Бешеный прапорщик

- Господин офицер - очень умный человек, он знает к кому обратиться, чтобы решить нужный вопрос.

С этими словами он откинул занавеску:

- Соня, иди сюда быстрей. Неси цветы господину офицеру и пока он будет выбирать, найди еще одну упаковку того чая, который ты никак не могла найти Риве Изельблюм.

Соня выскочила с охапкой красных роз, рассыпала их по прилавку, чтобы удобнее было выбирать, и снова стала возиться с коробками. Через две минуты она достала еще одну жестянку и поставила передо мной.

- Господин офицер, Аарон готов ручаться Вам чем угодно, кроме здоровья моей Сони, что такого чая Вы еще не пробовали...

- Хорошо, хозяин, с цветами мы решили, чай я возьму. А что ты скажешь за шоколадные конфеты?

- Господин офицер может быть абсолютно спокоен, Аарон знает ответ и за шоколадные конфеты. Сейчас Соня оденет свое пальто и проводит Вас до кондитерской старого Лейбы Когана. У него таки есть то, что надо господину офицеру. И Лейба Коган никогда не держит плохой товар. А моя Соня скажет Лейбе, что господин офицер - уважаемый человек и Лейба сделает маленькую скидку с обычной цены...

И мы пошли в "замечательную" кондитерскую Лейбы Когана. Конфет там был достаточно большой ассортимент, так что я даже призадумался что брать. Пока я раздумывал, кондитер, старый еврей с небольшим брюшком и гораздо большей лысиной, и Соня обменялись несколькими фразами на идише, потом он подошел ко мне и достал из-под прилавка небольшую коробочку. Открыв ее, он показал лежащую внутри дюжину конфет, обернутых золотистой фольгой.

- Если господину офицеру нужны действительно вкусные конфеты, то это - они. Это Вам советует старый Лейба, а он знает толк в конфетах. Соня мне сказала, что господин офицер - постоянный клиент Аарона, поэтому я не буду говорить господину офицеру за большие деньги, я буду говорить цену как для постоянных клиентов. Эти конфеты будут стоить Вам почти даром, всего восемьдесят четыре копейки.

- Я хочу попробовать одну штучку, а то вдруг они не понравятся.

- Конечно, господин офицер. Если Вы не верите тому, что говорит весь город, а весь город говорит, что у Лейбы Когана самые вкусные торты, пирожные и конфеты во всем уезде, то попробуйте и Вы убедитесь, что люди таки говорят правду.

Конфета действительно оказалась и свежей и очень вкусной. Что-то очень похожее на современные трюфели, то есть на трюфели из моего очень далекого будущего.

Я расплатился с кондитером и мы пошли обратно. По дороге я спросил Соню:

- Ты сможешь в серединку каждой розы вставить конфету, чтобы не было заметно?

Она посмотрела на меня удивленно и ответила:

- Да, смогу, это будет легко... А господин офицер очень интересно придумал за сюрприз. Наверное, дамам очень понравится... А господин офицер позволит пользоваться его придумкой?

- Как будто, если я запрещу, ты не будешь этого делать. Дарю идею...

В магазине, пока я торговался с Аароном, Соня успела вставить конфеты во все розы и теперь протягивала мне бумажный пакет с чаем и букетом.

- Может господин офицер возьмет еще две розы? А то в коробке остались еще две конфеты...

Было видно, как ей до смерти хотелось попробовать вкусняшку, но и поступить нечестно она не решилась.

- Эти две конфеты можешь взять себе в награду за хорошую работу.

Господи, как мало нужно ребенку для счастья. Две маленькие конфетки, - и в результате - сияющие глаза, улыбка до ушей, еще немного - и лопнет от радости.

На посиделки я успел вовремя, но после Дольского и Бойко. Когда я вошел, они уже сидели и воспроизводили на два голоса фронтовой треп для "сестричек". На столе стоял самовар, чайный сервиз и большой торт.

- А вот и наш прапорщик, - заметил меня Бойко, - подсаживайтесь к нам, Денис Анатольевич, расскажите что-нибудь героическое.

- Ну, Валерий Антонович, что может быть героического в окопной войне? Простые фронтовые будни.

- Прибедняетесь, прапорщик. А розы так и будете в руках держать, или нашим дамам подарите?

Я обошел по кругу всех "сестричек", вручив каждой по цветку. На их лицах было написано легкое недоумение, типа а зачем нам бумажный букет, но потом одна из них, разглаживая лепестки, наткнулась на конфету, удивленно воскликнула и достала из бутона золотистый шарик. Остальные немедленно последовали ее примеру... Один цветок так и остался в моих руках - Дарьи Александровны здесь не было.

Тоскливо заныло в груди... Не пришла. Наверное, на дежурстве...

- Дарья Александровна скоро придет. Она ассистировала мне на операции, пошла привести себя в порядок, - тихонько сказал подошедший сзади Михаил Николаевич, затем усмехнулся в ответ на мой недоуменный взгляд и добавил: - Ваш вопрос написан на Вашем лице, Денис Анатольевич. Подождите немного.

Очнувшись, я достал коробку с чаем и протянул ему: - Это Вам, доктор...

Все уже расселись за столом и начали разливать чай, Дольский с большим кухонным ножом навис над тортом, когда дверь распахнулась и в комнату вбежала чуть запыхавшаяся Дарья Александровна.

- Извините, пожалуйста, за опоздание, - скороговоркой произнесла она.

Я встал, чуть не опрокинув стул, сделал несколько шагов к ней (блин, а ноги деревянные и почти не слушаются) протянул ей розу и почему-то внезапно охрипшим голосом произнес: - Это Вам, Дарья Александровна...

Она взяла цветок и в этот момент прикоснулась к моей руке... Как током ударило...

- Даша, загляни в серединку, - послышался веселый совет из-за стола.

Она развернула бутон, увидела конфету,

- Боже мой, я такие ела последний раз на выпускном... Спасибо, Денис Анатольевич...Доставили мне радость...

- Кажется, наш прапорщик еще одну контузию получил! - это уже голос Дольского. Я развернулся, чтобы ответить что-нибудь резкое, но получил еще одну"контузию", уже третью - Дарья Александровна взяла меня под руку и шепнула: - Пойдемте пить чай...

Разговоры за столом велись в основном на повседневно-военную тему. Бойко, как штабной офицер, делился общей информацией о положении на фронтах. Анатоль Дольский, будучи истинным кавалеристом, уже вовсю атаковал взглядами и словами сидящую рядом с ним "сестричку", кажется, Катю. По его словам, если бы не высокое начальство, он бы со своим эскадроном эту войну давно бы выиграл, и поил бы сейчас своего коня из Шпрее. Ну, прям, Денис Давыдов Љ 2, типа: "Мне бы шашку, да коня, да на линию огня...". Если бы все было так просто...

- Денис Анатольевич, а Вы как считаете, хорошо мы воевать умеем? - это он уже мне вопросики подкидывает.

- Мы, Анатолий Иванович, воевать умеем, но не так хорошо, как могли бы. А еще умеем геройствовать и этим геройством хорошо умеем хвастаться.

Я предостерегающе поднял руку, чтобы вскинувшийся Дольский дал мне договорить.

- Я не в том смысле, что позволяю усомниться в Вашей храбрости, да и многих других тоже...Вы спросили мое мнение - я его высказываю: героизм - это способность забыть себя для блага Родины, способность принести жизнь в жертву ради возвышенной цели. Вспомните слова князя Святослава:"Положим живот за други своя. А мертвые сраму не имут!" Однако, у нас часто бывает, что героизм одного - это действия в ситуации, созданной незнанием, ленью, разгильдяйством других. Если каждый будет исполнять свой долг на совесть, то вышеупомянутые случаи просто перестанут иметь место. Вот это, мне кажется, и называется умением воевать.

- Но, позвольте, а откуда Вам знать, как воевать по-другому? Этого даже в Генштабе не знают, -

Дольский холодно-презрительным тоном пытался доказать мне мою несостоятельность в военных вопросах. Я не сдержался и перефразировал анекдот из далекого будущего:

- Господин поручик, в чем, по-Вашему, заключается долг российского военного?

- Умереть за Веру, Царя и Отечество!

- А я думаю, что долг заключается в том, чтобы немцы умерли за свою веру, своего кайзера и свое Отечество...