Страница 20 из 85
"Десантная операция планируется так, что бы полностью использовать весь световой день". Если перевести данную фразу на человеческий язык, она значит — "Готовьтесь, негры, бегать вам, с высунутыми языками и полной выкладкой, без отдыха и еды, от рассвета до заката". Негры — это мы. План действий был выбран правильный. Кто виноват, если, после первых успехов всё, по нарастающей, пошло кувырком? "На войне, как на войне!" Настоящая война всегда начинается внезапно. И там уж — как и кому повезет….
Байкал — самое солнечное место бывшего Союза. Мало кто знает, что солнечных дней на Байкале больше, чем на южных курортах. Облака тут, весной и летом — большая редкость. Зато туманы. О-о! Туман ползет из каждой речной долинки, туман образуется над холодной водой, от простого дуновения ветерка с теплого берега, туман окутывает берега по утрам и настолько густ, что не видно противоположного борта. И не курорт ни разу. Тот день начинался рутинно. "Солнце ещё не взошло, а в Стране Дураков уже кипела работа"…Подъем, в пять утра. Впереди — полчаса темноты. Поднялись, умылись, оделись и вооружились, прямо парад. Даже микро-построение провели. На палубе. Со ствола миномета сняли крышку (это сегодня она сковорода, а тогда казалась важной частью системы вооружения). Идем, в молочной предутренней мгле, на двух моторах с глушителями разом. Носовой — тянет, кормовой — работает на малом газу, помогает резко подруливать и главное, гарантирует "полный назад". Если что… Отмели! Камни! Осыпи! Будущая (бывшая) трасса КБЖД в начале XVII века, место, выражаясь высоким стилем, стремное. Высадка у "140 километра", по старой карте из будущего. Устье реки Большая Крутая Губа, за мысом Малая Крутая Губа… Ждем…
Промер глубин и эскиз подхода сделали давно, в апреле. Разведка, на глиссере мотались… Ясное дело, от зимних ориентиров не осталось и следа. Ветер, лед, вода из раздувшейся от весенней воды реки все переиначили. Мгла. Народ предусмотрительно держится за выступающие предметы и поручни ограждения, справедливо ожидая хорошего толчка, при посадке на мель. Но, нет… В опасной близости от бортов то и дело мелькают мокрые, расплывчатые камни. Чувствуется каменная круча… Опасно так близко ходить…
Разворот… Рулевой ведет связку лихтеров против течения. Ветер несет в лицо мелкую водяную взвесь. Доски палубы и кожаные робы блестят от воды. Ни неба, ни звезд. Серая мгла, да непонятные звуки. Далеко ещё осталось? По плану (кто его теперь помнит, тот план, наверное, только я), после выхода к точке десантирования, следовало обеспечить высадку первой партии, закрепить концы и отдать якоря, на случай штормового рывка местного урагана (график их неизвестен, сила тоже, но они есть и знамениты). В случае успеха, скорее удачи, нам до рассвета надо подойти к просвету, отделяющему озеро от собственно русла, по возможности протиснуться в горловину, навстречу буйному весеннему потоку, в относительно тихие воды и там стать на якорь. Поближе, если судить по прикидкам, к искомым развалам полезных ископаемых. Зоне обрушения окрестных склонов. Слюда, самоцветные камушки, апатиты… разное всякое, по мелочам… И?
Предвкушения самые приятные. Вчерашняя стоянка у Белой Горы (в XXI веке, увы — у Белой Ямы, выработали мрамор, начисто, до самого донышка) "104 километр" КБЖД, оставила у всех впечатление сказки. Красотища! Сияющие свежие изломы скал, завлекательный блеск включений… кристаллы и целые друзы… Их Федотыч, у "собирателей", отбирал буквально силой. Жалко было из рук выпускать. В самом козырном месте легонько бабахнули взрывчаткой. Бок откоса, по трещине, срезало, как исполинским ножом… Вроде ничего особенного, а в сумме — праздник. "День геолога" Солнце, шум прибоя, простор… Елена сказала, что лично ей местечко напоминает английский берег Ла-Манша. Белые скалы Дувра, так сказать… Ну, у каждого свои ассоциации. За ночь прошли сорок километров, без единого происшествия. А туман… Что туман? На Байкале, по утрам, везде и всегда туман.
Мотористу хорошо. Инфракрасные окуляры худо-бедно дают картинку местности. А каково нам? Пробовали, на хорошей скорости, ездить в открытом тракторном прицепе ночью? А в туман? Абстрактное понимание, что гонщик-водитель всё видит и собственные ощущения "ни бельмеса не видать", входят, гм… в конфликт. Хочется всё бросить и молотить кулаками по крыше кабины — "Куда ж, гад, разогнался?! Притормози!". Не тот случай. Вода вдоль бортов струится с бурунами и шипением, а берег наплывает со скоростью пешехода.
Что? Проскочили "горло" с ходу? М-м-м-дя! Я был к рулевому несправедлив. Угодил, в тумане, практически через игольное ушко. Молодца! Вроде марево стало пожиже, струями. Зато ветер — сильнее. Стих… Опять дунул… Весенняя погода переменчива. Дернуло под ногами, в сторону и по кругу. Цепочка палубных квадратов с мокрыми людьми выгнулась дугой. Ага, на двух моторах к берегу рулят. Боком, хе-хе… Стали! Дернулись ещё раз… И стали совсем прочно, скребанув по камням днищем. Звук ни с чем не перепутать. Теперь в темпе, крепить концы на берегу. Пока "Матрас" не снесло, не перевернуло. Морпехи подобрались, однообразно оскалились, стали чем-то похожи на взъерошенных мокрых котов. Прыжок в неведомое, типа. Видна полоса травы и какие-то ветки. Деревья? Лес? Маловероятно. Луговина слишком плоская. Её водой заливает. Точно, отдельное дерево. Здоровенное. Вроде — береза. Сойдет! Главное — толстая, кряжистая, живая. Далеко?
Тихая команда — "Приготовиться!". Ну-ка, посмотрим. Варнаков примащивает на перила ружье, с торчащим из ствола подобием ручной гранаты, времен Первой мировой. Рядом боцман, никому не доверив, выкладывает хитрыми петлями по палубе тонкий трос. Цепляет конец к заряду. Выстрел! В сторону кроны улетает стальная кошка, прицепленная к тросу. Петли, как в мультфильме, стягиваются в нитку. Попал! Рывок, ещё рывок. Втроем тянут… вчетвером, пыхтя и скользя по мокрому палубному настилу. Крепко вцепилась… Скрипит лебедка. Задирает в небо плечо V-образной грузовой балки. Второе бревно легло на палубу. Корма лихтера не видна. Трос, смирно провисший в сторону берега, дергается вверх, натягивается струной на высоте двух человеческих ростов. Лязгают зажимы… Готово, пошли! Один за другим, мокрые, сутулые от груза фигуры в тельняшках (сберегли и сейчас надели) поочередно лезут по перекладинам балки, мимо нахохлившегося на мир пулеметчика. Первый цепляет ходовой ролик, берется за рукоять тормоза, повисает на ремнях и соскальзывает, в мутную неизвестность. Вж-ж-ж! Шурх-х! Ролик на трос, тормоз отпустить и вперед… Следующий, следующий… следующий… Четко отрепетированная процедура… Насобачились, я и сам вижу. Передовая фигура стремительно уменьшается в размерах, уносясь по невидимой опоре. Далеко однако, черт побери! Или кажется? Туман скрадывает расстояния… Новый порыв ветра. Ездока качает. Следующий… следующий…
Первый, второй, пятый, десятый… Приглушенные расстоянием маты. Трава высока. Плюхнуться в её мокрую гущу, с разгона, после короткого стремительного скольжения по натянутому над стылой водой и каменным откосом тросу — удовольствие маленькое. "Холодный душ с перекатом"… Ни фига не разобрать. Ноктовизор остался один. У "башнера"… Даже снайпер, на противоположной кабине душа, сидит без него. Пока мгла не рассеется — стрелять ему некуда. Целить, в тумане, через "чудо очки" неудобно. Да и куда? Глухомань же! Ага, совсем рассвело… Значит, туман вот-вот развеется сам, с минуты на минуту. Под первыми же солнечными лучами. Если раньше ветром не сдует. Над сушей тумана наверняка давно нет, это вода его пока притягивает. Эге, сквозняком потянуло… Будто наколдовал. Сначала резко посветлело, как сняли верхний слой. Так оно, наверное, и есть. Замахала ветками раскидистая старая береза. Вершину видно, а ствол пока в дымке. Ещё движение воздуха, кажется, проглянули в сером мареве неясные темные фигуры бойцов. Почти светло, до настоящего рассвета — секунды. Ветер дунул в полную силу, непроглядная совсем недавно пелена тумана дрогнула волнами, поблекла, расступилась. Блин! Только этого нам сейчас и не хватало…