Страница 4 из 186
Утром резня «предателей крови» и маглолюбов, в доказательство верности одному. Вечером подробный отчет доброму дедушке. А в ответ притворно скорбная мина и успокаивающая фраза вроде:
— Ты не виноват, Северус.
— Это нужно было для дела, Северус.
— Это война, Северус.
Легкий кивок согласия в ответ и путь по пустым коридорам до своей комнаты. Запертые двери, пачка сигарет, полбутылки огневиски. И мольба Мерлину, чтобы в этот раз в сон не вмешались кошмары. А утром зелье против похмелья и на урок. Сколько раз так было? Не знаю, я перестал считать после второго десятка.
Воспоминания о войне разом вышибли из меня всю веселость. Когда я трижды коснулся стены палочкой, то с удивлением отметил, что у меня дрожат руки. Н — н-нда, а я то думал, что еще на шестом курсе окончательно избавился от этого атавизма, именуемого совестью.
Кирпич, до которого я дотронулся, задрожал, потом задёргался, в середине у него появилась маленькая дырка, которая быстро начала расти. Через секунду передо мной была арка, достаточно большая, чтобы сквозь неё можно было пройти. За аркой начиналась мощённая булыжником извилистая улица.
Все было как всегда: ярко светило солнце, отражаясь в котлах, выставленных перед «Магическим котлом». Не сменяемая табличка с рекламой: «Котлы. Все размеры. Медь, бронза, олово, серебро. Самопомешивающиеся и разборные».
Дальше аптека.
— Печень дракона по десять сиклей за унцию — да они с ума сошли, ворчала выходившая из нее женщина.
Из «Совы» доносилось привычное уханье. У витрины «Всё для квиддича» было не протолкнуться от мальчишек. Прижавшись носами к витрине, они жадно пожирали глазами, расставленные в ней мётлы.
— Смотри, — донесся до меня их восторженный шепот, — это же новая модель «Нимбуса»! «Нимбус-1700», самая быстрая метла в мире! 108 миль в час. Разгон до максимума в пятнадцать секунд! Маневренная и чувствительная, поворот 360 градусов в любой точке пространства!
Заметив двух подростков в новых школьных мантиях Хогвартса, выходивших из «Мантий на все случаи жизни», я едва не выругался. Сириус Блэк и Питер Петтигрю! Встречаться с Блохастым и Крысой мне совершенно не хотелось, и я предпочел перейти на противоположную сторону улицы и смешаться с жидкой толпой возле кафе — мороженого. К сожалению, мой маневр не остался незамеченным. Коротко хохотнув, Блэк потащил Петтигрю в мою сторону, тот неохотно последовал за другом. «Другом» — ха. У Крысы нет и никогда не было друзей, а только покровители: в школе Поттер, после школы Темный лорд. Если бы Петтигрю не был одним из Мародеров, то вместо меня был бы главной целью их идиотских шуток.
Подавив тяжелый вздох, и машинально погладив припрятанную палочку, я пошел прямо на них. «Сразу авадой или лучше круцио, чтобы помучились?» — отстраненно думал я. «Интересно, а сколько лет Азкабана мне дадут, учитывая смягчающие обстоятельства: я несовершеннолетний, а они мудаки?»
О Мерлин, дай мне силы не прибить этих придурков раньше времени. А соблазн приголубить Крысу Авадой был велик. Ох, велик! Или лучше зельем?
Вскоре парочка Мародеров перегородила мне дорогу, взяв в полукольцо.
— Ба! Да это же наш Нюниус! — язвительно проговорил Блэк. Петтигрю в это время смущенно буравил взглядом каменную кладку улицы. — Что, пришел побираться? Видишь монетку? — он покрутил между пальцами золотой галлеон. — Ботиночки мне почисти своей мантией и она твоя. У тебя мантия все равно сплошное убожество и больше ни на что не годится. Ею только обувь чистить, да на огородное пугало надевать.
— Уау! Целый галлеон, — криво усмехнулся я. — Где ты его достал? Оказал интимную услугу Поттеру. Ты же это вроде раньше бесплатно делал, просто по дружбе.
Лица Блэка и Петтигрю вытянулись, а челюсти отвисли. Не привыкли они, чтобы я отвечал ударом на удар. Забитая змейка показала ядовитые зубы. То ли еще будет.
Обогнув шокированную парочку, я быстрым шагом пошел дальше. А жизнь то налаживается! Надо отдать Блэку должное: очухался он довольно быстро. Минуты через полторы (поверьте, для мародера это очень быстро) яростный крик: «СНЕЙП!!!» — распугал всех окрестных голубей.
Подавив смешок, я нырнул в ближайший магазин. Второй встречи с Блохастым и Крысой мне — вернее им — не пережить.
Укрывшись в тени, за каким‑то стеллажом я смотрел сквозь мутное стекло витрины на улицу. Вскоре мое ожидание было вознаграждено. По улице не пробежал, а просто пролетел Блэк, таща за собой Петтигрю, словно зверька на поводке. Глядя на эту сцену, начинаешь понимать, почему Крыса в конечном итоге предал Поттера и подставил Блэка. Спустя где‑то полминуты они прошли назад. Внезапно, когда я уже было хотел покинуть свое убежище, Блэк вновь появился перед витриной и проорал на весь Косой переулок:
— Нюниус! Я знаю, что ты меня слышишь! — надрывался он. — Осенью тебе лучше не возвращаться в Хог!
— Молодые люди, ведите себя прилично, — осадил Блэка какой‑то пожилой маг, проходивший мимо.
Пробормотав сквозь зубы извинения, Блохастый и Крыса ушли. Блэк при этом яростно смотрел по сторонам, в тщетной попытке меня найти. Проводив их насмешливым взглядом, я повернулся. Прямо передо мной стоял пожилой человек, от его больших, почти бесцветных глаз исходило странное, прямо‑таки лунное свечение, прорезавшее магазинный мрак.
— Так — так, — медленно проговорил Олливандер, приблизившись почти вплотную. От взгляда этих серебристых глаз мне стало не по себе. — Мистер Снейп, если я не ошибаюсь. Тринадцать дюймов, черное дерево, сердечная жила дракона. Идеальна для боя и защиты.
— Здравствуйте мистер Олливандер, — поздоровался я с мастером палочек, но тот казалось меня и не слышит.
— Вашу палочку! — грозно потребовал он, протянув ко мне раскрытую ладонь.
Нехотя, я положил в нее палочку.
— Интересно, интересно, — бубнил мастер палочек, поглаживая, нюхая и едва ли не облизывая полированное черное дерево моей палочки. — Ваша матушка ведь Эйлин Принц? Десять с половиной дюймов, ясень, перо лунного ворона. Идите за мной! Мистер… Снейп — внезапно приказал он.
Миновав несколько пыльных стеллажей, заполненных коробочками с волшебными палочками. Мы оказались в полутемной комнате.
— Встаньте вот сюда. Закройте глаза и протяните свою правую руку вперед ладонью вверх! — продолжал Олливандер, похоже у него окончательно поехала крыша. — Все вопросы потом! — пригрозил он. — Ничего не бойтесь! Будет немного больно! Когда я положу вам в руку палочку, крепко ее сожмите и держите что есть силы!
Все еще не понимая, что происходит, я решил следовать инструкциям Олливандера: закрыл глаза и вытянул вперед правую руку. Ее тут же обожгло болью, что‑то острое быстро прорезало ладонь, но не успел я испугаться и возмутиться, как почувствовал в ладони знакомое дерево палочки и крепко сжал ее в кулаке.
— Сангиус домус! — прошептал Олливандер, и палочка в моих руках забилась словно живая.
— Вот и все! — проговорил Олливандер, когда моя палочка угомонилась. — Можете открывать глаза мистер Снейп — Принц.
— Э — э-э? — непонимающе протянул я. — А что это сейчас было?
— Ритуал уз, — ответил Олливандер. Н — н-нда, очень информативно. — Давайте сюда вашу ладонь, я залечу рану.
Из складок мантии Олливандера появилась его собственная волшебная палочка.
— Вулмера Санентум — вскрикнул он, затягивая небольшую, но глубокую царапину на моей ладони. Затем Олливандер потребовал убрать повязку с левой руки и залечил раны и на ней.
Все это время он молчал с таким грозным выражением лица, что я не рискнул у него ничего спрашивать. Еще эта его оговорка Снейп — Принц. Одно время я, конечно, любил называть себя Принц — полукровка. И грезить о том, что было бы родись я чистокровным наследником древнего и богатого рода. Но это все были лишь детские мечты. Род Принц был древним, с этим не поспоришь, истоки его вели аж к кельтским колдунам. Тут мы можем заткнуть всех Малфоев, Лестрейнджей и Блэков вместе взятых. Возможно именно в этом истоки нашего приятельства (друзьями нас назвать сложно) с Малфоем. Но уже к девятнадцатому веку Род Принц захирел и обеднел. Последним представителем Рода Принц, после смерти родителей, была моя мать, но и она потеряла все права называться Принц, выйдя замуж за обычного магла.