Страница 123 из 141
Больше всего Ника была озадачена песнями Макса. Она написала ему коротенькое письмо, но ответа вновь не получила. Она прекрасно понимала, что ему совершенно не до неё. У него всё было хорошо, даже отлично. Виктория, которую он любил больше всех других женщин в его жизни, новый дом, работа, новая машина. Конечно, ему было не до Ники. Но, ведь она чувствовала, что с ним что-то происходит. Она хотела узнать что именно. А для этого необходимо было встретиться. Но, Макс явно не желал с ней общаться. Ника пыталась достать его через сновидения, но у неё ничего не получилось. Она с лёгкостью создала сновидение, но вот вытянуть в него Макса у неё не получилось. Он решила прибегнуть к узелковой магии. Должно было сработать наверняка. Ещё перед новым годом она связала узлы на красном шнуре, пытаясь соединить свой путь и путь Макса. Но до её отъезда из города, они так и не встретились. Может быть, она не совсем точно связала узлы? Хотя, нет. Она консультировалась с Ольгой, и та сказала, что заклинания на каждый узел подобраны правильно. Может быть, дело было в цвете шнурка, но не брать же для магии встречи чёрный шнур? Так недолго и на похороны человека прийти. Вот, мол, и встретились. В общем, в реальности они не встретились. Зато ей стали сниться сны. Это были сновидения о прошлом. Правда, раньше, когда ей снились сновидения, в которых она видела себя и Макса, они всегда занимались любовью. А вот в тех, которые ей приснились недавно, они разговаривали. Когда Ника рассказала Котовой о своих странных сновидениях, та сказала: «Ты же хотела поговорить? Хотела. Вот и поговорили». Ника согласилась. Но теперь ей всё равно хотелось встретиться с Максом в реальности. Только пока она не знала, как и когда это произойдет. За восемь дней за пределами родного города она почти ни разу не вспоминала Макса. Разделенные тысячей километров, они не могли повлиять друг на друга. Их сил уже не хватало, чтобы услышать друг друга в сновидениях. А теперь Ника сидела в кресле с рукописью в руках и, смотря на зажжённые свечи, пыталась связать в единый узор все событийные линии. Третья часть «Правдивых историй», которую она пока называла «Книга Элис» была написана почти до середины. История «Сумеречного города» близилась к завершению. И всё это означало лишь одно. Пора ставить точки. Пора закрывать цепочки событий и начинать новую жизнь. Всем.
«Грустная и странная песня, - думала Ника, - неужели Макс и правда теряет свою сущность? Неужели он действительно своё отжил? Если это так, то моя история видимо должна закончиться? Если прототип потерял свою структуру то, что произойдёт с моим персонажем? И если история завершается то, как мне надо её закончить? Как? Я не понимаю… Я не вижу». Она продолжала сидеть. Так и не открыв рукопись. Ника снова и снова слушала последнюю песню Макса. Слова были просты.
«Просто выжить не сумел.
Прожил жизнь, того не зная.
Не любил - не захотел.
А любил, любовь скрывая».
Эти строки казались Нике чем-то вроде последней песни. Прощание с миром. Отжил. Она чувствовала, что это и правда так. «Надо же, - ухмыльнулась Ника, - а ведь мы с Элис обсуждали когда-то, как было бы здорово присутствовать на похоронах Макса Александровского. Я даже мечтала когда-то об этом. Надо же, а мечты, видимо, начинают сбываться. Полегче мне надо фантазировать, поаккуратнее». Её любовь к Максу не умерла, но трансформировалась. Ника чувствовала по отношению к нему что-то среднее между желанием отпустить и сильнейшей потребностью упокоить. Она написала ему письмо в конце декабря, которое осталось без ответа. А что, интересно, можно ответить на просьбу не умереть раньше времени? Вот именно. Ничего.
Песня закончилась. Некоторое время Фадеева посидела в тишине, вслушиваясь в свои мысли. Она ожидала услышать ответы на свои вопросы. Секунды замерли. Она раскрыла блокнот, взяла ручку и поставила песню на бесконечный повтор.
Текст рождался спонтанно. Слово за словом сплеталась новая вероятность событий. Что-то подсказывало Нике, что текст порождает изменения реальности, как камень, брошенный в воду, изменяет её структуру. На какой-то момент Ника так ясно увидела происходящее, что ей стало жутко.
Макс-вампир действительно своё отжил, и она знала почему. Как и когда-то она написала эпилог.
Соглашение
Карел чувствовал, что развязка близка. Его охота на древнее зло была смешной и бесполезной попыткой восстановить баланс сил. Он лишь мог сохранить хрупкое равновесие. Причина? Все было так просто. Несколько жизней назад древний демон Офертоон Сангвинаар решил, что лучший способ путешествовать в реальности - это обладание человеческим телом.
Он сменил несколько различных тел. И каждый раз он позволял хозяину тела обрести магическую сущность и новую жизнь. Вернее, Офертоон создавал иллюзию новой жизни, и частенько - вечной бессмертной молодости. Люди, ставшие жертвой Офертоона Сангвинаара, даже не подозревали, что они не рождены такими чудесными, а лишь носители чего-то чужого в их жизни. Каждый, кто вдруг осознавал у себя какие-то новые нечеловеческие качества, были лишь жертвой демона. Он ведь мог незаметно захватывать власть над телом и разумом человека.
Несколько долгих человеческих жизней Офертоон путешествовал и исследовал жизнь людей, будучи с ними почти на равных. Он умело скрывал своё присутствие. Так что одержимые долго не догадывались о его существовании. Несколько раз он был оборотнем, пару раз подарил своим жертвам способности магов, но больше всего его привлекали вампиры. Офертоон искренне, почти с детским удовольствием подводил какую-нибудь свою жертву к инициации.