Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 12 из 14

Сначала я спросил её: “Какие могут быть дела в такое позднее время?” она ответила, что её бабушка сильно больна и навещает её каждый день. И я тотчас поверил ей.

Некоторое время мы просто разговаривали с ней, а потом она спросила, что заставило меня приехать к ней в полночь. Я не мог подобрать правильные слова тому, что я чувствовал к этому неземному созданию, и , наконец, я решил рискнуть и рассказал ей всё, что я переживаю, когда вижу её.

Он замолчал и я спросила:

— И что она ответила?

— Она засмеялась. Конечно, это расстроило меня, но я был доволен, что рассказал ей правду. И когда она закончила смеяться, увидев мой хмурый вид, она улыбнулась и ответила, что она то же самое чувствует, по отношению ко мне. Когда я услышал эти слова, я был вне себя от радости.

После этих его слов и подумав насколько сильно он был влюблён в неё, я почувствовала укол ревности.

— В этот момент я думал, что на свете не может быть человека, счастливее меня. Но я был слишком молод и ничего не понимал…Он сделал паузу и устремил взгляд на небо.

— Чего вы не понимали? - спросила я.

— Мы ещё не дошли до сути. - ответил он и продолжил: – и так, все узнали о наших отношениях, мы всегда ходили вместе и многие мне завидовали. Через 3 месяца она уехала в Париж. Я был очень расстроен, когда она мне это сообщила, и умолял её не оставлять меня, или просил поехать с ней. Но она всё отказывала, говорила, что её бабушку отправили туда к лучшему доктору и что у неё не будет на меня совсем времени.

Я понимал её и не хотел расстраивать, тем более, что она в последнее время плохо себя чувствовала. На следующий день мы расстались.

Я писал ей почти каждый день, но она отвечала лишь на несколько моих писем, в которых к тому же бывали всего пять-шесть маленьких предложений. Всё время я думал только ней и писал ей несколько раз “когда она вернётся?” На что она отвечала “Бабушка чувствует себя ещё хуже и я не думаю, что могу приехать раньше, чем через месяц”.

Я провёл самых тоскливых два месяца своей жизни. И в один день к нам приехал друг отца, который, оказывается, хорошо знал бабушку Виктории. Когда он начал рассказывать о ней, к моему удивлению, он сказал, что она уже как два года назад покоилась с миром. Я подумал, что я не расслышал и спросил его, а ответ последовал тот же.

Думаю вы и так поймёте, что я чувствовал тогда и поэтому не стану описывать вам это.

Когда она вернулась, я потребовал у неё объяснений, но их так и не последовало.

Спустя неделю я увидел её с какой-то женщиной, идущей в театр. Я хорошо разглядел её, чтобы узнать её. Она оказалась моей давней знакомой, я прождал их на улице.

Они вышли и сели в экипаж. Я велел своему кучеру последовать за ними. Эта женщина вышла и направилась в дом, а Виктория уехала. Я быстро побежал за ней в дом. Когда она открыла дверь, то сразу узнала меня и пригласила войти. Мы разговаривали и я с каждым разом переводил разговор на Викторию. То, о чём я узнал… я и представить себе не мог, что такая красивая и милая женщина могла быть кокоткой.

— Неужели? Значит она не любила вас, а лишь играла с вами?

— Не совсем. Позже, когда я признался ей, что знаю, кем она является на самом деле, она была страшно напугана, потом бросилась к моим ногам и зарыдала. Она просила у меня прощения и повторяла, что не обманывала меня на счёт того, что любит меня. Я не знал, должен ли я поверить ей или нет, но в любом случае простил её. Она пообещала, что больше не будет вести такую жизнь и что больше никогда не станет меня обманывать.

— И вы ей поверили, потому что она пообещала вам?

Наверное, он никогда бы не стал доверять мне как этой женщине. - с грустью подумала я.

— Я хотел ей поверить, Кэтрин. Я мог сохранить её в своей жизни лишь простив ей всё, что она вытворяла. Я знал, что это неправильный выбор и что пойдут слухи о том, что сын главного судьи в Англии завёлся кокоткой. Но если бы я отпустил её, то жалел бы больше.

— Вы очень любили её?

— Слово “любовь”- означает множество эмоций. А то, что чувствовал к ней я, было большее чем просто любовь.

— После того - продолжил он - она всегда находилась возле меня, но это продлилось не дольше чем месяц, на что я и рассчитывал. Позже, я узнал, что она вернулась к прежней жизни и подумав, что она не сможет это бросить, я окончательно решил забыть о ней, как бы плохо мне от этого не было.

Я уехал в Рим, думая, что там могу увидеть очень многое и смогу забыть её, и когда это начало действовать, через четыре месяца мне пришло письмо из Англии, что неделю назад, Виктория умерла от передозировки. Когда я прочёл это, вокруг меня всё всплыло, я еле держался на ногах и не мог поверить в то, что женщина, которую я так любил, больше нету.

Я вернулся в Лондон и с приездом пошёл к её могиле. Я час простоял там, вспоминая наши с ней встречи, а потом отправился домой, почти убитый горем. Это продолжалось два года и я два года винил себя в её смерти….

После короткой паузы он добавил:

— Я должен был присматривать за ней.

— Это был её выбор. Она могла бросить жизнь кокотки и вернуться к вам, но оказалось, что ей и вправду нравилось так жить.

— Да… Наверное… вы правы. - сказал он, пожав плечами.

— Прошу, Николас, не надо себя так терзать за то, чего вы не делали. - взмолилась я.

Он посмотрел на меня глазами полной теплоты и любви, затем взял меня за руки и прошептал:

— Я рад, что встретил вас. Вы помогли мне поверить в то, чему я так старался убедить себя целых шесть лет. Я очень долго держал всё это в себе, а сейчас мне уже лучше, что я рассказал это именно вам.

Я скромно улыбнулась ему. Через секунду он осмотрелся вокруг и сказал:

— Уже довольно поздно, думаю, нам пора вернуться в дом.

На улице уже стемнело, я с особым вниманием слушала Николаса, что и не заметила этого.

Когда мы вошли, он остановил меня в фойе и произнёс:

— Не опаздывайте на обед. После чего, нежно поцеловал меня в щеку и поднялся к себе.

Я всё ещё стояла, а мои щёки горели. Мне хотелось сплясать от радости, и напевая песню, довольная, радостная, я пошла к себе в комнату.

========== Восемнадцатилетие. ==========

Зал был полон гостей, комната была прекрасно украшена разными цветами и гирляндами. Было накрыто два больших стола, с самыми изысканными блюдами, десертами и несколькими дорогими винами.

Платье на Катерине было нежно - золотистого цвета, и оно очень шло к её волосам и по низу юбки, оборки из легчайшего газа очень украшали её. Золотые блёстки искрились и переливались, при каждом движении на корсаже и газовых оборках. Когда Харриет одела её в это платье, Кэтрин убедилась её словам, что платье и вправду сидит на ней идеально, и она казалась в нём более грациознее, чем была на самом деле.

— Амелия, Лизи, как я рада вас видеть! - воскликнула я, обнимая их.

— Поздравляю! - сказали они, обнимая меня в ответ.

— Ты выглядишь просто божественно!

— Спасибо, Амелия. Ты всегда знаешь, каких слов я ожидаю. - ответила я, и мы весело рассмеялись.

— Кэтрин, ты обещала мне первый танец. - с этими словами ко мне подошёл Джим.

— Не мог же ты подумать, что я убегу?

— Даже если так, то не смогли бы убежать далеко, я бы вас догнал. - ответил он, приподняв голову смеющимися глазами.

— Не преувеличивай, это был твой первый и последний выигрыш, ещё не известно, что будет в следующий раз. - сказала я, с хитрой улыбкой, и Джим рассмеялся, оставив за мной последнее слово.

Мы начали наш первый танец. Все внимательно смотрели на нас и о чём-то перешёптывались, но мы с Джимом не обращали на них внимания. Мы весело кружились по залу, и я специально несколько раз наступила ему на ногу, а он отвечал мне тем же, после чего мы смеялись.

Вот мы остановились, и я увидела Николаса в вечернем костюме, в котором он казался ещё величественнее и сильнее. Он быстрым шагом подошёл к нам и произнёс:

— Думаю, второй танец за мной. И повёл меня к другим танцующим парам.