Туннель

- Мы заходим внутрь, - сказал Тарас.

- Осторожнее там, - зашипела в ответ рация.

Миновав тамбур, Ефрем и Тарас оказались в коридоре вагона. Внутри царило запустение, словно на нем никто не ездил много лет. На полу валялся мусор, кругом грязь, воздух затхлый. Ефрем осторожно пошел вперед, на ходу заглядывая в раскрытые купе. Фонарь в руке Тараса освещал изодранную обшивку сидений, покосившиеся столики либо дыры в полу вместо них.

- Какой номер купе? – спросил Ефрем шепотом.

- Четвертый, - ответил Тарас.

Они сделали еще пару шагов и остановились у двери под номером 4, закрытую в отличие от остальных. Ефрем поудобнее перехватил автомат, потянулся к ручке.

- Готов?

- Открывай, - кивнул Тарас.

Ефрем рывком отодвинул дверь и отскочил назад, целясь из автомата. Купе оказалось пустым.

- Ну что там у вас? – послышался нетерпеливый голос доктора, искаженный динамиком.

- Открыли четвертое купе, - ответил Тарас.

- И что там? Нашли что-нибудь?

- Сейчас посмотрим.

Тарас и Ефрем вошли внутрь. Купе сохранилось намного лучше, чем остальные, на окне даже красовалась занавеска, правда, грязная, как и все остальное. Ефрем, кряхтя, опустился на колени, запустил руку под сидения. Тарас высветил стол, сидения, пошарил на верхней полке. Пусто.

- Вроде ничего, - сказал Ефрем, поднимаясь.

Тарас ухватился за край сидения и потянул на себя, крышка с жутким треском отворилась. В нос ударила едкая пыль, он громко и смачно чихнул.

- Что там? - спросил Ефрем, заглядывая ему через плечо. – Есть что-нибудь?

Пыль понемногу улеглась, под крышкой сидения в кружке света фонаря лежала небольшая книжица в кожаном переплете.

- Неужели… - прошептал Ефрем.

Тарас, дрожа от возбуждения, схватил книжку. Зашелестели пыльные страницы, глаза пробежались по написанным от руки строчкам.

- Ну, что там? – Ефрем буквально повис на его плече.

- Не разобрать. Какая-писанина – Тарас потряс фонарь, свет тускнел. Затем, махнув рукой, спрятал дневник за пазуху – В автобусе посмотрим.

- Может тут еще чего припрятано? – Ефрем нетерпеливо оторвал крышку другого сидения, снова подняв тучу пыли. – Посвети-ка.

Тарас посветил. Но ничего, кроме грязи, они не нашли.

- Ладно. – Ефрем закинул автомат на плечо. – Потопали обратно, что-то неохота мне больше тут шарить.

Тарас поднес рацию к губам.

- Кое-что нашли. Возвращаемся об…

Он не договорил – раздался грохот железа, пол ушел из под ног. Тарас полетел вверх тормашками, больно стукнулся затылком о край стола. На глазах выступили слезы, сквозь стиснутые зубы вырвался стон. Рядом зашелся руганью Ефрем. Шумела упавшая рация, динамик разрывался голосом доктора. Внизу, ускоряясь, застучали колеса - поезд тронулся и постепенно набирал ход.

Тарас встал на четвереньки, руки зашарили по грязному полу в поисках выпавшего фонаря и тут же глаза зажмурились от яркого света, наполнившего купе – вдруг зажглись круглые лампы на потолке.

Тарас кое-как перебрался с пола на сидение. Когда глаза привыкли к свету, увидел Ефрема, сидящего напротив. Он зажимал кровоточащую рану на лбу, на коленях лежал автомат. Колеса стучали все чаще, поезд ускорялся.

- Откуда взялся свет? – пробормотал ошарашенный Тарас, разглядывая ламы.

- Не знаю. – Сквозь пальцы Ефрема побежала тоненькая струйка, одна капля упала на пол.

Валяющаяся рация не умолкала.

- Ефрем!!! Тарас!!! – сквозь жуткое шипение прорывался голос доктора. – Вы слышите?! Поезд тронулся!!! Что с вами?!!

Ефрем наклонился, пальцы ухватили рацию, лежащую под столом.

- Не кричите вы так, доктор.

- Ефрем!!! Что там у вас?! Вы в порядке?!

- В порядке.

- Ефрем, поезд тронулся!

- Спасибо, что подсказали, - проворчал Ефрем. - Ждите нас.

Он протянул рацию Тарасу и поднялся, смахнув со лба набежавшую струйку крови.

- Быстрее, Тарас. Нужно спрыгивать с поезда, пока нас не занесло черт знает куда.

Ефрем выскочил из купе, Тарас за ним. Оба побежали к тамбуру, но остановились, словно подошвы ботинок приклеились к полу.

В коридоре вагона стояла неподвижная фигура в плаще. Темная ткань скрывала тело от макушки до пяток, на голове - капюшон. Лицо незнакомца пряталось под хорошо знакомой белой маской, на лбу выделялась красным римская цифра, но какая именно, Тарас не разглядел.

Незнакомец в плаще медленно поднял руку, в зажатом кулаке блеснуло. Короткий взмах, и не успел Тарас опомниться, как мимо просвистело острое, содрав кожу с щеки. Он с криком попятился назад, Ефрем же отреагировал, как и ожидалось – дал из автомата длинную очередь. Пули нашли цель, незнакомец согнулся, не издав ни звука, и с глухим стуком повалился на пол. Под телом медленно расползлась кровавая лужа. Тарас оглянулся, не веря глазам – в стене позади торчала рукоять здоровенного ножа, широкое лезвие вошло почти наполовину.

- Бежим! – закричал Ефрем. – Быстрее!

Но бежать не получилось – из темноты тамбура прямо перед убитым возникла еще одна фигура в маске и плаще, отличающаяся от первой лишь тем, что твердо стояла на ногах, а руки сжимали длинную дубину.

Снова застучал автомат, белую маску разнесло на куски, смешав с кровавыми ошметками. Дубинка выпала из ослабевших рук, фигура в плаще завалилась с глухим стуком.

- Да сколько их там?! – заорал Ефрем.

- Еще лезут, - прошептал Тарас, едва ворочая языком от ужаса.

Из тамбура показались еще три маски. Ефрем прицелился, но выстрелов не последовало.

- Патроны кончились! – взревел Ефрем. – Назад! В другой вагон!

Тарас развернулся, но едва не заплакал от отчаяния – выход с другой стороны тоже перекрыли маски накрытые капюшонами. В руках грозно поблескивало холодное оружие.

Тарас и Ефрем стояли в середине коридора. Убийцы надвигались с двух сторон вагона – медленно и неотвратимо.

- В купе! – Ефрем толкнул Тараса и ввалился следом. Быстро закрыл дверь, клацнула защелка.

Они снова оказались в купе номер 4. Поезд мчался, как шайба на льду, колеса выбивали о рельсы ритмичную дробь. В коридоре слышался нестройный приближающийся топот ног. Тарас в ужасе заметался в тесном пространстве между сидениями и столом.

- Что делать?! Что нам делать?!

Ефрем кинул ему автомат, сам прижался мощным телом к двери.

- Я буду держать вход, а ты выбивай окно. Быстрее!

Тарас отдернул занавеску и остервенело заколотил прикладом по толстому стеклу. Шаги в коридоре стихли, бешено задергалась ручка двери.

- Быстрее! – орал Ефрем. – Быстрее!

Тарас бил что есть силы, но стекло никак не хотело разбиваться, лишь только покрылось мелкими трещинками. Ефрем вздрогнул – дверь сотрясло от сильного удара.

- Разбей окно!!!

Тарас глотал слезы, ноги тряслись от страха, автомат в руках тяжелел с каждым взмахом и уже весил целую тонну. Наконец стекло начало понемногу поддаваться, посыпались мелкие осколки. Дверь трясло так, словно в нее били тараном, Ефрем держал из последних сил, длинные ноги уперлись в столик.

- Ну давай же! – простонал Тарас. – Давай!

Еще удар – и приклад автомата наконец пробил двойное стекло. В купе ворвался вихрь воздуха Тарас, изрезав руки, смахнул с рамы торчащие острые края.

- Прыгай! – крикнул Ефрем. Он уже чуть ли не сидел на полу, подпирая спиной искромсанную в труху дверь.

Тарас вскочил на стол, ноги свесились чрез окно наружу, поток воздуха, обтекающий вагон, с яростью затрепал волосы.

- Прыгай!!! – вновь закричал Ефрем.

Дверь разлетелась в щепки, он упал на колени. В купе ворвались двое в белых масках с топорами. Ефрем успел сбить с ног одного, но второй зашел сзади, и, широко замахнувшись, глубоко вонзил лезвие прямо в голову здоровяка. Во все стороны брызнула кровь, и бездыханное могучее тело Ефрема завалилось на пол. Фигура в плаще, сжимая окровавленный топор, медленно повернулась к Тарасу, свесившемуся из окна мчащегося вагона. На лбу заляпанной маски отчетливо виднелась цифра 21.