Страница 79 из 117
Мужчина волшебной палочкой размешал кровь в чаше и плеснул её в сложенный посреди зала костёр:
— Пламя Рода прими нового члена!
Поленья вспыхнули, словно на них вылили добрую порцию бензина.
— А — а–а! — скрючившись от боли в животе, мужчина рухнул на колени.
Недобрая магия бушевала вокруг, срывая со стен картины и заставляя плавиться ритуальные свечи.
— Да будет так! — на весь зал прогремел Дамболдор.
— Да будет так! — проблеял Джеймс Поттер, корчась от боли.
Свечи и костёр погасли, слепящие линии пентаграммы потускнели и слились цветом с серой каменной плиткой пола.
— Я не чувствую магию, словно весь день патронуса держал. Как больно…
— Выпей, — Дамболдор протянул Поттеру бутылочку с каким‑то зельем. — Укрепляющее, ещё оно стабилизирует магию. Ты же взял в Род тёмного. Последствия от смешения. Терпи.
— Гадость какая, — едва не плюясь, ответил Поттер. — Сопливус варил?
— Какая разница, — ответил Дамболдор, разглядывая родовой гобелен Поттеров.
— Альбус, почему…, почему линия связи этого отродья образовалась с Джейсом, а не со мной? Вы не находите это странным?
— Кто знает, мальчик мой. Осмелюсь предположить, что полное изгнание вывело твоего…, хм — хм, бывшего сына за рамки рода и новая связь сформировалась через кровь Лили. В отличие от Джейса, в тебе её нет. Так даже лучше, мальчик мой. Теперь Джейс старший в этой паре. Главное, чтобы он не сорвался и не наделал глупостей. Две недели ему теперь надо пить успокаивающий бальзам, темная магия Гарри делает Джейса раздражительным и, в некоторой степени, психически неустойчивым.
— Ничего, попьёт. Был бы со всего этого толк. Как я мечтаю прижать к ногтю мелкого тёмного засранца, а через него Блеков и поганых магглов. Дурсли мне за всё ответят! Старшему в роду это сделать намного легче. Джейс не посмеет ослушаться меня, а тёмное отродье не сможет перечить Джейсу! Ха — ха — ха, да и деньги поганца нам лишними не будут…
Дамболдор лишь покровительственно кивал на слова Джеймса Поттера и никто из них не догадывался о допущенной фатальной ошибке…
Выходя из ритуального зала мэнора, тихо переговаривающиеся маги не обращали внимания на портреты предков Древнейшего Рода Поттер. Все нарисованные персоналии, даже бывшая жена Лорда Поттера — Лили Поттер, в девичестве Эванс, источали неприкрытые ненависть и презрение… Люди на портретах видели то, чего не могли помочь разглядеть артефакторные очки Дамболдора — тёмный полог, от которого осталось совсем недалеко до метки Предателя Крови.
Самхейн. Хогвартс, покои преподавателя ЗОТИ Квиринуса Квирелла, то же время.
— А — а–а, жжётся! Я горю изнутри! Нас кто‑то проклял, Повелитель.
— Терпи, червь. Что ты корчишься, как глист на сковороде?
— Зачем…, зачем я согласился на проклятую вами должность, Повелитель?!
— Я её не проклинал… Опиши своё состояние.
— А вы, Повелитель, разве не можете взять моё тело под контроль? Я, я не могу описать…
— Ты совсем идиот, червь? Хочешь, чтобы я словил твоё проклятие?
— Нет — нет, как жжётся. Помогите мне, мой Господин!
— Жжётся, говоришь… Скажи мне, Квиринус, ты ни у кого в последнее время никаких магических безделушек не брал?
— Нет — нет, что вы…
— Хм — м, на тебя, друг мой, похоже сделали отвод и, кажется, я догадываюсь кто…
— Кто? Скажите мне, Повелитель. Я его знаю?
— О! Поверь мне, ты его знаешь…
Самхейн. Лондон. Косой переулок. Банк Гринготтс. То же время…
Поверенный Рода Поттер проводил очередную плановую ревизию подведомственного сейфа.
— Угум…, так, что тут у нас? Артефакты…, артефакты…, сходится. Отмечаем. Гримуары…, в порядке…
Неожиданно по закрытому хранилищу пробежался холодный сквозняк, гоблин и его помощник непроизвольно поёжились.
— Дядя, что это было? — уняв дрожь, спросил молодой сотрудник банка.
Грипхрук — душеприказчик Поттеров, глядя на копию Родового Гобелена клиента, который занимал одну из стен хранилища, сплюнул сквозь зубы на пол:
— Идиот, это был идиот! — после чего разродился витиеватым ругательством на гобледуке…
Конец интерлюдии.
— Так, — сведя точёные брови к переносице, задумчиво сказала тётя Вальпурга. — Опиши ещё раз своё состояние.
Глядя на крёстную, которую не на шутку обеспокоили мои слова, я мысленно прокручивал возможные причины убитого состояния моей тушки. Вальпурга отвернулась, что‑то неразборчиво бросив через плечо. Зеркало отразило каштановую шевелюру Андромеды, мелькнувшую на заднем плане. Андромеда?! Значит, ритуал в Азкабане уже завершился. Как там мистер Филч, удачно?
— Слушай меня внимательно, Гарольд, никуда не ходи и ничего сам не предпринимай. Ты меня понял?
— Понял, — ответил я, стараясь унять мучительные боли, терзающие меня в районе магического ядра, с которым творились непонятные вещи. Казалось, что подчинённая магия сошла с ума. Ядро то притухало, то разгоралось ярчайшими, хоть и не видимыми простому взору вспышками. От переизбытка магии вставали дыбом волосы и по комнате сами собою начинали летать вещи, благо соседи не видели творившегося бардака. После праздничного ужина они засели в общей гостиной и рубились во взрывного дурака.
— К Помфри не ходи, тут колдомедик тебе не поможет, не в этом случае, Гарольд. Мы в банк. Держи зеркало под рукой, как будут какие‑либо вести из Гринготтса, я тебя сразу вызову.
Крёстная ободряюще улыбнулась, крепись мол, ты же сильный, и махнула рукой. Изображение подёрнулось рябью и померкло, теперь в зеркале с вычурной оправой и длинной резной деревянной ручкой отражалась моя осунувшаяся физиономия. Всё бы ничего, если бы не лихорадочный блеск во ввалившихся глазах и неестественная бледность кожи. Оставалось только ждать, надеюсь тётя успеет разобраться до того момента, как я окончательно загнусь и при условии, что меня не разорвёт на тысячу мелких Гарольдов Эвансов во время очередного неконтролируемого магического выброса. Задёрнув полог и бросив пару заглушающих заклинаний, я рухнул на кровать, стоная от мощных спазмов, скручивающих внутренности в тугой узел. Постепенно бешеный ёж, поселившийся в моей груди, успокоился, его иглы перестали колоть окружающую плоть. Увеличившись где‑то на треть, магическое ядро перестало выбрасывать жгучие протуберанцы во все стороны. Незаметно для себя я задремал.
— Гарольд! Гарольд!
Что? Где? Вскочив, я очумело заозирался по сторонам.
— Гарольд! — донеслось из‑под покрывала. Зеркало!
— Да, тётя! Простите, задремал. Попустило меня. Вы разобрались? Что говорят гоблины?
— Не извиняйся…, — устало ответила Вальпурга.
— Леди, покажите лорду гобелен, — донёсся до меня скрипучий голос зеленокожего поверенного.
— Взгляни сам, — сказала крёстная, разворачивая зеркало.
— Какого х**, — по — русски вырвалось у меня, после того, как я разглядел изменения Родового Древа, которое было изображено на древнем гобелене.
— Выпорю! — мигом среагировала крёстная.
— Уже боюсь — боюсь, — язвительно ответил я. Вальпурга же развернула зеркало в другую сторону, в центр изображения вплыл Груборыл.
— Здравствуйте, Мастер, — приветствовал я гоблина. — Пусть кровь ваших врагов омывает ваши ноги, а золото в закромах превращается в лунное серебро.
— Здравствуйте, Лорд, — оскалившись, изобразил поклон поверенный, вернув пожелание смерти всем моим недругам и пожелав богатства.
— Мастер, объясните, пожалуйста, что сие значит?
Откашлявшись, Груборыл подошёл к гобелену и ткнул когтистым пальцем в золотую линию, связывающую меня и тёмный лист с именем Джейса. Линия засветилась, следом полыхнул весь гобелен, сбрасывая с себя чары сокрытия, установленные гоблинами. Поверенный Родов Эванс и Слизерин провел рукой по ткани. Тёмный коготь остановился на перевёрнутом гербе Поттеров, изображение которого проявилось под именным дубовым листом брата.
— Регентская связь, но почему? — вопрос сам собою сорвался с губ.
— Последствия необдуманного ритуала на крови, мой Лорд, — ответил Груборыл, усмехаясь во все сорок четыре острых зуба. — За сим последовал магический откат. Судя по всему бывший Лорд (в слово «лорд» было вложено столько презрения, что никакими моющими средствами его теперь невозможно отмыть) Поттер провел ритуал принятия в Род. Скорее всего использовали вашу кровь, взятую в детстве, поэтому, через Вашу мать — Лили Поттер, образовалась связь между вами и Джейсом. Магически у вас разные отцы, но мать одна. Но это Темномагический ритуал, а Поттер никогда не был силён в данной области искусства, — акцентировал гоблин, — он и его помощник даже не удосужились узнать подробностей кх — м, кх — м…, некоторых пикантных подробностей о том, кого опрометчиво, без согласия, попытались ввести в род на правах младшего члена. Действующего Лорда, тёмного мага, да на правах младшего члена…, ха — ха — ха! Идиоты! — резко припечатал он, перестав смеяться. — Теперь Джеймс Поттер и его отпрыски потеряли право на регалии. Нарушив законы магии, они всецело отдали себя в ваши руки, Лорд Слизерин. Регалии Рода Поттер сможет принять только сын Джейса, ибо все ныне живущие Поттеры лишены этого права, а вы, Гарольд, получаете не только право распоряжаться всеми активами и жизнью членов этого рода, но и обязанности магического опекуна не рождённого ещё наследника или наследницы. Вам вменяется воспитание будущего лорда и главы Рода Поттер. Тяжкая и ответственная ноша. Перевёрнутый герб означает, что все живые члены рода поражены в правах. — тут Груборыл неприкрыто усмехнулся. — Судя по тому, что кассовый зал до сих пор не осаждают авроры, а мистер Поттер не берёт штурмом кабинет поверенного, он свято уверен в противоположном результате. Маги бывают до ужаса наивны. Нам сказочно повезло, что мистер Поттер сдал кольцо лорда на хранение, перед друзьями и подчинёнными, видите ли ему неудобно. Засрал ему мозги Дамболдор, как есть засрал. Вы необыкновенно удачливы, Гарольд, вам дважды повезло и второй раз везение заключено в гобелене. Оригинальный гобелен Поттеров хранится в сейфе, а в ритуальном зале менора висит копия с усечёнными свойствами. Чарльз Поттер пятьдесят лет назад спрятал оригинал в Гринготтсе из‑за опасений, что маггловские бомбардировщики ненароком разбомбят семейное гнёздышко. Защита дома может спасти от двух, трёх или даже пяти бомб, но в ту лихую годину немцы бомбили часто, со всем остервенением и шансы остаться без крыши над головой были очень велики. После победы над Гриндевальдом и Гитлером гобелен так и остался в сейфе. Я думаю, на наше счастье, что Чарльз не успел поведать сыну о таком немаловажном нюансе. Копия в меноре показала регентскую связь, а вот кого над кем она не указывает, ха — ха — ха! Вы же, Гарольд, зная подробности, получаете какую — никакую свободу маневра. Вам требуется объяснение, почему маневр не может быть резким и выходить за некоторые ограничительные рамки?