Страница 20 из 35
Маньячка. Честное слово, маньячка. Осталось только выяснить, где у него офис, а потом караулить ночами. Хотя зачем караулить? Ей достаточно и фотографии. Фотографии незнакомца, который смотрит немного устало, задумчиво, скрестив руки на груди, оборачивается в ее сторону… Точно сумасшедшая маньячка. Снежана все глубже проваливалась в сон, осознавая, что завтра заставку она так и не поменяет.
***
– Estás triste?* –Ельза подошла незаметно, хотя скорей всего это Дима так сосредоточился на собственных мыслях, что не заметил бы ничего и никого.
*Тебе грустно? (исп)
– Нет, – и к разговорам был не расположен. Не расположен настолько, что даже внимания не обратил, что ответил никак не на испанском.
Чего нельзя было отнять у кубинки, так это сообразительности. Она знала, когда к нему стоит подойти, а когда лучше повременить. Сейчас был второй момент.
Самарскому в субботу тридцать три. Тридцать чертовы три года тому родился на свет его лучший друг и худший страх. А ведь они ровесники, и это значит, что Диме тоже в этом году стукнет дважды по три.
Самое время загнуть пальцы в зависимости от количества свершений, у Самарского – семья, дочь, бизнес. Он счастлив. Давным-давно заработал свой первый миллион, потом второй, третий. Заслужил уважение среди таких людей, о которых и говорить-то – уже вроде как честь. У него есть все для счастья, а главное – есть само счастье, а что есть у него?
Дима Ермолов – живет по поддельным документам, в жопе мира, это если деликатно, в окружении проституток и наркоманов, пьет водку из сомнительной чистоты стаканов и трахается с теми, на кого бы и не посмотрел в своей прошлой жизни.
Самарский придурок? Придурок потому, что повернулся на одной бабе, сдувает с нее пылинки, заводит с ней детей, строит планы?
Нет, придурок не Самарский. Придурок он, потому что сам лишил себя даже призрачной возможности погрязнуть в подобном. И дело даже не в бабе. Дело во всей жизни. Снежа не одна такая – все станут брезговать им, стоит Ермолову вновь появиться в Киеве. От него за версту будет нести «подвигами» последних лет.
Он больше не чистый с выглаженной рубашкой и рубиновыми запонками. Он больше не ездит на спортивной BMW, не пользуется имиджевым телефоном, не клеит дочек богатеньких политиков. У него даже хвоста уже не осталось. В сотый раз проведя по всклокоченному ежику, Дима опрокинул стакан, допивая водку залпом. Днем ведь он раньше тоже не пил. Да вообще практически не пил. А теперь докатился.
– ¿Qué haces esta noche? *
* Что ты делаешь вечером? (исп.)
– No es nada.*
* Ничего (исп.)
– Muy Buena, * – а у него есть неплохая шлюха на ночь, редкие звонки родной сестре, которая откровенно его стесняется, грязные дела и непреодолимое желание выбраться из этого болота. То есть… у него нет ничего.
* Хорошо. (исп.)