Страница 34 из 41
Так почтительно называют на всем Востоке благородное дерево «гингко билоба», столь же высоко ценимое, как, например, оливковое дерево и лавр в Греции, секвойя в США. Благодаря обильному содержанию флавоноидов оно служит источником различных целебных средств. В китайской медицине применяются отвары его листьев против кашля и астмы, повышенного кровяного давления, ангины и других заболеваний. Подобно пенициллину, эти лекарства приобрели особенно большой спрос в ходе Второй мировой войны. Экстракт из веерообразных листьев очень способствует заживлению ран. Составы на основе этих экстрактов применяются в настоящее время при церебральных и периферических осложнениях кровоснабжения.
Примечательна геологическая «палитра» этого представителя растительного мира планеты. Ученые-палеоботаники нашли его следы в ископаемых отложениях в некогда теплой Гренландии и на Шпицбергене, относящихся к третичному периоду, не говоря уже о Южной Америке, Африке и Австралии. В Центральной Европе такие находки захватывают пермский период, богатый разновидностями флоры.
В наши дни деревья этой редкой породы произрастают в дикой природе в провинциях Китая Гуандун и Гуанси и в заповедных зонах и резерватах разных стран. В Японии считается памятником жизнестойкости одно особо любимое дерево, чудом пережившее атомную бомбардировку Хиросимы, растущее всего в восьмистах метрах от эпицентра взрыва. А в Китае гингко — символ женского и мужского начал «инь — ян», «древо познания». В Европе оно прославлено и благодаря стихотворению великого художника слова Гете «Дерево Востока», переведенному на многие языки.
В последнее десятилетие ученые установили, что входящие в состав мороженого ингредиенты влияют на содержание в организме серотонина — гормона, отвечающего за регуляцию настроения и памяти. Помимо всего прочего, серотонин нейтрализует воздействие стрессов. Наверное, поэтому любители мороженого веселее и спокойнее своих собратьев.
Мороженое — безмерно любимый в мире продукт. Больше всего мороженого съедают в Америке — 15 килограммов в год на душу населения. В основе такой невероятной привязанности — серьезное отношение к этой веселой еде. По преданию, первый президент США Джордж Вашингтон лично изготавливал мороженое на своем ранчо.
Рецепт лакомства был завезен в Новый Свет в XVII веке, и предприимчивые янки как могли усовершенствовали его. В 1904 году они придумали автомат для приготовления вафельных стаканчиков, а еще через 15 лет изобрели эскимо-палочку мороженого, глазированную шоколадом.
В России мороженое известно со времен Киевской Руси. Вначале это была смесь из замороженного творога, сметаны и изюма. Технология у нас долго хромала — первая машина для приготовления мороженого появилась в России только в XIX веке. Возможно, поэтому мы сильно отстаем от цивилизованного мира — на каждого из нас приходится всего 2 килограмма в год. Зато в России мороженое едят зимой не меньше, чем летом. Очереди к палаткам в 30-градусный мороз для иностранцев такая же экзотика, как матрешки и шапки-ушанки.
Во все времена люди пытались общаться друг с другом, даже если их разделяли километры. Технический прогресс сделал возможными самые разные связи — телеграфные, телефонные, факсимильные, спутниковые, но они так и не смогли вытеснить привычную почтовую связь. А первый «почтовый ящик» появился, когда был открыт морской путь из Европы в Индию. Им стал большой камень, который сейчас хранится в морском музее Кейптауна. После того как португальский мореплаватель Диаш в 1486 году впервые обогнул мыс Доброй Надежды, его последователи, направляясь в Индию, обязательно причаливали к берегу, чтобы пополнить запасы питьевой воды. И там, под заветным камнем, моряки оставляли свои послания, которые забирали корабли, идущие в обратном направлении. Эта связь действовала не одно столетие.
Конечно, обмен почтовыми посланиями надо было как-то упорядочить. Первым придумал официальные штемпели на письмах с проставленной датой отправления главный английский почтмейстер Бишоп. И в 1661 году такая почта начала действовать.
Правда, в 1992 году во время раскопок в Сирии немецкие археологи нашли настоящий конверт с официальным штампом, согласно которому письмо было отправлено из города Тона в XIII веке до новой эры. При этом на конверте была приписка, запрещающая вскрывать письмо посторонним лицам. Но ученые, конечно же, его вскрыли.
Сегодня в Швейцарии, которая не имеет никакого отношения к таким древним письмам, на каждого жителя приходится в среднем по 655 почтовых отправлений в год, в то время как в России — 38. Получается, что каждый швейцарец ежедневно отправляет чуть ли не по два письма, несмотря на наличие телефона.
Михаил Голубовский
(С.-Петербург — Северная Каролина)
ДЕЛО
Анатомия сталинских провокаций
H.Г. Клюева и Г. И. Роснин в лаборатории. 1946 г.
Почему и как биологи Роскин и Клюева и их исследования оказались вовлечены в 1946 году в жестокие сталинско-ждановские игры вроде «суда чести»? Здесь, видимо, есть элемент диктаторской прихоти, как выбор писателей Ахматовой и Зощенко для идеологической экзекуции. И есть элемент «закономерной случайности», который связывает эти два события. Авторы книги В. Исаков и Е. Левина рассматривают дело КР в ландшафте множества внутри- и внешнеполитических событий, которые определили на грани 1947 года переход к «холодной войне», самоизоляцию страны во всех сферах. Особенно интересно, как сложились отношения науки и сталинской власти.
Когда почтенный английский биолог Бэтсон, один из основателей науки о наследственности, автор термина «генетика» и учитель Н.И. Вавилова, приехал по его приглашению в 1925 году на 200-летний юбилей академии, он был поражен числом новых институтов, под которые отдавались бывшие дворцы и особняки, церкви и храмы. Бэтсона поразили степень государственной поддержки науки, энтузиазм профессоров и научной молодежи, вера, что именно наука и она одна — источник будущего счастливого общества.
Но уже тогда Бэтсон как искушенный естествоиспытатель и наблюдатель заметил, что университеты и исследовательские институты вовсю используются для распространения коммунистических идей. Везде он видел «красную комнату» с бюстами и портретами Ленина и вождей, партброшюрами. Заметка Бэтсона о поездке в журнале «Nature» от 7 ноября 1925 года заканчивается тревожной пророческой нотой: «Мы не увидели и следа свободы. Нынешние условия в России свидетельствуют о дисгармонии, очевидной для каждого наблюдателя». Классик генетики усмотрел возникающую опасную дисгармонию, ускользавшую обычно от всех приезжающих в СССР. Вспоминается фильм-метафора Феллини «Репетиция оркестра». Все действие происходит в репетиционном зале. Уже в самом начале возникает дисгармония «дирижер — оркестр», на потолке зала появляется трещина. Она все расширяется по мере репетиции, но се как бы не замечают и играют, пока наконец потолок не обваливается.
Во все периоды советской власти со времен Ленина параллельно шли два процесса — количественный рост одних направлений и репрессии, удушение других. Дело КР — очевидная иллюстрация этого.
Суд над двумя профессорами-биологами. как убедительно доказывают историки (и это истинное их открытие), проводился как тщательно задуманная и во всех деталях контролируемая лично Сталиным и Ждановым операция. По существу, дело КР было своего рода мафиозно-криминальной акцией: сделал дело, запугал или убрал всех свидетелей (арест академика, секретаря АМН В.В. Парина) — и концы в воду. Так, долго не удавалось найти в архивах «Закрытое письмо ЦК ВКП(б) о деле профессоров Клюевой — Роскина» от 16 июля 1947 года. А ведь оно было изготовлено в количестве 9500 экземпляров и разослано по всем властным этажам партгосап- парата СССР с повелением немедленной читки, обсуждения на партсобраниях и отсылки наверх подробного отчета, кто, что и как сказал. Однако затем в духе «министерства правды» все экземпляры письма уничтожались, а в открытой печати, несмотря на шумную идеологическую кампанию, включая написанную по заказу Сталина пьесу К. Симонова и фильм «Суд чести», никакого упоминания о письме или малейшего конкретного обсуждения существа дела не допускалось! Лишь в 1992 году в архиве секретариата Сталина был наконец найден (Н.В. Кременцов) экземпляр полного текста письма, опубликованный и прокомментированный авторами в 1994 году.