Страница 40 из 87
Эвридика. Хорошо. Так вот, теперь, когда вам точно известно, какой опасности вы меня подвергаете, солгав даже капельку, поклянитесь мне, пожалуйста, любимый, вытянув руку и плюнув на землю, что все, в чем вы мне поклялись, правда.
Орфей. Я плюю на землю, я вытягиваю руку, я клянусь.
Эвридика (со вздохом облегчения). Хорошо. Я вам верю. Впрочем, меня так легко обмануть, я так доверчива. Вы улыбаетесь, вы надо мной смеетесь?
Орфей. Я смотрю на вас. Оказывается, у меня до сих пор не было времени посмотреть на вас.
Эвридика. Я некрасивая? Если я долго плачу или много смеюсь, у меня на кончике носа иногда появляется красное пятнышко. Лучше уж я сразу вам скажу, чтобы потом для вас не было неприятного сюрприза.
Орфей. Я готов с этим примириться.
Эвридика. И еще я худая. Не такая худая, какой кажусь, нет, когда я моюсь, я даже думаю, что сложена совсем неплохо; но в общем-то я не из тех женщин, с которыми уютно быть рядом.
Орфей. Я не слишком стремлюсь к уюту.
Эвридика. Ведь я могу вам дать лишь то, что у меня есть, правда? И поэтому не надо строить себе иллюзий на мой счет... К тому же я глупая, ни о чем не умею поговорить, и не надо слишком рассчитывать на меня как на собеседницу.
Орфей (улыбаясь). Но вы говорите не умолкая...
Эвридика. Да, я говорю не умолкая, но я не умею ответить. Вот поэтому-то я и говорю не умолкая, чтобы мне не задавали вопросов. Это мой способ быть молчаливой. Каждый устраивается как может. Конечно, вам все это ненавистно. Такое уж мое везенье. Вот посмотрите, вам во мне ничего не понравится.
Орфей. Ошибаетесь. Мне очень нравится, когда вы много говорите. Такое приятное журчание, и так спокойно становится на душе.
Эвридика. Ну что вы! Я уверена, что вам нравятся женщины загадочные. Типа Греты Гарбо. Два метра ростом, огромные глазища, огромный рот, огромные руки, целые дни бродит по лесам и курит сигареты. А я совсем не такая. Вам надо сразу поставить крест на своей мечте.
Орфей. Я поставил крест.
Эвридика. Да, это на словах, но я прекрасно вижу ваши глаза. (Бросается в его объятия.) О любимый мой, любимый, как грустно, что я совсем не такая, какие вам нравятся! Но что я должна, по-вашему, сделать? Подрасти? Я попробую. Буду заниматься гимнастикой. Хотите, чтобы я была дикая, странная?.. Я буду таращить глаза, накрашусь посильнее. Попробую быть мрачной, стану курить...
Орфей. О нет!
Эвридика. Да-да, я попробую быть загадочной. Не воображайте, что так сложно быть загадочной. Достаточно ни о чем не думать, а это под силу каждой женщине.
Орфей. Глупышка!
Эвридика. Я и буду глупенькой, можете поверить! Но и разумной тоже, и мотовкой, и бережливой, и иногда покорной, как одалиска, с которой делают что хотят в постели, а иногда, в те дни, когда вам захочется быть чуточку несчастным из-за меня, чудовищно несправедливой. О, не беспокойтесь, - только когда вам захочется... К тому же все это возместят другие дни, когда я буду по-матерински заботлива - утомительно заботлива, - это в дни, когда у вас выскочит фурункул или заболят зубы. Ну, а для дней, которые останутся незаполненными, у меня будут в запасе мещанки, недотроги, грубиянки, выскочки, истерички, мямли.
Орфей. И вы сумеете сыграть все роли?
Эвридика. Придется, любимый, иначе вас не удержишь, ведь вас будет тянуть ко всем женщинам сразу...
Орфей. Но когда же вы будете сами собой? Вы меня пугаете.
Эвридика. В промежутках. Пусть только выдастся минут пять свободных, я уж сумею.
Орфей. Да это же будет собачья жизнь!
Эвридика. Такова любовь!.. Собакам еще выпала легкая доля. Надо только дать себя немножко обнюхать, потом задумчиво протрусить несколько метров, делая вид, будто ничего не замечаешь. Насколько все у людей сложнее!
Орфей (смеясь, привлекает ее к себе). Вы будете такой несчастной из-за меня!
Эвридика (прильнув к нему). О да! Я буду совсем маленькой и совсем нетребовательной. Вы должны только позволить мне ночью спать у вас на плече, а днем все время держать мою руку в своей.
Орфей. Я любил спать на спине поперек кровати. Любил долгие одинокие прогулки...
Эвридика. Попробуем улечься рядышком поперек кровати, а во время прогулок я, если хотите, буду идти чуть позади. Не слишком далеко. Все-таки почти рядом! Но ведь я буду так сильно любить вас! И всегда буду верна вам, так верна... Вы должны только все время разговаривать со мной, чтобы я не успевала думать о всяких глупостях...
Орфей (с минуту о чем-то молча мечтает, держа ее в своих объятиях. Шепотом). Кто вы? Мне кажется, я знаю вас очень давно.
Эвридика. Зачем спрашивать, кто я? Как мало значит, кто мы такие...
Орфей. Кто вы? Я прекрасно понимаю, что спрашивать поздно и теперь я уже не смогу вас бросить... Вы внезапно появились на этом вокзале. Моя скрипка сразу умолкла, и вот теперь вы в моих объятиях. Кто вы?
Эвридика. Ведь и я тоже не знаю, кто вы. Но у меня нет желания расспрашивать вас. Мне хорошо. И этого достаточно.
Орфей. Не знаю, почему мне вдруг стало страшно.
Молодая девушка (проходя по перрону). Как? Ты все еще здесь? Матиас ждет тебя в зале ожидания в третьем классе. Если не хочешь неприятностей, крошка, тебе, пожалуй, лучше пойти туда... (Проходит.)
Орфей (выпускает Эвридику из объятий). Кто такой Матиас?
Эвридика (поспешно). Никто, мой любимый.
Орфей. Вот уже третий раз вам говорят, что он вас ищет.
Эвридика. Это актер нашей труппы. Так, никто. Он меня ищет. Ну и что тут такого, да, ищет. Может быть, ему надо мне что-то сказать.
Орфей. Кто такой Матиас?
Эвридика (кричит). Я не люблю его, дорогой мой, я никогда его не любила!
Орфей. Он ваш любовник?
Эвридика. О, сказать можно все что угодно, это ведь ничего не стоит, одно и то же слово может означать совсем разные вещи. Но я предпочитаю сказать вам правду сама и немедленно. Между нами все должно быть ясно до конца. Да, он мой любовник. (Орфей немного отступает.) О, не уходите. Как мне хотелось бы сказать вам, что я еще маленькая девочка, что я ждала вас. И что ваша рука первой коснется меня. Мне так хотелось бы сказать вам это, что мне даже кажется - пусть это глупо, - будто так оно и есть на самом деле.
Орфей. И давно он ваш любовник?
Эвридика. Не помню. Может быть, полгода. Я никогда его не любила.
Орфей. Тогда зачем же?
Эвридика. Зачем? О, не задавайте вопросов. Когда люди еще мало знакомы, когда не знают всего друг о друге, - кроме того, что могут сказать слова, - тогда вопросы страшное оружие...
Орфей. Зачем? Я хочу знать.
Эвридика. Зачем? Ну что ж, он был несчастен, а я так устала. Я была одинока. А он любил меня.
Орфей. А до этого?
Эвридика. До этого, любимый?
Орфей. До него.
Эвридика. До него?
Орфей. У вас были другие любовники?
Эвридика (с едва заметным колебанием). Нет. Никогда.
Орфей. Значит, это он открыл вам любовь? Отвечайте. Почему вы молчите? Вы же сами сказали, что между нами должна быть только правда, что вы этого хотите.
Эвридика (кричит в отчаянии). Да, но, любимый мой, я не знаю, что причинит вам меньше горя!.. Если я скажу, что это он, которого вы, вероятно, увидите, или другой, который был давно и с которым вы никогда не встретитесь...
Орфей. Но ведь главное не в том, чтобы причинить мне меньше горя! Главное - знать правду!
Эвридика. Ну так вот, когда я была совсем еще маленькой, один человек, иностранец, взял меня почти силой... Это длилось несколько недель, а потом он уехал...