей на молекулярном уровне.
Немногие догадываются, какими путями медицина может идти к такому совершенству.
Никто не знает, какие новые неприятные неожиданности преподнесет нам наша биологическая природа и природа окружающей нас биосферы, с какими нежелательными сюрпризами столкнется медицинская наука.
Пять-десять лет назад немало писалось о том, что перенос вирусов СПИДа из замкнутых популяций обезьян в неограниченную популяцию человека может быть реакцией биосферы на перенаселенность нашем планеты. А в подборке статей, составляющих «Главную тему» этого номера, мы публикуем рассказ о том, что средневековые эпидемии чумы возможно, вовсе не были эпидемиями чумы, а были эпидемиями какого-то страшного вируса. И не исключено, что человечеству вновь придется с ним столкнуться.
И еще. Начинаем подборку мы с публикации, в которой рассказывается о том, что одна из самых страшных и на сегодня неизлечимых болезней – болезнь Альцхаймера – не просто случайное поражение нервных клеток, что за ней может скрываться биологический механизм, достаточно широко распространенный в природе. А если так, то это должно резко изменить и целевую установку исследователей болезни, и направление поисков борьбы с нею.
В своей подборке мы не стремились нарисовать картину будущей медицины – это было бы слишком претенциозным замыслом. Мы лишь хотели дать несколько картинок, которые заинтересовали бы читателя и дали ему повод задуматься о том, какой разной медицина может быть.
Ал Бухбиндер
Что бы это значило?
Обнаружено весьма любопытное и пока еще непонятное по значению явление: некоторые бактерии способны производить такие же белковые волокна, как те, которые у людей вызывают болезнь Альцхаймера.
Что, бактерии тоже становятся преждевременно скудоумными? Вряд ли обнаруженное явление можно определить именно таким образом, но внешнее сходство его с альихаймерскими характеристиками выглядит интригующе.
Судите сами. Важнейшим молекулярно-биологическим признаком, характеризующим болезнь Альпхаймера у людей, является появление так называемых амилоидных бляшек, покрывающих поверхность нервных клеток в мозгу. При достаточном накоплении этих бляшек клетки затем выходят из строя, и это приводит к постепенному разрушению целых участков головного мозга с соответствующим и последствиями для больного человека.
Амилоидные бляшки состоят из скоплений неправильно свернувшихся белковых молекул. Теперь такие же скопления в виде волокон обнаружены у бактерий типа Эшерихия коли (кишечная палочка), помещенных в питательную среду. Здесь эти волокна образуют путаную сетку вокруг отдельных бактериальных клеток, соединяя их в скопления колоний, образующих так называемые биопленки. (Такие биопленки с повышеной прочностью образуются, например, на поверхности зубов и зубных протезов, на днищах кораблей и т.п.)
Важной особенностью биопленок является их повышенная устойчивость к антибиотикам и к естественным (иммунным) защитным средствам организма. Это связано с тем, что в состоянии коллектива бактерии включают иные системы генов, нежели в свободном, индивидуальном состоянии.
Группа, руководимая американским ученым Скоттом Халтгреном из Сан-Луи, обнаружила этот эффект также на салмонелле и некоторых других бактериях.
Это первый случай, когда амилоиды найдены у низших организмов; до сих пор они считались исключительной «привилегией» организмов высшего порядка. Но даже и там они рассматривались как некое повреждение, «сбой», ошибка метаболизма. Теперь впервые показано, что амилоиды могут быть полезны живым организмам – прежде всего, некоторым видам самих бактерий.
Это скорее всего означает, что должен существовать (во всяком случае, у бактерий) какой-то специальный молекулярный клеточный механизм, предназначенный для целенаправленного производства амилоидов. Изучение этого механизма может пролить свет на молекулярные основы образования амилоидов у людей и тем самым помочь поиску средств предотвращения амилоидных заболеваний (мы уже когда-то писали, что амилоидные бляшки являются причиной многих заболеваний, подобных болезни Альцхаймера). Поэтому данные, полученные группой Халтгрена, очень важны.
Открытие группы Халтгрена наводит на подозрение, что какие-то бактерии, способные запустить процесс образования амилоидных волокон, могут быть причастны к болезни Альцхаймера. Как говорит другой участник группы, Мэтью Чапмен, не исключено, что какое-то бактериальное заражение, бактериальная инфекция могут быть прямой или косвенной причиной образования амилоидных бляшек и в человеческом организме. Но это, конечно, всего лишь предположение, которое еще подлежит исследованию.
Могущественная крупица
Елена Алексеева
Наверное, потому, что много мне пришлось пострадать от врачей родного двадцатого, удостоилась я в конце чуда встречи с медициной века двадцать второго. Думаю, покажется это невероятным всем, кто не изведал еще метода Витулкаса (а их – почти все население земного шара): крупица гомеопатического препарата дается вам всего один раз, и организм ваш начинает «разгружаться» – сам собой исцеляется от комплекса накопленных заболеваний. «Перестройка» идет быстро, и полгода спустя, например, до крайности истощенный человек может поправиться так, что и знакомые могут его не узнать. И это не шутки, потому что и характер, и выражение лица, сам ваш облик могут от крупицы Витулкаса очень сильно измениться.
Читатель, надеюсь, не заподозрит меня в намерении пошутить или преувеличить, поскольку известно, что Нобелевские премии просто так не даются. И сам факт присуждения ее греческому врачу-гомеопату Джорджу Витулкасу не свидетельствует ли о том, что в медицине началась революция, и «медленная» гомеопатия обходит столь привычную нам аллопатию?
Тогда почему же, возразит мне российский читатель, искушенный уже революциями, переворот Витулкаса – это медицина еще только далекого XXII века? Так считает сам знаменитый доктор. Приехав в Москву, Джордж Витулкас встретился не только с коллегами – он выступал перед разными аудиториями: «Держите глаза и ум ваш открытыми, – говорил прославленный врач, – изучайте, исследуйте гомеопатию. Тогда увидите, что она может. Не тревожьтесь, что гомеопатия вдруг займет место привычной вам аллопатии. Применять ее столь трудно, что придется этому сто лет учиться и еше сто лет ждать, прежде чем она распространится так, что вытеснит медицину прежнюю. Но скажу пациентам в России: найдите хорошего классического гомеопатического врача и посмотрите, какие результаты приносит это лечение».