Страница 28 из 71
— После всех этих событий вам не приходилось находить здесь, в доме, или еще где-нибудь странных вещей непонятного назначения?..
Кукол рассеянно пожал плечами:
— Я мог бы сделать вам целый доклад о вещах: одни из них стали мне теперь непривычны, другие враждебны, некоторые обнажили свою суть. Я сам превратился в странную вещь непонятного назначения! Я не всегда в состоянии понимать и контролировать сам себя. Поглядите, в каких условиях я работаю! — Он махнул рукой на канделябры — пламя свечей заколыхалось. — По-вашему, это духота, смрад, копоть? А я наслаждаюсь! Или вот, взгляните на это! Чем вам не странная вещь? — Он схватил со стола перьевую ручку, продемонстрировал слушателям и кинул ее обратно. — Я стащил ее из-под стекла в историческом музее в самый разгар смуты. Да, стащил — ручку и еще многое другое и, стыдно признаться, получил от этого колоссальное удовольствие!
Крис деликатно кашлянул:
— А эти ваши родственники, с кладбища… Они что, тоже здесь квартируются?..
Старичок, пригубив крови, отвечал с горечью, что усопших родственников он отправил жить в город, на свою собственную квартиру. На днях и переехали.
— Эк нам повезло, — вздохнул с облегчением Лобстер. Не по душе ему было вновь якшаться с мертвецами, да еще с чьими-то родственниками. Не по его профилю — с чудовищами как-то привычней.
— Это не нам, это им повезло, что вовремя унесли ноги, — назидательно сказал Ларри и обернулся к профессору: — А кстати, машина у тебя имеется?
— Поймите нас правильно, — вежливо сказал Крис. — Мы уже сделали кое-какие выводы о происходящем, наметили свой план, и, чтобы действовать успешно, нам необходимо обследовать территорию, может быть, побывать в городе… Если у вас есть летательный аппарат или машина…
— То мы вынуждены будем ее реквизировать, — перебил, ухмыляясь, Ларри. — На нужды человечества — без возврата.
Профессор приподнял бровь:
— Вы собираетесь спасать человечество? Вы? — Он, кажется, хотел засмеяться, но возмущение пересилило. — Да вы отдаете ли себе отчет?..
— Отдаем, отдаем, — заверил Ларри. Дед окончательно распоясался.
— И для этого вы собрались посетить город? — истерически воскликнул он. — А понимаете ли вы, что остались, быть может, последними неинфицированными людьми на этой «планете»?
— Вот именно, — сказал Крис.
— Ну уж это ты хватил… — проворчал Лобстер, любовно поглаживая свою бутылку.
— А как вы догадались, что мы нормальные? — подала голос Чарли из глубины дивана.
— Догадался?! — вскричал профессор, блеснув великолепными белыми клыками. — Да я почуял вас, когда вы еще только лезли через мой забор! — Он поймал ее удивленный взгляд в сторону окна. — Да-да, несмотря на стены, двери и закрытые окна! Живая, свежая, горячая человеческая кровь, насыщенная адреналином! А не эта химическая подделка, от которой ноет желудок, троится в глазах, а наилучшие для работы предутренние часы омрачены тяжелым похмельем! — С этими словами старичок схватил бокал и, расплескивая суррогатную кровь, швырнул его в сердцах через всю комнату. Бокал просвистел между Ларри и Лобстером, влетел в камин и разбился там о заднюю стенку. — Так вы намылились в город?! — продолжал орать старичок, уже вовсю сверкая клыками. — Да вас там разорвут на клочки, растащат на молекулы, на кровяные тельца! Прошли времена банальных укусов в подворотне, когда живые шлялись еще повсюду толпами! Весь город сбежится, чтобы урвать себе хоть капельку крови на острие клыка!
— Ладно, ладно, потише, — осадил его Ларри, взявшийся во время этой зажигательной речи двумя руками за слегу. И покосился на диван. — Здесь дети.
Ник подпрыгнул, вскочив ногами на подушку, очевидно, чтобы казаться выше.
— А мы из вас винегрет сделаем!!! — Он запрыгал, придерживаясь за Чарли. — Мы вам так врежем!!! Только молекулы с клыками во все стороны полетят!!!
Вампир поглядел с тоской на мальчика, перевел взгляд на слегу Криса и потянулся к бутылке.
— Кстати, что за город-то? — поинтересовался Ларри.
— Какой город?.. — Кукол отпил прямо из бутылки, глянул на резвящегося Ника и еще раз отпил. — А… Дербянск, конечно.
В наступившей тишине раздался отчетливый клац — это Лобстер, собравшийся было, по примеру старичка, приложиться к бутылке, захлопнул челюсть.
— От те на! Россия, что ли?
— Родина… — произнес Крис мученически. — Что творят, подлецы…
— Ничего себе нас кидает… — почесал в затылке Ларри.
— Могло быть и хуже, — бодро заметил Лобстер. — Какой-нибудь там… Зимбабве.
— Есть еще Антарктида… — пролепетала Чарли, блеснув познаниями в земной географии.
— Так-так-так, — ехидно проскрипел Кукол. — Значит, вы, как я и предполагал, на Земле недавно. Потому и уцелели. Пока. Авария? Или все-таки обычная посадка? Простите мое любопытство, но ведь космические корабли, насколько мне известно, в последнее время на Землю не возвращаются. Разве что изредка — в виде обломков.
— Это долгая история, — отмахнулся Ларри. — Так все-таки, что у тебя с транспортом? Лучше сам показывай, все равно ведь найдем.
— Транспорт вы получите, — разухмылялся профессор во весь свой великолепный вампирский оскал, совершенно не гармонирующий с окружающим этот оскал морщинистым обликом. — Но скажите сначала, чем же вам наш Дербянск не угодил?
— Почему не угодил? Сойдет и Дербянск, — сказал Ларри. — Винегрет, капуста, девочки, шикарные автомобили…
— Будут, будут тебе девочки, — пробубнил старичок. — Гроздьями на шее повиснут…
— Все. Пошли, — оборвал Ларри его пророческий клекот и велел: — Канделябр захвати, у нас с ночным видением проблемы.
Кукол взял подсвечник, и его первым пропустили к двери. Чарли, выходившая последней, на всякий случай захватила второй канделябр.
Вслед за хозяином компания проделала обратный путь по коридору до полукруглой комнаты с дверями. Тут Кукол остановился и осведомился с гнусной усмешкой:
— Так что вам угодно? Кухня, сортир, ванная? Или желаете сразу реквизировать транспорт?
— Сортир! — объявил Ник. Остальные смущенно переглянулись. Ларри кашлянул:
— Показывай.
Профессор стал тыкать пальцем в двери:
— Кухня, столовая, ванная, сортир, гаражи.
Язычки пламени плясали в такт с его движениями, бросая отблески на клык, словно нарочито обнаженный профессором в кривой усмешке, в том же шаманском ритме колебались на стенах длинные тени, порождая в помещении с современным дизайном слабое дуновение жути — древней и паутинистой, с запахом разрытой земли и со стуком гнилых костей о сырую крышку гроба. Это экзотическое дуновение ощутимо сквозило в мир не иначе как сквозь прокол реальности, нанесенный клыком, торчащим изо рта у профессора.
У Чарли зародилось подозрение, что в доме еще прячется кто-то из родственников, поэтому прежде, чем пустить изнывающего Ника в туалет, она первой туда заглянула, подсветив себе канделябром. Единственное живое существо, оказавшееся в. сортире, тоже держало канделябр и испуганно пялилось на Чарли из круглого зеркала над умывальником. На подзеркальной полочке горела свечка. Обернувшись, Чарли кивнула Нику — давай, мол, теперь можно. Сама же открыла дверь ванной.
Ларри тем временем уже подталкивал профессора острием слеги к «гаражной» двери. Тот нехотя повиновался: он не учел в своем вампирском эгоцентризме, что созданный им зябкий колорит будет иметь последствием не слишком вежливое отношение гостей к хозяину.
Профессор и Ларри исчезли за дверью, Крис пошел вслед за ними. Лобстер, чьи запасы коньяка были уже на исходе, отправился на кухню, выдрав предварительно для себя из канделябра у Чарли одну свечку. На кухне стояли еще свечи, и он их зажег. Кухня, в общем-то, оказалась как кухня: длинное помещение с агрегатами, холодильником, мойкой и с буфетом во всю стену. С грязными тарелками, пустыми бутылками и банками от консервов, стоящими и валяющимися повсюду; чего еще ждать от старичка-профессора, к тому же вампира, отправившего недавно в город кучу восставших из гроба родственников, а с ними, видимо, и всю прислугу. В первую очередь Лобстер обследовал содержимое холодильника. На него пахнуло прохладой — холодильник, как ни странно, работал при общей обесточенности.