Страница 30 из 105
Да и многое другое в этом квартале подтверждало его догадку: запущенный вид площади, более низкие небоскребы, безжизненная реклама, слабое движение. Здесь даже не было горячих прутьев.
Его взгляд свободно блуждал по рядам крохотных квартир. Он продолжал размышлять, куда мог исчезнуть Счастливчик. Включил радиоприемник. Оттуда раздалось:
— …в то время как загадочный Биллиг, мозговой центр «Развлечений Инкорпорейтед», как полагается, покинул страну. Сегодня вечером, в восемь тридцать по новому вашингтонскому времени, Президент Варне для нас, американских братьев-граждан, сделает заявление, отчасти чтобы потушить небольшое возмущение по поводу запрета на борьбу разных полов и запрета музыкальных автоматов-бурлесков, явно инспирированного неким кланом, но в большей степени для того, чтобы прокомментировать потрясенным согражданам предъявленные сегодня утром федеральным правительством обвинения шестидесяти пяти с высшим чиновникам. Могу предсказать — помните, это моя персональная ответственное и, и я готов уплатить штраф за клевету, — что Президент разоблачит «Развлечения Инкорпорейтед» в том, что они посильно применяли снотворное, таблетки, вызывающие временную стерилизацию у мужчин. Я потрясен и возмущен не меньше вашего роботами-девушками, оснащенными всем необходимым для непристойных целей.
А теперь важное сообщение о деле с котами. Должен сказать, что коты не являются переносчиками инфекции, поэтому ни при каких обстоятельствах их нельзя уничтожать, независимо оттого, принадлежат они кому-либо или являются бродячими. Знайте: за каждое уничтоженное животное полагается тюремное заключение. Однако все домашние коты должны быть предъявлены в ближайший участок службы безопасности. То же самое следует сделать каждому, кто заметит одичавшее или бродячее животное. За невыполнение первого распоряжения полагается высокий штраф, за выполнение второго — поощрение в сто долларов. За работу, ребята!
Возникает естественный вопрос: откуда такой интерес к котам со стороны федеральных служб? Национальная служба здравоохранения угрюмо молчит. Но выскажу весьма авторитетное в некоторых кругах мнение: обнаружено, что редкая порода котов является переносчиком вируса, уничтожающего рак. Сами подумайте, братцы, до чего здорово: один раз вырос, и потом уже нигде ничего не растет!
Но, дорогие слушатели, помните, а я сейчас повторю и по-марсиански: зип-зап-зуп! А именно: вперед, за котами!
Теперь относительно репортажа, в котором говорилось, что новая суперрадиозвезда Зельда Зорина, находясь на отдыхе в Бразилии, записала новую программу для ручных приемников — это реклама бижутерии для пляжа. Позвольте заверить вас, честных и порядочных граждан…
Фил собрал все свое воображение, пытаясь представить, куда направился Счастливчик. Голова нерешительно поворачивалась то вправо, то влево, словно стрелка компаса или блюдечко для спиритических сеансов. Наконец Фил выбрался из джипа и, не сворачивая, побрел, пытаясь обойти пыльные, похрустывающие кусты. Он миновал последнюю живую стену и впереди, через дорогу, обнаружил дом, такой же старый, как и жилище Экли, только сейчас над крышей высилось ясное небо.
Выстроенное из старинного кирпича в помпезно-респектабельном стиле, в духе банкира девятнадцатого века, здание имело три этажа. Оно степенно расположилось на террасе, заросшей, как и вся площадь, сорняками, и было окружено высокой чугунной решеткой.
Единственной выбивавшейся из гаммы нотой являлся объект в форме тарелки длиной в добрых пятнадцать метров, установленный на плоской крыше. Судя по ярко-зеленому цвету его нижней части, он мог быть сделан из меди. Создавалось впечатление, что объект одного возраста с домом и вполне соответствует ему, как если бы банкир девятнадцатого века вздумал надеть зеленый берет — и посмей ему что-нибудь сказать.
Фил пересек улицу, поднялся по ступенькам и стал напряженно смотреть сквозь чугунную решетку. Помимо старомодного дверного молотка он разглядел потускневшую от времени бронзовую табличку с надписью «Фонд Хамберфорда».
Внезапно Фил обернулся. Там, где стоял джип, виднелись две головы и обтянутые черным плечи двух мужчин. Их одежда неприятно напоминала спортивные костюмы Биллига и его команды. Казалось, они о чем-то спорили. Один сделал шаг, намереваясь забраться в джип, но второй дернул его за руку, и оба куда-то заторопились. С некоторым облегчением Фил отметил, что не в его направлении.
Он слегка толкнул чугунную калитку. Она открылась со ржавым скрипом, отчего Фил вздрогнул, но поскольку ничего не случилось, уже через минуту проскользнул внутрь и принялся тщательно изучать травяной покров, тихонько приговаривая: «Счастливчик!»
Периодически он посматривал на джип. Один раз заметил шлемы с радиоантеннами и голубые плечи полицейских. В следующий раз, чего доброго, там могут появиться доктор Ромадка или семейка Экли, а может, и Карстерс с Ллевелином и Баком. Фил поежился от мысли, как легко сейчас можно попасть в чьи-то руки.
Но вскоре его удивило нечто другое. Осматривая совершенно пустой заросший травой задний дворик, Фил завернул за угол дома и заметил темноволосого мужчину, который наблюдал за ним из-за забора.
Наибольшее впечатление на Фила произвело то, что мужчина слишком смахивал на девушку с копытцами, за которой он подглядывал. Мужчина имел жизнерадостное, словно у фавна, выражение лица.
Юноша замер. Однако мужчина безучастно зевнул, отвернулся и побрел прочь, то ли напевая, то ли насвистывая мотивчик, от которого у Фила по спине побежали мурашки. Он уже слышал его — во сне. И после этого все происходящее стало казаться сном: безжизненный дом, заброшенный сад, бесплодные поиски, печальные воспоминания об уходе Митци, непреодолимое чувство умершего прошлого. Тем не менее ощущение, довольно сильное, что Счастливчик где-то здесь, оставалось.
Спустя некоторое время Фил понял, что ему придется сделать нечто такое, чему он внутренне постоянно сопротивлялся.
Вопреки своему желанию он поднялся по ступенькам парадного входа, потянулся к молотку, но, оттягивая неприятный момент, несколько раз опять позвал Счастливчика.
Кто-то позади него вежливо спросил:
— Вы ищете кота?
Фил резко обернулся и оказался лицом к лицу с очень старым человеком, высоким и хрупким, словно призрак. Юноша даже не слышал его шагов. Тонкое, изборожденное морщинами лицо, коротко подстриженные седые волосы неуловимо кого-то напоминали. Черты лица отражали величие дохристианского аскета, и вместе с тем в них сквозил юмор веселого лесного духа, словно его владелец обрел второе, мудрое детство.
Хотя сердце Фила учащенно забилось от столь неожиданного вопроса, старик понравился ему с первого взгляда. Пока он колебался, тот сказал:
— Мой интерес, юноша, продиктован чисто академическими причинами — скорее, детским любопытством, что, по сути, одно и то же. — Его глаза лукаво блеснули. — Это, случайно, не зеленый кот? — быстро поинтересовался он. — Нет, вам не обязательно отвечать, по крайней мере, не больше, чем вы уже сделали. Я не хочу вас расстраивать. Просто особенность моего мозга состоит в том, что он автоматически делает маловероятные предположения.
Он широко улыбнулся, и Фил поневоле ответил ему тем же.
— Вероятно, вы журналист, — без запинки продолжил «призрак», — во всяком случае, мы можем притвориться, что вы журналист. Доктор Гарнет всегда созывает прессу, когда Фонд Хамберфорда делает открытие. К сожалению, сказать по правде, представителей печати здесь не было вот уже лет двадцать. Они просто перестали воспринимать парапсихологию как вещь, достойную внимания в их репортажах. Может, за это время вывели новую породу журналистов, у которых возродился интерес к телепатии и экстрасенсорике? В любом случае Гарнет и весь персонал будут счастливы присутствию представителя массовой информации.
— Вы хотите сказать, что Фонд Хамберфорда занимается исследованиями экстрасенсорного восприятия и явлений подобного рода? — спросил Фил.