Страница 6 из 13
Позже, когда обвинения с Клифа Снодграса и Марджори Райс будут сняты, криминалисты обнаружат новые факты, благодаря которым восстановят случившееся. Убийцей будет назван Винсент Руа.
Он выведет свою жену и двоих детей в гараж и там застрелит их из охотничьего двуствольного ружья «Мэрлин» модели «778». Причины подобного поступка так и не удастся установить, но друзья и соседи подтвердят, что ссоры в семье Руа были частым явлением. Так же будет зарегистрирован местный звонок из дома Руа в мотель «Биг Бэй». Брат жены Винсента Руа — Патрик Вебер — подтвердит разговор с сестрой. Биатрис Руа будет говорить сбивчиво. Она не назовет имя своего мужа, но несколько раз повторит, что ее и детей хотят убить.
— Голос у нее был тихий, словно она боится, что ее услышат, — скажет на суде Патрик Вебер. — Я слышал, как она кричит. Слышал грохот. Наверное, кто-то вошел в комнату, и она не успела повесить трубку… Не знаю… Я почему-то вспомнил семью Джо Мочератто, убитую меньше года назад бродягой, которого так и не нашли. Знаете, эта история пугала весь наш город… А когда я увидел ту машину у дома сестры… Те мальчишки не понравились мне, еще когда хотели остановиться в нашем отеле. Дерзкие, наглые… А потом я увидел их в сарае за домом. Увидел свою сестру и ее детей. Увидел ее мужа. Они были мертвы, а эти мальчишки… Они просто стояли там и смотрели… Мне казалось, что я сойду с ума…
Удар, который Патрик Вебер нанесет Джорджу Камингсу, вызовет внутричерепное кровотечение и окажется смертельным. Это случится после того, как Патрик Вебер отправит друга Клода Патерсона в город за шерифом.
— Этот мальчишка говорил, что они невиновны и ничего не сделали, — скажет на суде Патрик Вебер. — Он приближался ко мне, подняв руки, но я видел кровь на его пальцах. Поэтому я его и ударил… Да, я знаю, что криминалисты не нашли крови на руках этого мальчишки, но… Но тогда мне казалось, что я действительно ее видел…
— Не знаю, почему я схватила то ружье, — скажет на суде Марджори Райс. — Следом за Джорджем Вебер набросился на Клифа, и я думала… Я смотрела, как бьется в агонии на полу Джордж и думала, что этот мужчина убьет нас всех… Клянусь, я не знала, заряжено ружье или нет. Не знала, как им пользоваться. Но когда… Когда Вебер повалил Клифа на землю и начал избивать его ногами… Я кричала ему, чтобы он остановился, умоляла. А потом… Не знаю, как это случилось. Ружье в моих руках просто выстрелило…
Дробь попадет Патрику Веберу в бедро. Он выползет из сарая, встретит шерифа и соседей.
— Шериф Патерсон был жестким, решительным человеком, — скажет позже Патрик Вебер. — Когда он увидел меня, увидел Винсента Руа и его семью в сарае, увидел ту девчонку с ружьем… Он не сомневался.
— Когда он выстрел в меня, мне показалось, что я умерла, — скажет Марджори Райс. — Клянусь, как только я увидела шерифа, то сразу хотела положить ружье… Я не целилась в него…
Пуля пролетит мимо Марджори Райс, раздробив череп ее подруге Кей Томпсон. Позже шерифа найдут с проломленным черепом, но никто не сможет с точностью восстановить детали этой смерти.
— Он подошел к Марджори и начал бить ее в лицо рукоятью пистолета, — скажет Клиф Снодграс. — Я просто оттолкнул его. Иначе он убил бы ее. Просто оттолкнул…
Когда Марджори Райс и Клиф Снодграс выйдут из сарая, приехавшие с шерифом местные жители набросятся на них.
— Если бы Клиф не взял оружие шерифа, то они забили бы нас до смерти, — скажет на суде Марджори Райс.
Защищаясь, Клиф Снодграс выстрелит трижды. На суде он будет клясться, что стрелял в воздух, но одна из пуль заберет жизнь Клода Патерсона, а другая пробьет легкое старику Генри Гурхайму, который скончается в больнице спустя две недели.
— Клиф и Марджори лежали на земле, — скажет в их защиту адвокат. — Со всех сторон сыпались удары. Они имели право бороться за свою жизнь…
— Я не знал, причинил я кому-то вред или нет, — скажет Клиф Снодграс. — Главным было добраться до машины и убраться подальше от этого безумия.
Но ни он, ни Марджори Райс не смогут объяснить, почему вместо того, чтобы вернуться, они отправились по Дамп-роуд дальше, в глубь заповедника.
— Мы просто ехали вперед, пока не закончилась дорога, — скажет Марджори Райс. — Какое-то время Клиф еще продолжал ехать, но потом нам пришлось бросить машину…
Более трех дней местные жители будут преследовать Марджори Райс и Клифа Снодграса. Джефри Бойлд — местный кинолог-любитель — привезет собак, которые смогут взять след. На этих собак Клиф Снодграс потратит оставшиеся в револьвере шерифа патроны. Один из преследователей — Лари Брантон — исчезнет, и его тело найдут только две недели спустя. По заключению экспертов, он сломает себе шею в результате неудачного падения, но в дни погони жители обвинят в его смерти своих жертв: Клифа Снодграса и Марджори Райс, которым лишь чудом удастся добраться до города Лаэнс, расположенного на берегу одноименного залива.
Их поместят в госпиталь округа Барага, а после того, как услышат рассказанную ими историю, возьмут под охрану. Но после, на суде, никто из правоохранительных органов так и не сможет с уверенностью сказать, защищали они подростков от преследовавших их людей или же пытались защитить себя от этих подростков.
Ответственные за это лица возьмут паузу до окончания суда и впоследствии займут позицию выигравшей стороны. Заключительная речь судьи будет на редкость короткой и прозрачной. Клифа Снодграса и Марджори Райс освободят из-под стражи в зале суда, час спустя Патрику Веберу будет предъявлено обвинение в непреднамеренном убийстве Джорджа Камингса (его приговорят к пяти годам с возможностью досрочного освобождения через три). Для справки, тот же прокурор для Марджори Райс и Клифа Снодграса требовал максимально возможную меру наказания и даже после того, как подростки будут оправданы, продолжал настаивать на несовершенстве судебной системы.
— Я не верю, что мой брат мог убить свою семью, — заявит газетчикам Доменик Руа. — Вы отпустили убийц. Вы отпустили этих малолетних недоносков…
Два месяца спустя он придет в полицейский участок Техаса и признается в двойном убийстве Клифа Снодграса и Марджори Райс. Его признают невменяемым на момент совершения преступления и приговорят к двадцати годам с возможностью досрочного освобождения через семь…
История четвертая. Старые, как мир, двери
Череда снов. Джоанна Стюарт не любила делиться ими. Особенно со своим мужем. Кларк Стюарт был хорошим психологом. Многие из его бывших пациентов буквально боготворили его и спустя не один год после окончания лечения присылали благодарственные письма. Но жить с психологом и быть его пациентом — это были разные вещи. Джоанна ненавидела психоанализ. Ненавидела рассказывать о себе, о своих странных снах. Особенно мужу. Сначала это было как-то ненавязчиво — за обеденным столом на кухне собственного дома, в ресторане, на приеме, во время прогулки… Но потом психоанализ проник, наполнил собой всю жизнь.
— Тебе снова снились странные сны? — спрашивал Кларк, едва Джоанна успевала открыть утром глаза.
— Нет, — говорила она.
— Не ври мне. Я вижу. Это написано на твоем лице…
И так каждый день.
Больше всего раздражало Джоанну, что Кларк был прав. Сны действительно приходили довольно часто. Сны, появившиеся после того, как рабочие нашли на заднем дворе закопанное тело мужчины. Джоанна хорошо помнила тот день, потому что, по сути, она и нашла то тело — вышла во двор, чтобы посмотреть, как продвигается работа.
Экскаватор уехал, оставив уродливый котлован, который вскоре должен был превратиться в бассейн, но, глядя на разрытую землю, грязь и царивший хаос, Джоанна не могла представить себе конечный результат. Рабочие кружили вокруг котлована, улыбались ей, что-то измеряли, записывали. Перед тем как уехать, трактор раздавил клумбу с цветами, за которыми ухаживали Джоанна, и теперь она старалась сосредоточиться на бассейне, чтобы подавить злость. Не помогали и сигареты — чем больше она их курила, тем сильнее становились злость и раздражения. Но что это там с края котлована? Джоанна подошла чуть ближе. Рука человека. Джоанна не испугалась. Скорее наоборот — ее разобрало любопытство. Мужчина. Белый. Плоть начала разлагаться. Но…