Страница 73 из 142
— Мейв, дорогая моя, не забудь мне потом напомнить, чтобы я дал объявление в газеты, о том, что Глоум Хилл нынче становится объектом паломничества, — она улыбнулась, а он бросил Филдингу: — Ну проси уже, что гостя томить!
И в обеденную залу словно ворвалось солнце, когда туда вошёл, дерзко и самодовольно улыбаясь… Джоэл Макалистер.
Джози вспомнила, как звали его в лондонских гостиных, — златокудрый Феб. И он вполне соответствовал этому красивому прозвищу. Тогда, любуясь тем итальянским певцом, Джози слукавила, когда сказала, что не видела никого красивее. Ведь она столько раз видела Джоэла — а он будто только спустился с Олимпа.
И Джози, желая отомстить Ричарду за тот взгляд, брошенный им на Латою, улыбнулась Макалистеру через стол. Он вернул ей улыбку столь ослепительную, что ей на минуту пришлось зажмуриться.
Ричард больше не веселился. У него вообще был такой вид, словно он хочет провалиться под землю. Даже есть перестал, так и замер со столовым прибором в руках.
Джози вспомнила, как в ту злополучную ночь после свадьбы Грэнвиллов, ещё там в Лланрусте, когда он умолил её, позволить ему быть нежным, Ричард сказал ей: если она встретит мужчину, которого сочтёт достойным себя и полюбит всей душой, он отпустит её, позволит ей быть счастливой. И должно быть сейчас он мысленно прощался с ней.
Джози вздохнула. И когда взглянула на Джоэла вновь, тот уже был полностью поглощён болтовней с Латоей, радуясь старой знакомке и, казалось, потеряв интерес ко всем остальным.
Джози почувствовала себя преданной, раздавленной, одинокой. В сердцах она сама сжала руку мужа, будто ища поддержки. И тут произошло преображение — этого невинного жеста хватило, чтобы Ричард засиял и показался ей вдруг очень красивым. То была утончённая, строгая, одухотворенная красота, перед которой броский Макалистер выглядел таким нарочитым и вульгарным.
Джози нежно и ободряюще улыбнулась мужу, и заметила, что Ричард в шаге от того, чтобы, наплевав на приличия, расцеловать её радостно и жарко.
— Сударь, я, конечно, понимаю, что ослепительная красота моей кузины способна лишить рассудка и заставить забыть о приличиях, но всё-таки не потрудились бы вы объяснить, какими судьбами вас занесло в Глоум Хилл? — Колдер покрутил в пальцах бокал и зло посмотрел на непрошеного гостя.
Джоэл с неохотой отвлёкся от беседы с Латоей и бросил на хозяина замка такой взгляд, словно это не он, а тот явился к нему незваным. Однако ответил:
— В паре миль отсюда имение моего деда, которое недавно перешло мне. Я отправился посмотреть, как там дела. Но дороги у вас — препаршивые! Тут на крыльях летать надо! У меня на экипаже даже рессоры просели!
— Искренне соболезную! — совершенно неискренне ухмыльнулся Колдер и добавил: — Но если я хоть что-то смыслю в механике, это не должно было вас остановить?
— И всё-таки я предпочёл остановиться — не люблю, знаете ли, рисковать! — заявил Джоэл.
— Вот как… Ну тогда, я думаю, вам следовало навести справки об обитателях этого замка. Знаете, в таких местах по шкафам прячутся не только скелеты, но и кое-кто похуже, — Колдер говорил вкрадчиво, с притворной дружественностью.
Джоэл хмыкнул:
— Я реалист и к тому же занимаюсь боксом. Так что как-нибудь справлюсь с грудой старых костей.
Сидящая рядом с ним Латоя одарила всех присутствующих такой надменной улыбкой, словно это она сама только что одолела страшное чудище.
Джози скривилась от её гримасы и переплела под столом свои пальцы с пальцами Ричарда. На лице у него от этого сделалось какое-то странное выражение — умоляюще-счастливое.
После обеда к Джози подошла леди Грэнвилл и, поскольку дождь перестал, пригласила прогуляться в сад. Садик был небольшой, но очень уютный и догорал сейчас последними яркими красками осени.
— Миссис Торндайк… — начала хозяйка Глоум Хилла, но та перебила её.
— Ах! Зовите меня Джози! — вскричала она, хватая леди Грэнвилл под руку.
Мифэнви, явно не ожидавшая такой страстности, слегка обомлела, но, мягко улыбнувшись, согласилась:
— А вы меня — Мейв!
— Как вам не страшно жить здесь?! — переходя на загробный шёпот, проговорила Джози.
— Сначала было немного, но теперь я не променяю Глоум Хилл на самые прекрасные дворцы! — искренне заверила леди Грэнвилл и, чуть помолчав, перешла к главному, что давно беспокоило: — У вас, как я понимаю, давнее соперничество с нашей Латоей?!
Джози презрительно фыркнула:
— Я бы не стала звать это соперничеством!
— И, тем не менее, разве вы не заметили её повышенного внимания к вашему мужу?
— Какая глупость! — Джози сама не верила в то, что сейчас говорила. — Вряд ли у неё есть шанс заинтересовать его?