Страница 15 из 83
В другое время Ивар с большой охотой поболтал бы со студентами – странствующие школяры были людьми веселыми и общительными и знали множество веселых историй. Правда, они всегда старались выклянчить у своего собеседника монету-другую, но сегодня уговорить молодого норлока расстаться с деньгами не удалось бы и огнедышащему дракону.
Акрим Ивар знал неплохо, бывал несколько раз, когда приезжал к лекарю, который по просьбе Брена изготовлял лекарство для сращивания костей. Редкий всадник, осваивая езду на грифоне, обходился без сломанной руки или ноги, а зелье, приправленное магией, позволяло срастить молодые кости за несколько часов. Ивар шел быстро, уверенно ориентируясь в лабиринтах улочек; иные из них были такие узкие, что, встав посередине и разведя руки в стороны, ничего не стоило коснуться кончиками пальцев каменных оград.
Звяканье бубенчиков заставило его торопливо посторониться. Норлок отступил, почти вжавшись в стену дома: мимо брела цепочка людей в одинаковых серых одеждах с низко надвинутыми капюшонами: Акрим покидали больные проказой. Множество бубенчиков, нашитых на их плащи, предупреждали горожан о приближении прокаженных. Ивар поспешно вытащил из-под куртки амулет и пробормотал оградительное заклинание, с опаской поглядывая на людей в сером.
Когда они прошли, он свернул на тихую улицу и оглянулся вокруг никого не было. Норлок без труда отыскал дом лекаря – небольшой, сложенный из серо-желтого песчаника, за невысокой стеной, заросшей пожелтевшим диким виноградом. Ивар завернул за угол и тут же отпрянул назад: возле калитки, увитой отцветающими плетистыми ролами, стоял человек, держа в поводу двух коней. Один из них, гнедой, с белой протокой на морде, изнывая от скуки, пытался ухватить зубами другого, смирно стоявшего вороного жеребца. Видно, к скромному дому лекаря приехал покупатель не из простых, раз у него собственный слуга и такой красивый и, сразу видно, дорогой конь. Ивар с досадой выругался: ждать за воротами не хотелось, мог заметить кто-нибудь из норлоков. Парень повернул назад, обогнул дом, оказавшись в маленьком тихом проулке, огляделся по сторонам и бесшумно перемахнул через невысокую ограду.
Сад лекаря, похоже, никогда не знал, что такое ножницы садовника: розовые кусты разрослись так буйно, что превратились в заросли, а вьюнок, оплетающий деревья, полз по земле, хватая непрошеного гостя за ноги. Резко и пряно пахли незнакомые растения на заросших травой грядках. Выпутавшись из цепкого вьюнка, Ивар осторожно пробрался вперед, оказался за сливовым деревом и покрутил головой, осматриваясь: как только уйдет покупатель, следует сразу же приступить к делу. Он чуть отогнул ветку, Усыпанную мелкими фиолетовыми плодами, чтобы получше разглядеть сад, потом, не удержавшись, сорвал сливу и засунул в рот. Она оказалась такой жесткой и кислой, что Ивар, скривившись, поспешно выплюнул ее. Он сделал еще несколько маленьких шажков вперед, оказался возле кустов роз и тут, наконец, обнаружил того, к кому направлялся. На лужайке за домом расхаживал, оживленно беседуя с кем-то, невысокий человечек с длинными, почти до пояса, седыми волосами. Белая, как снег, борода была аккуратно заткнута на синий кушак, подпоясывающий балахон. Человечек был не кто иной, как лекарь – карлик Дрок. Он изготавливал из трав лекарственные настойки и снадобья на продажу: в Акриме ходили упорные слухи, что карлик был знаком не только с разрешенной магией. Ивар вспомнил про Брена и невольно поежился: тот пришел бы в ярость, узнав, что задумал его подчиненный.
Он быстро взглянул на солнце, определяя время: опоздать из увольнительной было равносильно самоубийству. Когда же проклятый покупатель покинет дом?
А тот, похоже, никуда не спешил.
– Да, встречал их в Доршате, – услышал Ивар чей-то голос. Он вытянул шею, чтобы увидеть, что происходит, потом осторожно передвинулся, стараясь, чтоб не хрустнула случайно под ногой сухая ветка.
Стала видна каменная скамья под развесистой ивой посреди лужайки. На скамье спиной к Ивару сидел темноволосый человек. Неподалеку возвышался сложенный из грубого камня небольшой открытый очаг, горело неяркое при солнечном свете пламя. На бронзовой треноге над огнем висел небольшой котел, а взобравшийся на маленькую скамеечку карлик, не прерывая разговора, время от времени помешивал варево деревянной ложкой с длинной ручкой.
– Но они исчезли гораздо раньше, – продолжал разговор покупатель. – Потом как-то видел их возле границы с Мглистыми землями. Там была их деревня. Не знаю, может, до сих пор есть? Люди всегда относились к вирам с предубеждением: магическая раса как-никак. Особенно, конечно, из-за оборотничества… Перевоплощались они практически мгновенно и в кого угодно: в человека или в животное. Если коснется человека, может стать его двойником. Понятия не имею, как они выглядели на самом деле. В Доршате виры были в облике людей.
– Слышал об этом. Да уж… им не нужно было учиться магии, она у них в крови, – кивнул карлик. Он заглянул в котел, зачерпнул жидкость ложкой и поднес к носу, принюхиваясь. – А я полжизни потратил, чтобы овладеть несколькими заклинаниями целительства! Да… Говорят, виры чуют чужую магию?
– Чуют, еще как, – неохотно ответил его собеседник. – Ничего хорошего, поверь мне… Если они знают, что где-то рядом магический предмет, то непременно хотят им завладеть. Не успокоятся, пока не получат.
– Ты слышал – вир стали замечать довольно далеко от Мглистых земель?
– Да, – по-прежнему неохотно отозвался человек. – Бродят по дорогам. Что-то не дает им покоя.
– Чужая магия? – проницательно предположил карлик. – Сейчас много болтают о том, что то там, то сям на дорогах встречаются какие-то темные личности. Говорят, это посланцы магов Аркаба шныряют по Доршате!
Ивар заскрипел зубами: гость явно не собирался ухолить, а время неумолимо истекало! Он сделал еще один осторожный шажок вправо, чтобы разглядеть собеседника карлика, но Дрок, положив ложку на край котла, повернулся, и норлок замер на месте.
– Сейчас что только не болтают. Много лет назад человеческим магам удалось подавить способности вир, почти все, кроме оборотничества. Уничтожить способность к перевоплощению оказалось не под силу. Вир вышвырнули из Доршаты на окраину, почти на границу с Мглистыми землями. Там обитают отбросы магических рас. А виры… не думаю, что они помнят и Доршату, и то, кем были когда-то.
– Кто это сделал? – поинтересовался Дрок. – Запретная магия?
Гость пожал плечами, явно не желая говорить на эту тему.
– Ну, тогда она еще не была запретной, – после паузы произнес он. – Скорей всего, маги из Аркаба… и кто-то хорошo заплатил им за это. Лучшие чародеи нашего мира бесплатно не работают! Если те, кто проникает в Доршату из Мглистых земель, и впрямь посланцы Аркаба, то виры, конечно, чуют их магию… потому и беспокоятся.
Карлик, прищурившись, взглянул на него, но промолчал.
В это мгновение Ивар с ужасом вспомнил, кому принадлежит этот голос, и похолодел. И черноволосый телохранитель за воротами, и породистый гнедой жеребец – все стало на свои места. Он еле удержался от того, чтобы не стукнуть себя кулаком по голове от досады.
Собеседник Дрока небрежно положил руку на спинку скамьи; блеснул серебряный перстень, хорошо известный всем норлокам Доршаты – печать «волков» Сульга. Ивар в панике оглянулся – из сада нужно было исчезать как можно быстрее.
– Отчего ж норлоки позволили людям расправиться с вирами? – поинтересовался карлик так спокойно, словно рассуждал о погоде.
– Норлоки тогда только пришли в Доршату, их было не так уж много. И если бы не поддержка драконов, нас постигла бы судьба вир, даже не сомневайся. С драконами магам Аркаба тягаться было не по силам.
Карлик постучал ложкой о край котелка:
– Что ж, норлоки решили, что их дело – сторона? Недальновидная позиция…
Ивар замер: теперь он знал, что произойдет дальше. Сейчас он станет свидетелем смерти несчастного лекаря, ведь никто на свете не смел безнаказанно разговаривать, так с Великим норлоком. Но к его изумлению Сульг хмыкнул: