Страница 70 из 88
После того как наша группа избавилась от лишних вещей, сложив их на повозки, проводник отвёл нас немного в сторону от дороги и предоставил самим себе. А с пригорка, тем временем, уже спускались новые партии беженцев.
…Через два часа, когда подошло время выступать, мимо нас к голове образующегося каравана проскакал старший паладин, толкавший не так давно речь на помосте. Нас же в это время, по обе стороны от первой телеги выстраивал другой воин Единого, рангов поменьше. Остальные паладины так же не сидели без дела и постепенно срастались вокруг каравана в непробиваемый заслон из конницы.
Не прошло и пяти минут, как главный паладин вместе со своим сопровождением заняли место во главе колоны, как мы тронулись в путь. Тяжело загруженные телеги, запряженные местной особо выносливой разновидностью волов, тяжело стронулись с места. Следом за ним сделали свои первые, пока ещё неуверенные шаги беженцы, отправляясь навстречу своему будущему.
"Дорога к приключениям начинается здесь… чтоб её" — мысленно выругался я, прекрасно осознавая в какую петлю лезу, по своему же собственному желанию…
Глава 19
Следующие три недели мы медленно продвигались по территориям королевства Кессор — северного соседа Нелир. Они оба были атакованы демонами практически одновременно, поэтому ничего нового беженцы на этих землях увидеть не могли. Всё те же пустые дороги и разрушенные населённые пункты. Всё это заметно угнетало людей в караване. То воодушевление, которое им подарил перед отправлением командир паладинов, постепенно сходило на нет. Многие из тех, кто в начале пути горел желанием сражаться с демонами, уже успели "остыть" и теперь не стремились бахвалиться при каждом удобном случае своими будущими подвигами. Очень вовремя, учитывая то, что, по словам паладинов, до границ земель церкви остался всего пол дня пути. А уж от границы до города Асториса вообще всего ничего.
За это время я уже не раз терял терпение, глядя на невероятно медленное продвижение каравана. По моим расчётам Кессор не сильно превышал по размерам Нелир, но на его преодоление нам потребовалось целых три недели. Причём виноваты в этом были беженцы, а не медлительные быки. Последние вообще могли идти круглыми сутками напролёт, не требуя никакого особого отношения к себе… чего нельзя сказать о людях.
Нет, умом то я понимал, что беженцы, среди которых было полно маленьких детей и дряхлых стариков, попросту не могут двигаться вперёд не взирая на усталость, но… Иногда, глядя на неспешно плетущихся волов, мне просто хотелось крушить и разрушать. А уж когда потакая нуждам беженцев паладины, устраивали привал каждые два-три часа, я вообще готов был бросаться на окружающие дорогу деревья, словно они виноваты во всех моих злоключениях. Впрочем, ни в том, ни в другом случае, эмоции бушующие в душе я никак не проявлял. Собственно именно поэтому, никто кроме моих спутниц, уже успевших меня хорошо узнать, и не знал моих терзаниях.
По правде говоря, выводили из себя меня вовсе не волы, ползующие словно улитки и не беженцы, по вине которых караван постоянно вставал на короткие привалы. Просто за последнее время я успел отвыкнуть от такого неспешного темпа движения. Да что там! Я никогда и не привыкал к такому. Размеренное и неторопливое продвижение постоянно заставляло меня чувствовать, как буквально утекает сквозь пальцы драгоценное время. Перспектива не успеть к началу ритуала, который определит судьбу этого мира, с каждым днём становилась всё реальнее. И беспокоило это, кстати, не меня одного… Подслушав пару раз разговоры рядовых паладинов на стоянках, я знал, что их тоже заботит медленное продвижение каравана. Вот только, несмотря на своё беспокойство, они вовсе не спешили силой подгонять людей, продолжая вести себя по отношению к беженцам терпеливо и благожелательно.
Правда, из тех же подслушанных разговоров я знал, что они надеются наверстать потерянное время, после того как доведут беженцев до Асториса. Избавившись от всех тех, кто сейчас тормозит караван, они намеренны были двумя-тремя затяжными рывками вместе со всеми добровольцами преодолеть всё оставшееся расстояние до лагеря. По крайней мере, надеялись на это. Вот только всё это я узнал, подслушав разговоры рядового состава церковников. Что там сейчас творилось в голове у их командира, одному их Единому ведомо.
Разумеется эти три недели я не бездействовал. Благодаря частым привалам у меня было полно свободного времени и вопроса "как же его потратить?", для меня фактически не стояло. Занятий-то было полно. Так что некий плюс во всей этой медлительности всё же был… жаль только они для меня не перекрывал её минусов.
Прежде всего я вплотную занялся тренировками с Шантири. Нет, я и до этого не забрасывал их, но только сейчас у меня получилось заняться этим по-настоящему серьёзно. После своего становления повелителем, я практически забросил фехтование, полностью положившись в схватках на свою нечеловеческую скорость и силу. Все тренировки до этого, по сути, были больше для галочки, чем для настоящего применения в бою. В принципе, это себе оправдывало до последнего времени, но мне уже давно хотелось снова взять в руки сталь. Неизвестно, что меня ждёт дальше… и не факт, что кулаки смогут и впредь помогать мне побеждать. Я вполне допускал мысли о том, что мне могут встретиться противники и сильнее, и быстрее меня. В такой ситуации, лишний козырь в виде клинка, может… да и окажется решающим.
В подтверждение своих серьёзных намерений, я уже на второй день прямо в караване приобрёл себе боевой меч. Как оказалось, у многих беженцев, вопреки моему первому впечатлению, имелось и оружие, и даже доспехи. Просто пока мы находились в лагере, они по разным причинам его не "светили". Зато стоило нам только тронуться в путь, как уже после первого привала, я с удивлением заметил на многих кожаные и даже кольчужные доспехи. Про оружие и говорить не стоит.
Собственно, меч мне продала, практически за бесценок, вдова нелирского офицера городской стражи. Во время нападения, её муж погиб, пока выпивал в кабаке с друзьями после дежурства, поэтому-то клинок, вместе с частью его снаряжение, и достался ей, а не сгинул вместе с ним на улицах. Сама вдова была твёрдо намерена начать новую жизнь на церковных землях, поэтому ей оружие было ни к чему.
Сам по себе меч не представлял из себя ничего особенного. Длинный, где-то с метр, прямой клинок, хоть и не имел никаких украшений, но зато был сделан довольно добротно. Те тесаки, которым я привык махать, были ему не чета. Тем не менее, даже несмотря на непривычную длину, я легко управлялся оружием, благодаря ловкости и силе, даже не замечая его веса. Мне даже тогда на миг показалось, что и фехтовать им я смогу без труда… как бы не так.
Первый же спарринг с Шантири показал насколько хреново я обращаюсь с непривычным мне оружием. Уже через пару дней я твёрдо вознамерился сменить клинок на что-то более привычное, вроде булавы или тесака. Вот только, как оказалось все обладатели оружия, подходящего под эти определение, были не намерены с ним расставаться. Естественно я обошёл тогда далеко не весь караван, а всего лишь несколько десятков человек, но… в какой-то момент желание расстаться с неудобным клинком исчезло так же быстро, как и появилось. В конце концов я просто смирился и с новыми силами принялся за тренировки с Шантири. Спустя несколько недель это дало свои плоды. Нет, я вовсе не научился фехтовать длинным мечом на уровне мастера, просто теперь я уже не чувствовал себя с ним в руке так неуверенно, как раньше. Вкупе с моей силой и скоростью этого было вполне достаточно, чтобы победить в схватке один на один даже противника заметно превосходящего меня в мастерстве фехтования. Впрочем, останавливаться на этом я не собирался и надеялся, что вскоре у меня получится сделать ещё один качественный рывок в освоении нового оружия.