Страница 65 из 141
Она понимала, что Макс безумен, что от него надо держаться подальше, но её по-прежнему тянуло к нему. Не так сильно, как раньше, но всё же. Ещё некоторое время, почитав разнообразные байки про упырей, Ника решила, что для одного вечера информации вполне достаточно. Алисы и Алекса в сети не было, писать Максу было абсолютно бесполезно. Впрочем, она не была уверена, что ей хочется с ним общаться. Ей лишь хотелось закончить эту историю раз и навсегда. Она была уверена, что именно это ей и было нужно. Но где-то в глубине души она мечтала о том, чтобы упокоить Макса не так, как это сделала бы инквизиция, а иначе. Инквизиторы бы просто стёрли его с лица земли, а она желала отнять у него то, что кто-то неразумно подарил ему - бессмертие. Пусть Макс продолжит простую человеческую жизнь. Она отберёт у него его способности, оставит лишь воспоминания о прежней силе. Он будет ещё долго помнить, каким он был раньше. Но потом уйдут и воспоминания. Останется пустота, заполнить которую невозможно ничем. А затем придёт старость и осознание, что следующей жизни не будет никогда.
Было далеко за полночь, когда Ника выключила компьютер. Заснуть не удавалось. Ника лежала и, закрыв глаза, разгоняла мысли и слушала тишину за окном и внутри себя. Вновь и вновь всплывали обрывки последнего сна.
Лёгкий шелест песка…Да…Пустыня…очень хочется спать…Глаза закрываются от слепящего солнца…Жарко…Пустыня…
Ника видела усталого человека, идущего к известной только ему цели. Она видела этого человека без возраста и без судьбы, стремящегося к мечте, не имеющей воплощения в реальности. Лёгкой волной за ним следовали стражи Сумеречного города. Три тени свободно смогли покинуть замкнутое пространство сна, они повиновались его зову. Вожак отпустил их, зная, что когда путь странника завершится, его дети-призраки вернутся в Сумеречный город. Сейчас они нужны были страннику, они охраняли его сон, указывали дорогу днём и в любую секунду готовы были вступить в схватку за его жизнь. Странник был близок к Лабиринту сновидений. Он желал найти то, к чему так давно стремился. И оставалось немного - задать несколько вопросов, получить на них ответы и пройти Лабиринт сновидений. Он был готов к этому, и лишь странные сны, сны без начала и завершения, пустые и чужие тревожили его. Всё чаще и чаще он видел один и тот же сон. Далёкий город, граница сна, и странный дом, всё время меняющий очертания. Мерцающая серая дымка застилала пространство этого чужого сна. Очертания предметов были яркими радужными, струились и изменяли форму. Пейзаж нельзя было назвать приятным, но и отвратительного в нем ничего не было. Странная, чужая, загадочная земля. Зона влияния и зона подчинения. На фоне уныло-серого с радужными проблесками пространства выделялся полуразрушенный дом. Таких домов он почти никогда не видел. Дом жил, менялся и дышал, звал и умолял, просил о помощи. Или это звал и просил не дом, а девушка, стоящая перед тяжелой дверью?
В стиле Стиви
Алекс любил свою работу. Да и почему бы ему её не любить? Работая в реанимации, он научился многому, да и график не мешал учиться в мединституте. И вообще, что может быть приятнее, чем работа в окружении молодых симпатичных медсестер. Только почему-то не находилась та единственная, которая бы ему подошла. У каждой девушки, с которой он встречался, всегда находились какие-нибудь недостатки. Одни были слишком красивые, на них глазели все парни, а потом и уводили их, другие были слишком глупые, с ними было скучно, третьи были слишком умные и с ними было ещё хуже, чем с глупыми, четвертые — не любили фантастику и выезды на природу с конкретной целью отдохнуть и погудеть, пятые, не смотря на медицинское образование, были стеснительные и мгновенно пугались его циничности и черного юмора, сбегая от него быстро, шестые... Эх, да, продолжать можно было до бесконечности. «Наверное, я просто не нравлюсь нормальным женщинам, - думал Алекс. - Почему это? А я ведь такой замечательный. Вот, спрашивается, почему нет девушек умных, красивых, талантливых, спокойных, общительных, с такими же увлечениями, как у меня? Вот почему?»
Сутки выдались весьма напряженным. Алексу не удалось, не только прилечь, но даже присесть. Он, конечно, пару раз урывал время, чтобы перекурить и глотнуть обжигающего кофе, но разве это отдых? Нет, это не отдых. Это просто попытка не умереть на работе. Утром, выйдя из больницы, он понял, что в институт он не поедет. Смертельно хотелось спать, голова напоминала гудящий колокол, да и ещё были дела. Заткнув шум окружающего мира любимой музыкой, Алекс направился к метро. Песня за песней настроение улучшалось. Когда к двенадцати часам он наконец-то добрался домой, то первым делом, Бешеный направился к холодильнику. Найдя всё что нужно, и свалив это в большую тарелку, прихватив пивка, он переместился в комнату, чтобы и поесть и просмотреть новости в «ВК». Алекс не был большим любителем социальных сетей, но иногда это было удобно. Он вспомнил, как ответил на вопрос Ники, зачем ему это всё нужно, что это лишь форма социального эксгибиционизма. Может быть, так оно и было. Другое дело, что когда он стал активно переписываться с Никой, то его взгляд на социальные сети изменился. Он стал частенько наведываться на сайт, просиживая иногда далеко за полночь. Да и оказалось, что там полно всего, что его интересует, особенно в сфере научной фантастики, и ещё — море музыки. Основательно перекусив, он включил компьютер. Алекс решил, что сначала он быстренько просмотрит почту и свою страничку, а потом посмотрит один из своих любимых сериалов «Вавилон 5». Он предпочел бы, конечно, сегодня посмотреть «Ведьмака», но сериал был ещё не скачан полностью. «Эх, надо было тогда встретиться с этой теткой. Ведь, как я понял, Фадеева мне намекала на то, что может мне дать диск с «Ведьмаком», стоит только мне согласиться на встречу. Надо было, - расстраивался Алекс. - И чего это я тогда решил, что она за мной бегает. Ничего же подобного не было. Ну, был флирт, и что? Можно было встретиться, диск бы лежал и лежал себе, сейчас бы посмотрел, настроение как раз подходящее. Да, с ней было интересно, ведь понимала меня, и ещё — это молчаливое присутствие в Сети. Нет, надо было всё самому испортить, наслушавшись Настиных идей. Я ведь поверил, что и правда интересен этой тридцатилетней тетке, у которой, думаю, без меня мужиков хватает, с её-то стилем жизни и характером. Наговорил ей всякой фигни, вот теперь сижу без диска».