Страница 16 из 53
Рука, унизанная крупными перстнями, звякнула десятком браслетов в направлении Юры. Стажер же, отчаянно сражающийся с чихом, несколько ошалело оглядывался. В принципе, я его понимала и в первом, и во втором — сама терпеть не могу сигаретный дым, а уж дом гадалки был похож на помесь салона оккультных наук и лавки старьевщика.
Книги в темных переплетах теснились на полках, подпираемые странными кособокими статуэтками и берестяными оберегами. Пучки трав — к слову сказать, довольно свежих, моли на них не наблюдалось — торчали из ваз, пара даже выглядывала из-за багета, припорошив тяжелую фиолетовую штору мелким сором. Круглый стол, накрытый большой скатертью, подметавшей пол пышными кистями. И мутный стеклянный шар, возлежащий на бронзовой подставке.
Светка, завозившись в ожидании ответа, случайно нажала спрятанную под скатертью кнопку, и шар осветился изнутри тусклым потусторонним светом. Ворожея с досадой выдохнула густую струю дыма и пнула что-то под столом.
Шар потух, а Юра отмер.
— И много у вас клиентов?
— А ты тоже погадать хочешь, сердешный? — гадалка заинтересованно сверкнула взглядом на парня. — У меня сегодня скидка пятьдесят процентов, давай, не теряйся.
— Спасибо, не надо, я и так знаю, что меня ждет казенный дом. Я ж отчет по свидетельским показаниям не доделал, вернемся, буду в отделении сидеть до вечера, — это он пояснил уже мне.
— Свет, хватит дурью маяться, — я села за стол напротив. — Ты знаешь, зачем к тебе пришли.
— Ну, знаю, — налет мистики из голоса пропал, как сгинула и недокуренная сигарета, раздавленная о подставку шара. — Ребят, войдите в положение, мне за машину ещё больше года кредит платить, вот и приходится работать внеурочно. Я же особо не нарушаю. Да, молва обо мне идет, так и членские взносы плачу исправно, что вы пристали?
Стажер, не выдержав, все-таки троекратно чихнул в кулак, а потом, дождавшись разрешительного кивка хозяйки квартиры, широко распахнул окно.
— Вы клиентам всю правду рассказываете? — немного продышавшись, он подошел ближе, продолжая заинтересованно коситься по сторонам.
— Ага, как же! За правдой, милый мой, ко мне не ходят. Ко мне идут, чтобы узнать, что бизнес захирел из-за порчи, наведенной конкурентом. Муж ушел, потому что соседка присушила. Замуж не выходишь из-за венца безбрачия. Сам как думаешь, мне заплатят, если честно скажу — в делах проблемы из-за того, что руководить не умеешь, муж ушел к той, кто поласковее и борщи варит, а замуж не берут, потому что жрать надо меньше, мало у какого мужика рук хватит гору сала обнимать? Так что я больше по части психологической разгрузки, чем по реальным предсказаниям.
— А деньги тогда за что берете?
Я не вмешивалась, наблюдая за тем, как Юра задает вопросы. Нет, всё-таки придется разговаривать с Алексей Егорычем, пусть даже мне потом прилетит. Из пацана при должном старании выйдет неплохой оперативник.
— Так психолог тоже только за поболтать деньги берет, я чем хуже? — утратив интерес к парню, Светка повернулась ко мне. — Давай уже, говори, зачем приехали? Только не надо врать, что ради внушения — ты бы мне позвонила, усовестила, и забыла на полгода.
— Ты знаешь что-нибудь про Северное кладбище?
Резкий поворот разговора немного сбил Светку с толку, поэтому думала она минуты полторы.
— Первый муж у меня там похоронен. А тебе что именно надо?
— Всё, что сможешь вспомнить необычного. Или просто интересного, — я показала Юре на приткнувшееся в углу кресло, чтобы он не мельтешил и не отвлекал хозяйку.
Часы тикали, стажер ерзал на месте от нерастраченной энергии, я дремала с открытыми глазами, а Светка, судя по бессмысленному взгляду, ушла в астрал. Надеюсь, хоть ненадолго, а то есть уже хочется.
— Аль, хоть стреляй, ничего такого про него не слышала, — гадалка отмерла настолько резко, что мы с Юрой от её голоса подпрыгнули практически синхронно. — Всякие придумки для малышни, конечно, есть, но это про любое кладбище так сказать можно. Наши там иногда отношения выясняют — тихо, спокойно, не хоронят уже давно. Но про это ты лучше меня знаешь.
— Это да… А что там за склеп в центре, не знаешь?
— Я тебе что, эксперт по захоронениям? Наверное, кого-то из цвета дореволюционной аристократии прикопали, явно не из простых, если отдельное помещение, — Светка стащила с пухлых белых плеч цветастую шаль, мгновенно потеряв вид ярмарочной цыганки и десяток лет. — Это тебе в городской архив надо.
— Ладно, спасибо и на том, — я поднялась, Юра тоже мгновенно оказался на ногах. Понять его вполне можно, все-таки и для меня тут запах густоват, что уж говорить про бедного оборотня. — Свет, не хамей особо, лады?
— Ладно, постараюсь… Стой, куда пошла? Руку давай.
Я тут же спрятала кисти за спину, на всякий случай крепко сцепив их.
— Не надо, ты же знаешь, я этого не люблю. Погадай лучше ему, полезнее будет.
— Ну, как знаешь, — со сдержанным разочарованием гадалка повернулась к Юре. — Чего таращишься, лапу давай.
Воропаев недовольно засопел, но любопытство пересилило.
Светка довольно долго всматривалась в его ладонь, беззвучно шевеля губами. Потом молча показала на стул.
Карты таро словно сами прыгнули в её руку, перетекая упругой картонной волной. Тоже мне карточная фокусница, я-то знаю, что такой вид гадания один из самых неточных, но промолчала.
Юра с любопытством следил за действиями Степаниды. А сидела перед ним именно она, а не раздолбайка Светка, которую выгнали с четвертого курса экономфака. Вполне возможно, и в ментовку бы сдали, но черноокая дивчина, зловеще понизив голос, сообщила замдекана, уличившему её в подделке подписей в зачетке, что хроническая импотенция дело такое неожиданное и случайное… В том смысле, что может неожиданно случиться с каждым. Тот, хоть и посомневался, но Светка не зря стала так популярна среди народа, даже в юности умела быть убедительной, и просто выгнал из ВУЗа, решив не доводить до конфликта.
— Значит так, касатик, видишь эту карту? — она сунула ему под нос донельзя замусоленный кусочек картона с непонятной фигурой. — Все твои беды от неё. А теперь брысь отсюда, ко мне скоро должна подруга прийти.
Да уж, предсказание очень конкретное, но в этом все гадалки — говорить прямо нельзя, чтобы случайно не поменять судьбу. Хотя, как по мне, сейчас Светка просто дурковала, уж про «шерше ля фам» слышали все.
— А давайте съездим ещё раз на кладбище, — Юра остановился сразу за подъездной дверью, с удовольствием вдохнув свежие выхлопные газы.
— Думаешь, на месте осенит? В принципе, можно, — мне возвращаться в отдел не хотелось, к тому же в любой момент могут отвлечь экстренным делом, а хотелось сосредоточиться на основной проблеме.
До ограды мы докатили спокойно, насколько это вообще возможно в нашем сумасшедшем городе.
— Почему вы не захотели погадать? — вот умеет же парень задать неудобный вопрос.
— Потому что считаю это чушью. Можно угадать основные жизненные события, склонности человека или же предположить слабости, но на конкретные факты она укажет только в одном случае. Если написать их на ладони ручкой, — я заперла машину и оглянулась.
Чуть поодаль в тени сидела дебелая девица, лениво лузгая семечки и сплевывая шелуху возле стойки с венками. Рядом приткнулся островок искусственных букетиков, перевитых черными лентами, и пара вазонов с розами. Живыми эти цветы считались чисто номинально и больше походили на икебану.
— Ну, пойдем, посмотрим, с чего начались наши приключения.
Юра молча кивнул и придержал калитку, пропуская меня вперед.
По соседнему ряду медленно ползла старушка, подслеповато рассматривая надписи на памятниках, она удостоилась отдельного подозрительного взгляда стажера.
— Вы что-нибудь чувствуете? — он подождал минутку, пока я приглядывалась и принюхивалась. Специфику моих способностей ему объяснили почти сразу, и Юра на удивление спокойно воспринял тот факт, что кто-то может обладать даром, недоступным ему самому.