Страница 21 из 47
— Я не играю ни в какие игры, — отвечаю, скрещивая руки на груди.
— Я никогда не видела, чтобы Девон вел себя так безответственно, — говорит она больше себе, чем мне, и начинает вышагивать по комнате туда-сюда. — Обычно он тщательно контролирует свои действия и эмоции.
— Я не знаю, каких слов ты от меня ждешь, — говорю, пожимая плечами.
Разве ее касаются наши с Девоном отношения? Я знаю, что эта ситуация сама по себе неправильная, но тут уж ничего не поделаешь. Нет никакого смысла притворяться, будто ничего не происходит или что этому есть какое-то другое объяснение.
Тем более, что, в конечном счете, это все равно не будет иметь значения.
— Может быть, объяснения? — говорит она, не очень изящно падая в кресло рядом с моей кроватью.
— Слушай, Хэйли. Не понимаю, почему ты думаешь, что я должна тебе что-либо объяснять. Я думала, что мы были, ну, не друзьями, конечно, но, по крайней мере, относились друг к другу по-дружески. Теперь ясно, что ошибалась. Я знаю, ты здесь, потому что Девон снова попросил тебя поработать няней, так может мы просто молча посмотрим телевизор? Так что? — говорю довольно агрессивно.
Она немного смягчается:
— Мы с тобой друзья. Но в первую очередь я друг Девона, и волнуюсь о нем.
— Девон — та еще задница, — говорю я, включая телевизор.
— Да уж, и, поверь, у него много дерьма. По-моему, ты просто не понимаешь, в какое положение его ставишь, — она тяжело сглатывает перед тем, как продолжить. — Ты должна умереть, Лейтон. И это не он решил. Поэтому ты умрешь как с его участием, так и без. Это не справедливо, это ужасно, но, тем не менее, — проклятая правда. Как бы там ни было, у Девона только два пути, и при любом раскладе он окажется в еще большем дерьме, понимаешь? Он или решится рискнуть всем, чтобы спасти тебя, или окажется перед необходимостью тебя убить, и будет жить с этим всю свою оставшуюся жизнь. Как по-твоему, что из этого для него лучше? Лейтон, ты должна прекратить это прежде, чем все зайдет слишком далеко.
— Прошу прощения, именно я в конце-концов умру, и ты волнуешься, как Девон будет с этим жить? — говорю изумленно. — Знаешь, когда я с тобой познакомилась, то подумала, что ты слишком добрая для этого мира, и, похоже, ты наконец показываешь свою истинную сущность.
Она пожимает плечами:
— Ты же знаешь, что так и есть.
— Все дело в нем? Или в тебе говорит ревность? — спрашиваю я прямо, наблюдая за ее реакцией.
Она вообще никак не реагирует.
— Я забочусь о нем, потому что мы — лучшие друзья, — говорит она спокойно. — Люблю ли я его? Конечно. Но не так, как ты думаешь, в первую очередь потому что понимаю, он — не для меня, — признает она, откидывая голову назад, закрывает глаза и глубоко вздыхает. — Все очень не просто.
Да, похоже, у нее сейчас черная полоса.
— Куда он ушел?
— Ему надо кое о чем позаботиться, — говорит она поспешно, открывая глаза, чтобы посмотреть на меня. Затем хрустит позвонками. Ненавижу этот звук.
— Девону на шею бросается много красавиц. Ты, должно быть, притягиваешь его как магнитом, — бормочет она себе под нос.
Игнорирую ее высказывание, позволяя думать, что угодно, потому что она все равно ничего не знает. А я чертовски точно не буду перед ней раскрывать душу.
Я посылаю ей ослепительную искусственную улыбку и поворачиваюсь к телевизору.
— Так когда, говоришь, вы разошлись с Девоном? — спрашиваю небрежно. И поворачиваю голову как раз вовремя, чтобы поймать ее удивленный взгляд. Где-то с секунду я думаю, что между ними ничего не было.
— Четыре месяца назад, — признает она с большой неохотой.
Я напрягаю память и, нахмурившись, обдумываю эту информацию. Почему я никогда не видела их вместе? С другой стороны, я старалась не слишком часто с ним пересекаться, потому что избегала его так же, как, насколько я знаю, он избегал меня.
— Мы были лучшими друзьями навек, поэтому наше сближение было похоже на «Эй, а почему бы не попробовать?» Это казалось логичным, — смотрит она на меня и пожимает плечами. После вздыхает. — Он хотел, чтобы мы занимались всякими грязными вещами, но, Боже, знаю, все это кажется мелочным, однако, когда мы... — она посылает мне застенчивую улыбку, — когда мы занялись любовью...
Сглатываю ком в горле, чувствуя, что зря подняла этот вопрос. Я словно получила удар прямо в сердце, когда поняла, что он хотел так кого-то еще. И что он занимался с ней любовью.
Всю жизнь я сама себя обманывала этой запрещенной любовной фантазией. Я была уверена, что он хочет меня так же сильно, как и я его.
— То есть, это, конечно, было дико и страстно, так, как я и ожидала, — продолжает она, взглядом как бы говоря: «ты же понимаешь».
Мне кажется, что меня стошнит прямо здесь перед ней.
— Так что произошло? Он тебя обманывал? — вырывается у меня прежде, чем успеваю подумать и прежде чем она успеет сказать что-то, способное заставить меня чувствовать себя еще более больной, чем я уже себя чувствую.
Она снисходительно качает головой, как будто сочувственно.
— Нет, и если бы ты знала Девона, то поняла бы, как смешон твой вопрос. Я рассталась с ним, и мы по-прежнему друзья. На этом игра в двадцать вопросов закончена.
— Ничего не имею против, — подхватываю я.
Итак, я застряла в одной комнате с его бывшей, с которой он занимался любовью. И это после того, как прошлой ночью он оставил меня, чтобы пойти кого-то оттрахать. Да уж, все лучше и лучше. Такое дерьмо могло произойти только со мной.
Я заплетаю волосы и пытаюсь делать вид, будто смотрю телевизор, какое бы глупое шоу там не шло, но удается мне это с трудом.
После часа мучительной тишины я готова кричать. Должно быть, Хэйли сказала все это нарочно, только чтобы утереть мне нос. Она ведь думает, что между нами что-то происходит?
К тому же, я чертовски проголодалась, и от этого еще больше злюсь. Самое жалкое то, что я скучаю по Девону, несмотря на то, что только что услышала.
Как такое возможно?
— Он — самый преданный человек из всех, кого я знаю, — разрывает тишину Хэйли. — Ты должна прекратить то, что между вами происходит, Лейтон. Я не ревную, наша связь изначально была обречена на провал. Я ничего не имею против тебя, но я забочусь о своем друге. Он увлечен тобой, а ты даже не понимаешь, какой шквал неприятностей это вызовет. Просто подумай, Лейтон, подумай, кто ты и кто он. Вы никогда не будете вместе, даже без всего этого дерьма.
Я наклоняюсь вперед и опускаю лицо в ладони.
— Ты уже достаточно ему навредила, — наносит она окончательный удар, заставляя меня плакать. Я рада, что она этого не видит.
Все сводится к одному. В глобальном понимании мое одностороннее... увлечение, в любом случае, ничто по сравнению с тем, что моя семья отняла у него. Я знала, что он приложил все усилия, чтобы избегать меня, но никогда не думала, что такое поведение не результат конкуренции между нашими семьями.
Всю жизнь, даже когда мы были детьми, я делала все возможное, чтобы привлечь внимание Девона.
Конечно, очень больно узнать, что он никогда не питал ко мне интерес. Я сама себе напридумывала, будто между нами существует какая-то мифическая связь, но не хочу, чтобы он пострадал.
— Ты права, — говорю я, глубоко выдыхая и откидываясь назад.
Хэйли кивает, тут же снова погружаясь в вымышленную телевизионную жизнь.
А я желаю только одного, чтобы она не была так права.
Глава 9
ДЕВОН
В убийстве человека нет ничего особенного.
Я сделал это в первый раз, когда мне было шестнадцать. Мальчишка, по сути. Дядя послал меня со Стиви, чтобы мы разобрались с одним делом. По дороге туда Стиви был серьезным; слишком серьезным, по моему мнению. Он припарковал автомобиль и посмотрел на меня, вынимая один ствол. За ним — второй. Я помню свой страх, когда он направил оружие на меня, и как он рассмеялся над моим выражением лица. Я тоже засмеялся, притворяясь, будто понял шутку.