Страница 55 из 91
– Да ну? – поставив кружку с пивом, удивленно посмотрел на него Захарыч.
– Трепло ты. Цыганок, – сдув пену, усмехнулся в черные усы коренастый. – Тебя слушать, так…
– Да ты что, Антоныч, – обиделся смуглый. – Точно говорю. Мне…
– Стреляли, – подтвердил сидевший за другим столом полный капитан милиции. Отпив пиво, вытер платком пот со лба. – Вчера. Якут какой-то. Он с Омулевки привез рыбу сдавать. Ну и, понятное дело, обмыл. А пить они, сами знаете, как умеют, пока не упадут. Кто-то с ним на ящик водки и побился об заклад. Мол, не попадешь с пятидесяти метров в колесо идущей машины, А сильнее ихнего брата обидеть нельзя. Вот он и пальнул два раза разрывными. И попал. – Отдуваясь, капитан снова смахнул пот. – Правда, теперь долго стрелять не будет. – Он засмеялся. – Его, поговаривают, отделали по первое число.
– Ну вот, – обиженно взглянул на Антоныча Цыганок, – а ты треплом…
– Так почему именно в машину? – перебил его плотный пожилой мужчина. – Может, специально подстроили?
– Тебе, Глеб Борисович, в контрразведке работать, – засмеялся милиционер. – Это, конечно, тоже Учитывают, – уже серьезно добавил он, – но, как я слышал, в этот час ни одна машина по мосту не проходила. Того, с кем якут спорил, тоже вроде взяли. Поспорили по пьянке, а вишь, что вышло. Почти вся область в ружье встала.
Выключив телевизор, Маршал подошел к окну. Он еще не приспособился к разнице в восемь часов и засыпал под утро. Посмотрев на звездное небо, вздохнул. Они здесь были уже почти месяц, и он все время тщательно проверял данные плана Боброва. В основном все сходилось, кроме того, что теперь золото перевозили не ежедневно, а раз в пять дней. Сначала это даже обрадовало Маршала: золота будет гораздо больше. Усиление охраны и то, что золото стали перевозить на бронированном микроавтобусе, тоже не обескуражило. Но когда он начал проверять план захвата, все пошло к черту. По его расчетам, после нападения на автобус им нужно было по крайней мере минут семь, чтобы взять золото, и на отрыв около десяти. Маршал даже отводил эти десять минут для того, чтобы милиция вышла на их след и начала преследование. Все равно времени хватало. Но при проверке… Маршал зло выматерился. Договорившись встретиться с Белым и Стасом в Сусумане, куда должны были приехать парни, Маршал выбрал более длительный по времени, но безопасный путь. Он доехал на поезде до Нижнего Новгорода и оттуда с двумя пересадками – в Свердловске и Красноярске – с чужим паспортом долетел до Якутска. А уж оттуда самолетом в Сусуман. Насчет паспорта Маршал не беспокоился, только тщательная экспертиза могла установить, что он подделан. Маршал не раз мысленно хвалил себя, что оставил в паспорте свое имя. Потому что никто из подельников не знал о том, что паспорт у него на другую фамилию. Называть друг друга кличками на Колыме Маршал строго запретил. Когда он приехал в Сусуман, то не остановился в городе, а первым же автобусом доехал до поселка Берелех и там снял квартиру. Выждав три дня, начал осторожно искать подельников. Белый, которого он случайно увидел на улице, жил у одной молодухи, продавщицы в хлебном магазине. Понаблюдав за ним два дня и убедившись, что Белый чист, Маршал снова как бы случайно столкнулся с ним на улице. Белый свел его со Зверобоем, который, к его немалому удивлению, тоже прекрасно устроился. Жил у немолодой женщины, врача. Она была старше Ивана на десять лет и, видимо, понимая, что с ее внешностью рассчитывать на мужа не приходится, держала при себе парня для постельных утех. Познакомился Зверобой с ней в самолете Магадан – Берелех и уже в первую ночь доказал ей, что она сделала правильный выбор. Но если Зверобой его удивил, то Стаc, можно сказать, поразил. Он обитал с бичами, которых на Колыме во все времена было предостаточно. Стаса нашел Иван, и Маршал сначала даже не признал его в обросшем, длинноволосом биче. Но подумал, что тот поступил очень разумно. Бичи, как правило, на преступления, за исключением мелкого воровства, не шли, и милиция, даже когда совершалось крупное преступление, их не трогала.
Затем через два дня появился Влас. Поняв, что он из Москвы ехал поездом, Маршал несколько раз довольно сильно ударил его. Кощей прибыл через четыре дня. С помощью любовницы Ивана Николая Удалось пристроить квартирантом к одним пожилым супругам, которые были тихими хроническими алкоголиками, а Власа – к знакомой врача. Маршал при последней встрече строго-настрого запретил им встречаться.
Затем Маршал приступил к проверке плана. Белыи оставил человеку, которого назвал Маршал, ящик коньяка и попросил его завести спор с каким нибудь узкоглазым охотником, что тот не попадет с пятидесяти метров из трехлинейки в мишень, движущуюся со скоростью восемьдесят километров в час. Маршал четырежды проверял скорость движения микроавтобуса с золотом. Человек охотно согласился. Он даже не удивился. Маршал умел выбирать людей. Интуиция ни разу его не подводила. Тот человек и завел разговор с пьяным донельзя якутом. А дальше все было просто. Влас и Кощей отвезли якута к мосту, снабдив бутылкой водки, приготовленной особым способом, а способ этот подсказал Маршалу старый чукча.
– Водки, – говорил он, – оленевода свалить, как медведя зимой в берлогу, однако, много надо. Зима Г хорошо, чукча олешек пасет. Водка можно много пить. Летом жарко и чукча дурной с водка делается. Чукче водка не дают. Чукча умный, сушит мухомор и добавляет настой порошка из корня медвежьей ягоды. Все мешает и в водку. Совсем мало надо пить. Чукча совсем пьяный.
За бутылку Маршал получил от старика порошка на три бутылки. Он рискнул и проверил порошок на себе. Маршал помнил, как выпил стакан водки и тут же уснул. Проспал пять часов и с радостью понял, что жив и даже не болеет.
Стрелял в колеса микроавтобуса Зверобой. Потом, сняв перчатки, сунул винтовку в руки спящего якута и по скале, присыпая следы смесью мелко растертого табака и черного перца, спустился к реке, где его ждал Влас с аквалангом. Якута взяли. Мужчина, который спорил с ним, в милицию пошел сам. Это ему посоветовал какой-то бич.
– Узкоглазика взяли, – сказал он, – спьяну в машину с золотом пульнул. Если тебя вспомнит, хреново тебе будет. Правильно будет, ежели ты сам в милицию пойдешь и о споре расскажешь. Спьяну поспорил. Не думал же ты, что узкоглазик по колесам золотой машины стрелять станет.
Перепуганный мужчина сразу же отправился в милицию. Правда, он мог там сказать, что этот спор предложил ему незнакомый человек, и Маршал держал в поле зрения Белого – если бы им заинтересовалась милиция, пришлось бы его убирать. За совет поставил бичу бутылку «столичной». Стаc с усмешкой предложил Маршалу распить первый трофей их дела.
И вот теперь Маршал, понимая, что его планы рассыпались в пух и прах, лихорадочно искал другую возможность разбогатеть.
– Надо что-то делать, – с яростью выдохнул он. – Надо! И в течение месяца. Только на месяц хватит денег, взятых у Якова Павловича, и тогда…
Маршал покрутил головой. Белый уже начал проявлять нетерпение и предлагал взять инкассатора с какого-нибудь прииска. А это провал. Допустить ненужный налет Маршал не мог. Он лихорадочно искал выход. И бесился, понимая, что, похоже, план, в который так верил, и дело, к которому стремился, летят к черту.
– Ты базарил, что не хрена мелочиться, – зло сплюнул Белый. – Я тоже так думал. Но ты не видишь, что ли, что мы голяк здесь тащим?
Маршал и сам понимает, что лажа – все эти гребаные бумажки. Он мужик с головой и за так на «ура» не пойдет.
– Я вот и базарил ему. На хрен нам голову ломать за тачку с металлом? Взять инкассатора с любого из приисков, и все, – он рубанул по воздуху кулаком, – мы миллионеры.
– Надолго ли? – насмешливо поинтересовался тас. – Даже если возьмем и уйдем, то надолго не хватит. Пока отсюда выбираться будем, половину, если не большe, потратим. Надо брать металл. Тогда хоть голодные выползем с Колымы, зато деньги большие получим. Металл, он всегда в цене. И она только растет, а не падает.