Страница 76 из 98
— Только выкроишь, наконец, время, чтобы уединиться от всех, — злобно проворчал Мэнни, — и вот тебе на — Рик Холман тут как тут!
— Я не буду лезть в твою частную жизнь, Мэнни, — поспешил я его успокоить. — Просто посижу здесь тихонечко, чтобы было слышно каждое ваше слово.
Он выпрямился, схватил свою спутницу за руку и направился к моей банкетке. Я одарил даму широкой улыбкой, она села рядом со мной, и я представился.
Она одарила меня ответной улыбкой, неторопливой и знойной.
— Привет. Я — Лиз Муди.
— Которая, как ни странно, является моей новой секретаршей, — сообщил Мэнни. — У нас на студии был чертовски тяжелый день, и я подумал, что по меньшей мере выпивку за мой счет она заслужила.
— Мистер Крюгер — такой милый босс, — затаив дыхание, призналась Лиз шепотом.
Студия «Стеллар» — самая скромная среди «гигантов», и Мэнни — ее директор по рекламе. Еще о нем было известно, что он снимал секретарш с работы быстрее, чем Де Милль — свои киноэпопеи. Обычно они пребывали на службе не более двух месяцев, после чего шли своей дорогой. Я всегда считал, что это каким-то образом связано с маниакально-депрессивной натурой Мэнни.
— Почему ты шпионишь за мной, Рик? — спросил он с места в карьер.
— Это ты шпионишь за мной, — сказал я. — Кто первым зашел в этот бар?
Он все еще размышлял над моими словами, когда к нашему столику подошел официант.
— Мне порцию «Харви Болбэнгера», — сказала ему Лиз Муди.
— «Уолбэнгер», — поправил ее Мэнни.
— Ну, я думаю, мне не так уж обязательно это знать. — Неожиданно она глупо захихикала. — Я хотела сказать, поскольку я — девушка и все такое.
От этих слов Мэнни передернуло, и он велел официанту принести ему то же самое.
— Вы в кинобизнесе, Рик? — поинтересовалась рыжеволосая.
— Он — мерзкий сыщик, вот он кто, — выпалил Мэнни.
— Частный детектив? — Ее глаза расширились от удивления. — Ух ты! И у вас есть собственный сериал и все такое?
Я решил, что меня разыгрывают. Мэнни сверлил меня взглядом так, что мне показалось, будто он хочет загипнотизировать меня до смерти.
— Ты в последнее время ничего не слышал о Дуэйне Ларсене? — спросил я как бы между прочим.
Он подозрительно уставился на меня:
— А что я должен был слышать о Дуэйне Ларсене?
— Судя по всему, это всего лишь слухи.
— Какие слухи?
Чем больше ложь, тем скорее Мэнни в нее поверит, подумал я и сказал:
— Я слышал, что «Стеллар» собирается подписать с ним контракт на съемку в римейке «Горбуна из собора Нотр-Дам». В роли старого Лоутона.
— Но он же не умеет играть! — Лицо Мэнни исказилось от гнева. — Он же не способен играть даже в этих телевизионных вестернах!
Я пожал плечами:
— Как я и сказал, возможно, это всего лишь слухи.
— Никто на студии ничего мне больше не говорит, — пробормотал он. — Может быть, им стыдно говорить мне об этом. И им действительно должно быть стыдно! Дуэйн Ларсен в роли горбуна из собора Нотр-Дам?! Наверное, он думает, что это история о каком-нибудь футболисте!
В этот момент в бар вошла Элисон Вейл. Она задержалась на мгновение у входа, чтобы окинуть взглядом присутствующих, затем направилась через весь зал в другой конец бара к свободному столику. Действительно, она слегка постарела, но выглядела по-прежнему шикарно. У нее были прямые гладкие волосы до плеч, на которых сейчас играли блики света. Хотя лицо ее немного пополнело, широкие скулы скрывали эту полноту. На ней было элегантное маленькое черное платьице, которое ненавязчиво подчеркивало достоинства ее пышных форм, которые и сейчас, когда она грациозно шествовала через зал, выглядели такими же крепкими, как и прежде. Мэнни повернул голову, чтобы проследить за моим взглядом, и буквально обомлел.
— Послушай! — воскликнул он трепетным голосом. — Да это же Элисон Вейл!
— Элисон кто? — спросил я как бы между прочим.
— Элисон Вейл. Она только что снялась у нас в эпизоде киноэпопеи, где снимаются еще пять звезд.
Я еще раз оглянулся и увидел парня, направлявшегося к ее столику. Ему было около сорока, и для своего возраста он выглядел излишне тучным. Пряди рыжих волос сдали свои позиции и отступили почти на середину головы, и лысина была изрядно усыпана веснушками. Густые моржовые усы делали его похожим на отставного дуэлянта. Его неопрятный костюм тоже не заслуживал хотя бы снисходительной похвалы. Он шел с толстой сигарой, зажатой между пальцами правой руки, и обильно потел. Да он и не мог не потеть, поскольку его вес явно превышал норму этак фунтов на тридцать, и все же при таких огромных габаритах он мог похвастать могучими мышцами.
— Наверное, мне надо пойти поздороваться? — Несколько секунд Мэнни сидел с озабоченным видом. — Я ведь не кто-нибудь, а директор по рекламе на студии «Стеллар», и мне самому решать, кому засвидетельствовать почтение и «махнуть флажком», а кому нет, правда?
— Ух ты! — Рыжеволосая была поражена. — Я и не знала, что у каждой студии есть свой собственный флажок.
Мэнни поднялся из-за стола, расправил свои узкие плечики и уверенным шагом направился в противоположный конец зала.
— У тебя несоответствующий для этого цвет волос, — сказал я рыжеволосой.
— Для чего?
— Необходимо быть блондинкой, — сказал я, — это традиционно. Никто не верит, что рыжеволосые глупы.
— Мистер Крюгер уволил свою предыдущую секретаршу, потому что решил, будто она слишком умная, — призналась Лиз Муди. — Поэтому я притворяюсь такой, какой он хочет меня видеть. Все мозги отшибает, когда сидишь целыми днями в машинописном бюро.
— Если хотите, можете заглянуть ко мне домой и для разнообразия остаться на ночь, — сказал я великодушно. — Это вас развлечет, и обстановку поменяете.
— Ну уж! — сказала она холодным тоном.
— Признаюсь, сморозил глупость, — извинился я. — Мне не следовало забывать, что вы, весьма вероятно, и так счастливо проводите ночи у себя дома в обществе вашего бионического петушка.
Ее лицо на мгновение окаменело, затем она залилась громким хохотом.
Потом вернулся Мэнни с огненно-красным лицом. Он плюхнулся на свое место и сделал один быстрый, но большой глоток из бокала.
— Этот бандит, который с ней, велел мне убираться, — сказал он, едва переводя дыхание. — Мне, директору по рекламе студии «Стеллар»!
— Не может быть! — негодующе воскликнул я, а рыжеволосая тихо заскулила.
— Я подошел и вежливо поздоровался с мисс Вейл, — продолжал Мэнни дрожащим от волнения голосом, — и прежде, чем она успела мне ответить, этот бандит говорит мне, что ее зовут Глория Ла Верн и она не станет плясать под мою дудку только потому, что я — хозяин этой проклятой студии. Потом он сказал, чтобы мной через секунду там и не пахло, иначе он вырвет мне руки и запихнет их мне в глотку!
— Так, может быть, это и есть Глория Ла Верн или кто-то еще? — предположил я.
— Это Элисон Вейл, — заорал Мэнни. — И какого дьявола она связалась с бандитом?
— Ты правда хочешь это выяснить? — осторожно осведомился я.
— С какой стати я стал бы орать во все горло, если бы не хотел? — выпалил он, недоуменно глядя на меня.
Я встал и направился к столику, где сидели белокурая леди и «отставной дуэлянт». Элисон Вейл подняла глаза и посмотрела сквозь меня так, как умеют смотреть только настоящие леди. Ее собеседнику я улыбнулся тепло и по-дружески.
— Какого дьявола тебе нужно? — спросил он хриплым голосом.
— Я к вам по поручению своего друга, вон того коротышки. — Я указал рукой в сторону Мэнни. — Он хочет знать, что у такой красавицы, как мисс Вейл, общего с таким бандитом, как вы.
— Он — что?
— Он также хотел бы выпить с вами. — Я взял со стола его бокал и неторопливо вылил содержимое на фасад его мятого костюма.
Он оттолкнул от себя стол и начал вставать на ноги. Я терпеливо выждал момент, когда он пребывал еще в полусогнутом положении, на полпути, и был совершенно беззащитным. Тут-то я и ударил его прямо между глаз, вложив в удар всю свою силу. Он повалился спиной на банкетку, глаза пустые, голова бессильно повисла набок. Из глубины души Элисон Вейл вырвался слабый стон, и она со страхом взглянула на меня.