Страница 64 из 81
— Удивительно! Приходится поражаться такому воль¬
ному обращению с людьми... Мы никак не можем допу¬
стить, чтобы человек находился в состоянии душевного и
физического покоя: обязательно надо его взвинтить,
взбудоражить... Не то, так другое!
Алексей Кузьмич строго и вопросительно взглянул на
Семиснова, а тот поспешно вынул сигарету, закурил и,
пуская дымок, разъяснил:
— Разве у нас не проводится экономия металла?
Только происходит это спокойно, планомерно, без ажио¬
тажа. И ведь часто так, и не только у нас, а вообще:
живут, работают люди тихо, спокойно, то есть нормаль¬
но. Вдруг одному какому-нибудь человеку взбредет в го¬
лову — не знаю, из каких побуждений, — пустить по цеху
этакий вихрь, понаделать шуму. Глядишь, и газеты за:
пестрели заметками, громкими заголовками. Выявятся
два-три героя, их объявят зачинателями борьбы — все
равно какой, за что: в данном случае за экономию метал¬
ла. А металла сколько было, столько и осталось, а если
и прибавилось, так это капля в море. Да и вообще...
Это все равно, что прокутить в ресторане сотни рублей,
а дома экономить на спичках, — закончил Семиёнов; и
трудно было разобрать, всерьез он высказывал свои
убеждения или шутил ради оригинальности, с желанием
вызвать возражения, спор.
Антон сердито наклонил голову: неприязнь к Семиё-
нову охватила его сильнее; он просунул за воротник два
пальца, ослабил галстук, туго давивший шею, и недру¬
желюбно процедил: ,
— Тысячи тонн — не спички... Сколько я вас знаю,
вы всегда стоите в позе взыскательного судьи: все осу¬
дить, все осмеять, зачеркнуть.
Алексей Кузьмич рассмеялся:
— Это верно! Ивана Матвеевича хлебом не корми, а
дай встать поперек — таков уж склад его ума: сомнение
прежде него родилось. — Он положил перед собой труб¬
ку чубуком на край пепельницы, встал, прошелся к шка¬
фу. — Мы экономили металл, Иван Матвеевич, но дела¬
ли это кустарно, вразброд, как бог на душу положит.
Теперь мы пойдем в поход организованно, развернутым
строем и общими силами: рабочие, мастера, технологи
и вы, конструкторы. Я еще не уяснил себе окончательно,
что все это может значить для нас, но чувствую за этим
что-то огромное и важное для нашей кузницы. Ребята
подымают глубокий пласт. Правильно, Таня? — Таня
молча кивнула. — А ты, Иван Матвеевич, этого не пони¬
маешь.
— Как не понять? — тихо обронил Семиёнов и при¬
бавил, точно дразня Антона: — Однажды из окна ваго¬
на я видел, как пионеры собирают в поле колоски — идут
по стерне тоже развернутым строем. Однако урожай оп¬
ределяется не пионерскими колосками, а работой зерно¬
вых агрегатов.
— Вот ты и смотришь на жизнь из окна вагона; и
тебе все кажется в уменьшенном виде, искаженным.
И иронизируешь ты потому, что тебя производственные
вопросы никогда не касались, как, скажем, Безводова
или Карнилина.
— Возражаю! — сказал Иван Матвеевич. — Тут ты
не прав. Если бы я не интересовался делами кузницы,
меня не избирали бы в цехком. А я четвертый год бес¬
сменный попечитель рабочих по бытовой линии. Не жа¬
луются, а благодарят. Скоро лето, и опять начнутся хло-
поты, беготня: одному подлечиться надо, другому отдох¬
нуть, третьему деньжонок подкинуть, четвертому бес¬
платную путевку достать.,,
— Благодарят, говоришь? — сказал Алексей Кузь¬
мич. — Что ж, это хорошо, если благодарят. Теперь мы
взвалим на тебя еще и обязанности начальника штаба,
который будет возглавлять движение за экономию: то¬
гда послушаем, как ты запоешь...
—- Правильно! — подтвердил Володя. — Пусть испы¬
тает на себе...
Алексей Кузьмич был уверен, что сомнительные улы¬
бочки Сёмиёнова, ироническое отношение его ко всему,
загадочное пожимание плечами — все это наносное, по¬
верхностное, нечто вроде стиля не слишком высокого вку¬
са, а в существе своем это человек серьезный, неглупый
и исполнительный. И приобщить его к коллективу мож¬
но только большим, общественно важным делом.
Польщенный неожиданным вниманием, Иван Матвее¬
вич как-то осанисто выпрямил спину и, важничая, по¬
обещал:
— Ну что ж, я подумаю...
Привалившись плечом к дверцам шкафа, прищурясь,
Алексей Кузьмич сквозь редкий дымок трубки наблюдал
за Антоном; тот сидел на табурете, угнетенно молчал,
недовольный тем, что в новое дело замешивается Семиё-
нов, глубоко неприятный ему. На глазах Фирсонова вы¬
рос талант этого человека, неузнаваемо преобразив его.
А ведь в душу каждого заронена искра дарования. Ча¬
сто искра эта превращается в пламя; оно жарко и ра¬
достно обнимает жизнь человека, делая ее высокой, зна¬
чительной и прекрасной. Раскрывать внутреннюю чело¬
веческую красоту — не самая ли это благородная зада¬
ча для таких людей, как он, парторг цеха? Вот и сейчас
этот парень пришел именно к нему со своими замысла¬
ми и ждет от него сочувствия и поощрения. Алексей
Кузьмич пододвинул стул, сел рядом с Антоном, отвер¬
нув лицо, выпустил в сторону дым и спросил:
— Ты уверен, что молодежь пойдет за тобой?
— Еще бы! — вскинулся кузнец. — Это каждого ка¬
сается. Как же они не откликнутся?
— Конечно, -откликнутся, — горячо поддержала Та¬
ня. — Что вы, не энаете наших комсомольцев?
— Тогда действуйте, — решительно одобрил Алексей
Кузьмич. — Чем больше соберете вокруг себя людей, тем
лучше. Вот и перед тобой, Татьяна, открывается широкое
поле деятельности. — И прибавил, подумав: — Очень
прошу не забывать еще про одного хорошего штампов¬
щика.
— Олега Дарьина? — буркнул Антон хмурясь.— А ну
его!.. Обойдемся без него. Посмотрели бы, как он вел
себя на комсомольском бюро...
— А жаль, — сказал Алексей Кузьмич с некоторым
разочарованием. — Штамповщик он был отличный.
— Был! — воскликнул Антон. — Мало ли кто каким
был. А вот кем стал... — Взглянул на Фирсонова и со¬
гласился с неохотой: — Спросим его. Но уговаривать не
станем. Надоел он нам со своими капризами.
Мы хотим, чтобы у нас были крепкие тылы, Алек¬
сей Кузьмич, — сказал Володя. — Хотим заручиться под¬
держкой партийной организации и вообще начальства.
Алексей Кузьмич весело рассмеялся: -
— Вот тебе раз! Первый раз слышу, чтобы партий¬
ную организацию зачисляли в тылы.
Володя смущенно отбросил назад волосы:
— Я не то хотел сказать. Не так выразился.
— Ничего, ничего, — успокоил парторг. — Можете
смело идти в наступление, тылы вам будут обеспечены.
Я сейчас пойду к Лецниду Гордеевичу и скажу ему об
этом. Вот будет рад!.. А вы действуйте. Не забудьте зай¬
ти в комитет комсомола.
Антон и Володя вышли.
Через час зайдя к Давыдову, они до самой ночи об¬
суждали этот вопрос, сознавая всю его важность и не¬
обходимость. Затем Давыдов позвонил секретарю ЦК
комсомола, кратко изложив ему суть предложения Кар-
нилина. Потом замолчал, внимательно и неподвижно
слушая ответ. Антон с Володей тоже замерли в напря¬
женных позах ожидания и надежды.
Положив, наконец, трубку, Давыдов сказал:
— Семафор открыт, ребята. Борьба за экономию ме¬
талла должна быть главной в жизни комсомольской ор¬
ганизации нашего завода.
т
3
На следующий день в обеденный перерыв в комнате
Володи Безводова собрались члены бюро и бригадиры
молодежных бригад.
Как всегда, среди них находился Фома Прохорович
Полутении. Заглянул и Алексей Кузьмич. Позже всех,
рывком распахнув дверь, вошел Леонид Гордеевич Ко-