Страница 17 из 53
Я взглянул на адрес, запомнил его и сунул листок под регистрационную книгу на столе.
— И все же мне непонятна одна штука, котенок...
Она ждала, что я скажу.
— Чьи же тогда номера выгравированы на урне?
— Ну, может... — она запнулась, вспоминая имя, — может, Марвин подскажет тебе.
Подбородок у меня слегка дернулся.
Дули всегда любил играть в открытую. Всегда был готов броситься на амбразуру вместо того, чтобы не спеша выкуривать врага из убежища. Он никогда не хитрил и не лукавил, не искал окольных путей, и подозревать его в обратном даже сейчас было бы глупо. Да, черт возьми, он мог совершить ошибки, но только не такие. Никто никогда не забывает свой номер на солдатском жетоне. Никто. И никогда. Вы же не забываете, на какое именно место следует надевать шляпу или носки...
И что с того? О'кей, наш Дули все же попытался схитрить. О Господи, если б эти номера оказались кодом к некоему хранилищу, где лежат сокровища, тогда бы власти с этими своими компьютерами добрались бы до них за тридцать секунд. Ну, может, пять. И у мафии техника, кстати, ничуть не хуже. Так что же получается?
Взглянув на Вельду, я понял, что и она думает о том же и перед ее мысленным взором предстают все эти красивенькие машины фирмы «Ай-би-эм», и разные там суперкомпьютеры, и прочие хитрые приспособления, находящиеся в правительственных учреждениях Вашингтона, издающие тихие щелкающие звуки, обрабатывающие море информации с помощью своих внутренностей, подпитывающиеся лишь от какой-то вилки, воткнутой в розетку.
— Их работа зависит только от того, что впихнут в них люди, — заметила она.
— Да, — согласился я.
Мило улыбнувшись, она добавила:
— Что может быть лучше компьютерного вируса, Майк?
Но я уже знал ответ.
— Ничего. Кроме тех случаев, когда они просто не будут знать, что впихнуть в эти самые компьютеры.
Вельда ушла пораньше с намерением попытаться выяснить точное местонахождение Марвина Дули. Было уже почти пять, что-нибудь новенькое в плане бизнеса в это время вряд ли возникнет, и я уже собрался было закрывать лавочку, как вдруг услышал в комнате Вельды два звонка. И нажал на кнопку — впустить припозднившегося посетителя.
Это был толстяк-коротышка из Вашингтона. Прекрасно одет, сама любезность и в более счастливом расположении духа, нежели обычно принято, когда приходит нужда посетить контору частного сыщика. Того гляди, казалось, скажет: «Я представитель правительства США и готов вам помочь».
— Привет, — сказал я. — Мистер Гомер Ватсон, если не ошибаюсь?
Тут он немного сник. Уголки рта, приподнятые в деланной улыбке, слегка опустились, во взгляде не читалось и следа доброжелательности.
— Ловко, мистер Хаммер, ловко, ничего не скажешь. Смотрю, вы зря времени не теряли.
— На том стоим, приятель.
— Догадываетесь, зачем я здесь?
— Конечно, — кивнул я. И жестом указал на стул.
Он уселся напротив, нас разделял стол.
Мои слова застали его врасплох, чего с ним, по всей вероятности, никогда не случалось прежде.
— Ну и зачем же? — спросил он.
Я решил не снимать его с крючка.
— Ну уж не затем, чтоб просить у меня профессиональной помощи, верно?
Оба мы парировали вопрос вопросом.
— О, я вполне могу это себе позволить. И хорошо заплатить вам, — небрежным тоном ответил он.
— Не советую делать столь поспешные выводы, мистер Ватсон, — заметил я.
Я так и не спросил, чего ему надо, он же тем временем судорожно соображал, как лучше ко мне подступиться. И, выдержав паузу, довольно раздраженно бросил:
— Откуда вам известно мое имя?
— Я детектив. Имею от государства лицензию. Имею право на ношение оружия, ну и все такое прочее. Соображаете?
— Да, соображаю, — сухо ответил он.
— О'кей. Тогда говорите, зачем вы здесь.
— В Вашингтон звонила ваша секретарша. Объект нашего разговора... находится под подозрением. Вот мне и передали эту информацию.
— И что с того?
Он покраснел.
— Что вы хотели о нем разузнать?
Тут я решил, что пора вонзить крючок поглубже.
— Вы носите номерной жетон?
— Да.
— Позвольте взглянуть. И на другие документы тоже.
Теперь уже Гомер Ватсон явно вышел из себя, однако все же достал жетон, удостоверение личности с фотографией и передал мне. Целую минуту я пристально изучал эти предметы, затем вернул их владельцу.
— А ордер у вас имеется?
— Нет, — сознался он.
— А вот это скверно, — сказал я. — Потому как тогда у нас здесь чисто деловая встреча, согласны?
Вместо ответа он нахмурился и стал соображать, как выкрутиться из ситуации с минимальной потерей достоинства.
Наконец я решил снять его с крючка, усмехнулся и сказал:
— Ладно. Что вы хотите знать о Дули и мафии, а, Гомер?
Секунд десять он молча смотрел на меня, затем с отвращением покачал головой.
— Следовало бы прислушаться к тому, что говорят о вас люди, мистер Хаммер.
Я многозначительно кивнул.
— Какие отношения связывали вас с Дули?
— Мы вместе служили в армии. А после войны он пристроил меня и Пата Чамберса в полицию.
— Откуда вам стало известно, что Дули связан с мафией?
— Не знаю.
— Но...
— Как-то он упомянул, что исполняет какую-то работенку для одной из семей. Но, черт возьми, ведь и мне доводилось делать то же самое. На них работает целая куча людей, но это вовсе не означает, что они связаны с мафией. И потом, мы с Дули очень долго не виделись.
— Однако же он позвал именно вас, когда умирал.
— Ну надо же было кого-то позвать. Жена его умерла, где живет сын, он, по всей видимости, не знал. Хотел, чтоб я передал его прах сыну, если удастся того разыскать. А иначе зачем ему было звать меня?
— Ну, возможно, он хотел признаться в чем-то перед смертью?
— Да перестаньте! Дули вовсе не был зациклен на религии. Потерял всю веру в Господа Бога еще во время войны. И потом, разве я похож на исповедника?
— Он мог передать вам важную информацию. Откинувшись на спинку кресла, я скроил гримасу.
— Какую, к примеру? После смерти Дули оставил старый дом в одном из самых паршивых районов Бруклина. Оставил на заднем дворе машину, сущая развалюха. Даже если у него и имелся банковский счет, то на нем сущие гроши. Вообще он весьма равнодушно относился к материальным благам.
— Он долгое время был связан с организацией Пон-и, мистер Хаммер.
— Каким именно образом, мистер Ватсон? Черт, наверняка в этот момент я говорю как какой-нибудь Шерлок Холмс!
— Дули управлял его имуществом на Лонг-Айленде. А также его имением в Эйдирондексе.
— Большое дело! Он был просто подручным. Косил траву, сажал деревья, вывозил мусор. Разве это означает, что он был членом мафии Понти? Сами подумайте, пораскиньте мозгами!
— Он мог кое-что подслушать.
Ватсон вплотную подошел к сути. Я решил сделать то же самое и сказал:
— Что именно, Гомер?
— Вы прекрасно понимаете, о чем это я.
— О том, что молодые бычки из семей сетуют на свое будущее.
Глаза его тут же оживились.
— И в чем это выражается?
— Знаете, меня это лично просто убивает, но дошли слухи, будто бы многие из молодых недовольны тем, как ведут дела их отцы и деды, старающиеся сделать так, чтоб все было по закону. Они полагают, что старые доны жили куда лучше, когда не считались ни с чем.
Разве можно было придраться к такому ответу?
Ответ был довольно двусмысленным, и в то же время об этом судачили на каждом перекрестке. И в то же время в нем содержался некий подспудный смысл, или подтекст. И вот теперь Ватсон пытался понять по выражению моего лица, на что это я намекаю.
Затем, скрывая недоумение, он кивнул.
— Да. Вроде бы новые главы семейств что-то ищут...
— И правильно делают. Ведь мир изменился, и бизнес тоже надо вести по-новому. На проститутках и спиртном особо не заработаешь. Настал век преступлений с использованием высоких технологий. И они хотят прибрать к рукам крупнейшие авиакомпании и финансовые империи Уолл-Стрита. К примеру, нанимают самолет, загружают его под завязку кокаином, сбрасывают груз куда надо, а потом уничтожают сам самолет, возмещая потери с помощью страховки. Килограмм героина всегда считался грандиозной сделкой, но теперь наркотики возят тоннами, и как знать, сколько денег оседает у них в разных тайниках.