Страница 35 из 63
— Понятно, — прервал его опер. — Давай подпишу тебе бланк о передаче задержанного. Лепесткова вашего можем позднее вызвать для снятия показаний. Атак у меня все, — сказал он, поднимаясь. — Открывай камеру.
Они вместе подошли к решетке. Когда капитан ее отпер и Ян шагнул наружу, первое, что сделал опер, — закольцевал его в наручники.
— Могу я узнать, кто вы? — спросил Ян.
— Борис Федотов, следственный отдел прокуратуры, — сказал седой. Ян решил, что сейчас самое подходящее время, чтобы задать ключевой вопрос:
— Я имею право знать, за что арестован?
— Имеете, — согласился Федотов, проколов его голубым, пронзительным, как клинок, взглядом. — Вы арестованы по подозрению в убийстве Павлова Игоря Петровича.
— Какого Павлова? — сказал Ян устало, не особенно надеясь на ответ. Опер ответил вопросом:
— Вы были вчера в кафе «Русалка»?
Тут наконец-то до Яна дошло, где зарыта собака. Вернее — где порылась собака, и не какая-то безобидная, а псина волчьей породы по кличке Азиат. Он же вчера назвал себя главным свидетелем убийства, так что ему мешало пустить следствие по следу Яна Никольского, тем более что имя ему известно, как наверняка и прочие реквизиты. Право смешно — Азиат пытается добраться до снайперов, а они крутят им как хотят, используют в хвост и в гриву в своих интересах, но самое смешное, что он об этом ни сном ни духом.
— Да, я был в «Русалке», — подтвердил Ян. — Но никого не убивал.
— А вот с этим нам еще предстоит разобраться, — «утешил» Федотов, увлекая его к выходу.
Глава 10
Я УПАЛА И ЛЕЖУ, ВО ВСЕ СТОРОНЫ ГЛЯЖУ…
Таким образом, господин Стратег, мы загнали его в угол. И еще один любопытный момент: в последнем разговоре он дал понять, что если парень, убитый при нем в кафе, окажется живым, то это может стать для него решающим аргументом. Забавный получается расклад, не так ли?
Стратег был как будто занят своими мыслями, тем не менее ответил:
— Не забывайте, что если мертвец воскреснет, то даст показания в пользу Никольского.
— Но ведь наша цель не состоит в том, чтобы упечь кандидата в тюрьму! Если парень умрет, Азиат должен будет полностью сменить показания, для чего придется идти с ним на прямой контакт, а иного пути заставить его отцепиться от горла нашего кандидата я пока не вижу.
— Прямой контакт с Азиатом нам сейчас не нужен. Так что согласен, пусть молокосос живет, и проследите за тем, чтобы люди Азиата не помешали ему вернуться с того света. А теперь что касается девицы… — Стратег сделал длинную паузу, переносицу его прорезала глубокая озабоченная морщина.
— Проблемы больше не существует, — осторожно заметил Валентин.
— В соответствии с данным вами прицелом, — медленно заговорил Стратег, — ее должны были запереть в телефонной кабине.
— Опасаясь неудачи, я взял на себя смелость усложнить комбинацию.
— Ну что ж, вы достигли своей цели — барышня устранена. На первый взгляд все прошло блестяще. Но для ее устранения вы подключили слишком могущественный фактор — самое прискорбное, что вы даже не представляете себе степени его могущества.
— Смею вас заверить, что при разработке прицела мною были учтены все возможные…
Стратег вскинул руку, загоняя слова, повисшие на языке Валентина, обратно ему в горло.
— Вы дали сообщение через ретранслятор в системе Бетельгейзе — очень грамотный шаг, обеспечивший изначальное доверие к посланию и возможность вам умыть руки в случае неудачи. — Валентин с напряжением слушал: Стратегу не свойственно было нахваливать действия подчиненных, раз он с этого начал, значит, готовится вскоре врезать, да так, что искры из глаз полетят. — Далее — о содержании сообщения: надо сказать, тут вы проявили недюжинную фантазию. Кто бы поверил в сказку о том, что дочь и единственная наследница императора хассов — портрет прилагается — сбежала из родного дворца и в данный момент находится на Земле? И что она появится в Гагаринском космопорту в надежде тайком проникнуть на корабль, идущий на Хасс, поскольку ее организму необходим особый препарат, без которого она на Земле больше суток уже не протянет? Бред чистой воды! Но они даже организовали спецрейс на Хасс, хотя он готовился не раньше чем через две недели. Вся соль в том, что само существование цивилизации хассов является секретной информацией под кодом, если я не ошибаюсь, три-гамма-экс. То есть автоматически подразумевается, что отправитель нашего сообщения допущен к высшему правительственному грифу секретности. Даже если бы вы не подписались «Лемминг». Кстати, это еще один ваш гениальный ход. — Наводящий уже ощущал себя до предела натянутой струной, вот-вот готовой лопнуть: «Ну, давай же, бей! Ну? Что ты там для меня приготовил?..» — Во-первых, — обстоятельно продолжал Стратег, — такие агенты не менее засекречены. А во-вторых, мы-то с вами знаем, где сейчас находится Лемминг, — ни один человек в здравом рассудке ему бы не позавидовал. Но дело не в этом, главное — запросить у него подтверждение они не могут. Подводим итог — ближний прицел разработан блестяще, все срабатывает, ваша подопечная в ауте. Так?
Валентин только кивнул, чувствуя подвох, но не в силах понять, в чем он состоит.
— Хочу напомнить вам одну народную мудрость: чтобы убить блоху на собаке, не обязательно брать в руки кувалду. Итак, блоху вы пристукнули. Даже не блоху — микроба. Теперь давайте рассмотрим состояние нашей, с позволения сказать, «собаки». Вы не пробовали задуматься о том, почему информация о единственной высокоразвитой цивилизации, встреченной нами в галактике около тридцати лет назад, так глубоко засекречена? Все человечество, за исключением единиц, продолжает считать себя венцом творения, единственным в обозримой вселенной.
— Но надежды на встречу они не теряют, — осмелился вставить Валентин.
— Эта надежда того рода, что идет рука об руку со страхом: страхом непонимания, агрессии, порабощения и даже уничтожения со стороны более развитых существ. Много ли вы смогли узнать о хассах? Известна планета, где произошла встреча, от ее имени им и дали название — хотя заметьте, это не их родина. Там теперь находится наше секретное представительство, или, если хотите, миссия. С виду они гуманоиды, чрезвычайно похожи на человека, но, по непроверенным данным, могут менять облик. Их корабли напоминают сгустки энергии — видимо, каждый корабль представляет собой некое замкнутое силовое поле или совокупность таких полей. Контакт с человеком допускают минимальный и только в рамках миссии. Обитают предположительно вблизи ядра галактики. Кажется, это все, что вы могли почерпнуть под кодом три-гамма-экс. Откуда же вам знать, что существует еще особый гриф «сигма» — для избранных, среди которых лишь четверо — президенты? Я, как вы понимаете, не вхожу в их число, я даже не посвященный член, а, так сказать, неофициальный фактор. И я намерен сейчас приоткрыть вам завесу этой великой секретности, коль скоро вы взяли на себя смелость толкнуть глиняного колосса лишь затем, чтобы он упал на муравья. Откуда, вы думаете, взялся этот идиотский всемирный план освоения галактики поступательным методом? Почему с таким упорством и методичностью СМИ вбивается в головы людей идея о нерациональности дальнейшего продвижения к ядру? Сначала, дескать, надлежит досконально исследовать свою область космоса, эту жалкую оконечность рукава — открыть и пронумеровать здесь каждую мало-мальски ресурсную планетку, ну а потом уже, как следует обосновавшись и размножившись, можно будет думать об осуществлении дальнейшей экспансии. Но все дело в том, что мы и помышлять не можем ни о какой дальнейшей экспансии: да будет вам известно, что в космосе существует некая граница, которую человечеству запретили переступать. И найдена она была не случайно — в те времена, когда еще проводилась политика расширения рубежей, нашли планету Хасс, где, как вы знаете, люди повстречались с хассами. И они сообщили счастливым участникам первого контакта, что дальше к ядру человечеству путь закрыт. Развернули объемную схему с указанием границы, простирающейся на миллионы парсек, — тут, мол, до самой оконечности рукава ваша территория, она, мол, немаленькая, живите на ней, плодитесь и размножайтесь, а все остальное наше, и вам туда совать нос нельзя, лучше даже и не пробуйте. Но настырные гуманоиды, конечно, все равно попробовали. И до сих пор продолжаем пробовать — теперь, правда, с помощью автоматических модулей. Пока от них остаются только облачка пара… — Стратег замолчал, и Валентин пробормотал растерянно: