Страница 13 из 65
Вскоре они уже ехали мимо пыльных огородов с рядами кукурузы. По обеим сторонам дороги росли папайи и всклокоченные банановые деревья, а рядом стояли квадратные земляные хижины под ржавыми жестяными крышами. Услышав шум машины, люди поднимали голову, и Дэниэл каждый раз махал им рукой в знак приветствия.
— Вы знакомы со всеми этими людьми? — спросила Эмма.
— Нет, но если я с кем-то встречаюсь взглядом, мне нужно поприветствовать этого человека.
По мере того как пространство между хижинами уменьшалось, поселок становился все плотнее и плотнее. Вдоль дороги тянулись магазинчики с покрашенными фасадами и с решетками на окнах, в которых не было стекол. На улице было много людей и совсем мало транспорта, большую часть которого составляли старые автомобили и грузовики, но кое-где попадались и изрядно потрепанные минивэны. Эмма ждала, что вот-вот появятся какие-нибудь более приличные здания — двухэтажная администрация, офисы или гостиница. Однако узкая грунтовая дорога привела их на открытый квадратный участок голой земли, по периметру которого тянулись все те же торговые лавки. В глубине площади виднелась небольшая церковь, помеченная крестом, а рядом с ней — мечеть с зеленым куполом. Между ними стояла открытая трибуна, украшенная драпировкой из яркой ткани. На другой стороне площади она увидела вытянутое здание, сложенное из глинобитного кирпича. Небольшой участок перед зданием был огорожен выкрашенными в белый цвет камнями. Здесь же был установлен и флагшток, на котором понуро висел флаг Танзании.
Дэниэл проехал между двумя большими камнями, с помощью которых был обозначен вход, и припарковал машину возле главной двери. Затем он выключил двигатель и сказал:
— Ну, вот мы и приехали.
Потянувшись рукой на заднее сиденье, Дэниэл достал оттуда пару кожаных ботинок. Обувшись, он вылез из машины, не забыв прихватить с собой найденную сумку и желтый фонарик.
Эмма тоже вышла из машины, неся на плече собственную сумку. Стоя на одной ноге, Дэниэл пытался вытереть пыль с ботинок то об одну, то о другую штанину. Посмотрев на свою футболку, он усмехнулся:
— Да уж, не самый лучший вид для визита в полицию.
— По меньшей мере отряхните грязь от копыт того ягненка, — предложила Эмма, указывая рукой на пятна, но стараясь не дотронуться ненароком до его груди. — И клочки шерсти тоже.
Эмма наблюдала, как он отряхивает футболку, потом кивнула и одобрительно произнесла:
— Так-то лучше.
Пока они разговаривали, на капот их машины забрался мальчуган и сел сверху на запасное колесо.
— Он присмотрит за нашими вещами, — сказал Дэниэл и кивнул в сторону зеленой сумки Эммы. — Вы можете оставить ваши вещи в машине.
Эмма покачала головой и еще крепче сжала в руке ремень от сумки. Внутри, на самом дне сумки, была пластиковая папка, в которой лежали ее кредитные карточки, паспорт, билет на самолет, карта прививок и план экскурсионного маршрута. Естественно, у нее не было ни малейшего желания оставлять все свои документы на попечение незнакомого мальчишки.
Дэниэл пошел к входу в полицейский участок.
— Я потом переведу вам все, о чем я с ними буду говорить, — бросил он через плечо. — Офицеры полиции понимают английский, но объясняться будет легче на суахили.
Эмма хотела было запротестовать, но потом подумала, что ситуация слишком критическая, чтобы допустить возможность неправильного толкования.
Дэниэл толкнул дверь, испещренную следами от кнопок, на которых кое-где еще висели остатки выцветших на солнце объявлений.
Войдя в помещение, они увидели полицейского, который, сидя за деревянным письменным столом, склонился над большой разлинованной тетрадью. Рядом с ним в беспорядке лежала груда документов, высыпавшихся из толстой папки. Когда Эмма с Дэниэлом подошли к нему, он отложил ручку в сторону, поднял голову и окинул их пристальным взглядом. Затем он положил обе руки на стол и, опершись на них, привстал с места. Это был высокий грузный человек. Его черная кожа почти сливалась с темно-зеленой униформой и темно-красным беретом, подчеркивая угрюмую атмосферу власти.
— Чем могу служить? — осведомился он, обращаясь к ним обоим. При этом он взглянул на часы, как будто намекая, что рабочий день уже почти закончился.
Положив на стол найденную сумку и фонарик, Дэниэл спокойно и уверенно начал рассказывать о происшедшем. Эмма напряженно вслушивалась в его речь, испытывая при этом иррациональное чувство, что ей удастся понять разговор, если она будет достаточно внимательной. Тем временем собеседники перешли на более резкие тона, и Эмма начала беспокоиться, осознавая, какой подозрительной должна была показаться полицейскому их история. Ведь они с Дэниэлом трогали могилу и тем самым могли уничтожить улики в том случае, если это все-таки было убийство. Оставалось только гадать, чем эта история обернется для них обоих. За плечом полицейского был виден тусклый коридор, по обеим сторонам которого шли решетки от потолка до пола. Глядя на них, Эмма вспомнила недавние рассказы об иностранных туристах, угодивших в тюрьму по обвинению в контрабанде наркотиков. Вспомнив о целом пакете таблеток морфия, Эмма поспешила отвести взгляд от решеток. Справа от нее было окно, выходившее на площадь. Она увидела, как двое мужчин снимают драпировку с трибуны и аккуратно сворачивают ткань в рулоны. Скорее всего, днем здесь проходило какое-то общественное мероприятие.
Полицейский удалился в соседнюю комнату, и Дэниэл ободряюще улыбнулся Эмме. Затем полицейский вернулся, держа в руке карту. Разложив карту на столе, он повернул ее таким образом, чтобы Дэниэл мог видеть.
Нахмурившись, Дэниэл склонился над картой и стал задумчиво водить пальцем по бумаге. Полицейский, по всей видимости, тоже был в растерянности.
— Мы оба знаем этот район, — сказал Дэниэл, обращаясь к Эмме. — Он понимает, о каком месте идет речь, но нужно найти его на карте, чтобы показать другим.
Эмма посмотрела на карту через плечо Дэниэла. Это была специальная геодезическая карта с множеством деталей, которые могли сбить с толку человека, не пользующегося такими вещами. Кольцо из плотно расположенных контурных линий указывало на вулкан, а плоская пустыня выглядела как светло-бежевое пятно без каких-либо отметин. Эмме не составило труда различить маршрут, по которому они ехали, а также место импровизированной могилы.
— Это здесь, — уверенно произнесла она, поставив палец на карту.
— А вы, оказывается, эксперт — с улыбкой пробормотал Дэниэл.
По всей видимости, он был снова приятно удивлен поведением Эммы. Ей внезапно стало интересно, часто ли он общается с белыми женщинами и какие они.
— Я живу с геологом, — объяснила она. — У нас дома на стенах висят карты вместо картин.
Дэниэл положил руку на карту, закрыв ладонью место могилы, и снова обратился к офицеру. Эмма поняла, что он описывает ему эту местность.
— Он понимает, что это очень срочно? — осведомилась Эмма.
Офицер строго посмотрел на нее и сказал:
— Да, это очень срочно. Я сейчас же буду звонить в Арушу. — Он прекрасно говорил по-английски, хотя и с сильным африканским акцентом. — Завтра же на рассвете мы начнем поиски — на земле и с воздуха. Не волнуйтесь. Я позабочусь о том, чтобы все было сделано на самом высоком уровне. Как только будет установлено гражданство умершей женщины, мы подключим посольство. Они, в свою очередь, свяжутся с ее близкими родственниками, например с ее мужем — отцом ребенка.
— Вам уже приходилось организовывать подобные поиски? — удивилась Эмма.
— Был один случай два года назад. Потерялся американец. Хотел пешком пересечь всю Африку. — Офицер неодобрительно покачал головой. — Но его быстро нашли.
С этими словами он свернул карту и вышел из комнаты.
— Вы сказали ему про верблюдов? — полушепотом спросила Эмма.
— Да, конечно, — ответил Дэниэл. — Он говорит, что во время поисков потребуется грузовик, который имеется у них в участке. А потом они приедут и заберут животных.