Страница 3 из 114
Она протянула мне напиток и уселась рядом со мной на кушетке, держа в руках свой джин с тоником.
— Мне следовало бы ревновать, — сказала она. — Вы уезжаете на три дня с моим мужем в качестве его жены. Вы слишком привлекательная блондинка, чтобы мне не нервничать по этому поводу. Но я вовсе не ревную, Мэвис. Ведь это прямо чудо, что вы согласились. Стоит мне только об этом подумать, как хочется закричать!
— Благодарю, — скромно ответила я, — ничего особенного. Я просто выполняю свою работу, только и всего. Именно так принято говорить в подобных случаях по телевидению, а кто я такая, чтоб нарушать традицию?
— Я буду так рада, когда все будет позади, — вздохнула Клэр. — Вы обещаете мне быть осторожной, Мэвис, дорогая? Если с вами что-нибудь случится, я этого не переживу! На самом деле не выдержу!
— Тогда составьте мне компанию, — заметила я и поспешила выпить свой коктейль, чтобы не расплескать его.
— Как мило, что вы приехали навестить меня, — продолжала она, — я вам так благодарна!
Чем больше она говорила, тем сильнее это походило на мои поминки. Если бы не чек на две тысячи долларов и не слова Джонни о том, что я — единственная девушка, которой это под силу…
— Благодарю, — повторила я.
— Может быть, вам приготовить еще? — спросила Клэр.
— Нет, спасибо, — отказалась я, — работа детектива — все равно что флирт с красивым парнем: девушка должна сохранять трезвую голову, а то вдруг слишком увлечешься…
Клэр весело рассмеялась.
— Надеюсь, вы не забудете сказать это Дону.
— Не волнуйтесь, милочка! Наши взаимоотношения будут строго деловыми.
Говоря это, я скрестила пальцы, потому что надеялась, что это правда, но в отношении подобных вещей никогда ни в чем нельзя быть заранее уверенным, а если подумать, то три дня — это ужасно долгий срок, если принять в расчет и три ночи.
— Вам придется с Доном несладко, — задумчиво продолжала Клэр. — Я знаю, что ему страшно не хочется возвращаться в тот дом. Ребенком он там был страшно несчастлив. По временам у него случаются приступы хандры. Он может часами не разговаривать, потом его начинают мучить угрызения совести, он становится милым и ласковым. Полагаю, он так и не может забыть, что случилось с…
Клэр замолчала.
— Разумеется, — сказала я и похлопала ее по руке. — Я же все понимаю, милочка, и если у него испортится настроение, переживать особенно не стану.
Мне казалось, что она ждала от меня такого ответа, но по выражению ее лица поняла, что ошиблась.
— Мне думается, — медленно произнесла она, — им покажется странным, что вы будете спать в раздельных спальнях.
— Но это дело поправимое, — ляпнула я не подумав и сразу добавила, увидев выражение ее лица: — Можно всегда найти причину для того, почему спим отдельно. Храп, сопение, все такое…
— Да-а, конечно, — протянула она с сомнением в голосе.
— Надо ли мне знать что-нибудь еще? — спросила я.
— Не думаю. Ведь я никогда не встречалась ни с кем из них, значит, вас никто не сможет разоблачить. Дон недолюбливает и Ванду, и Карла.
— Кто это?
Ванда — сестра, а Карл — сводный брат. Ванда замужем за неким Пейтоном, Грегори Пейтоном. Он врач, или что-то в этом роде.
— А Карл?
— Холостяк. Во всяком случае, насколько мне известно.
— Это хорошо! — сказала я.
С минуту Клэр смотрела на меня, потом рассмеялась.
— Господи! Вот было бы забавно, мне сейчас пришло в голову, если бы с Карлом у вас что-нибудь вышло! Подумайте, какой бы скандал разразился! Жена Дона завела роман с его сводным братом.
— Я не думала об этом.
Что да, то да. Меня терзала мысль о том, что мне предстояло провести скучнейшие семьдесят два часа, выдавая, что я замужем за человеком, который таковым не является, а все остальные мужчины будут по этой причине держаться от меня подальше.
— Нет, благодарю, — сказала я, когда Клэр предложила мне снова бокал с коктейлем. — Думаю, мне пора идти. Была рада с вaми познакомиться, Клэр.
Она поднялась и проводила меня до двери.
— Я могу то же самое сказать и вам, Мэвис, — ответила она. — Когда все закончится, вы должны как-нибудь приехать к нам на обед.
— Непременно, — уверила я, думая про себя, что она, должно быть, ненормальная, если говорит искренне, но, взглянув на нее еще раз, поняла, что это всего лишь для проформы.
В офис я вернулась на такси. Джонни был на месте, он встретил меня широкой улыбкой.
— Ну, каковы впечатления, Мэвис? — спросил он тоном светского трепача. — Познакомилась с женой Эбхарта?
— Конечно, — огрызнулась я, — по тону Клэр я поняла, что жену номер три в настоящий момент толкают на железнодорожные рельсы под локомотив, который несется на всех парах.
— Ха-ха-ха! — весьма неестественно рассмеялся Джонни. — Ну уж моя Мэвис, вечно она шутит.
— Я не твоя Мэвис, и я не шучу, — отрезала я. — Я не то чтобы против первой части твоей фразы, просто у меня мурашки бегут по коже — до того мне страшно.
— Оснований для тревоги нет, — твердо уверил он. — Я выезжаю в Санта-Барбару следом за тобой.
— Вот утешил! Я подвергаюсь риску быть убитой или даже чему-то похуже, а ты отправляешься на отдых? Ты из тех типов, которые отправляют девушку домой после того, как она сказала «да».
— Мэвис, — устало спросил Джонни, — ты знаешь, где находится дом Эбхартов, так называемое «Толедо»?
— В Испании, а то где же! — объявила я. — Не увиливай и не меняй тему разговора.
— Это в шести милях от Санта-Барбары на самом берегу. Так что практически тебе достаточно просто свистнуть, и я прибегу.
Я перевела дух, почувствовав себя гораздо лучше.
— Я бы никогда не стал рисковать, чтобы потерять партнера! — очень серьезно сказал Джонни. — У нас партнерство, Мэвис. Ты активный сотрудник, а я только организатор. — Он закурил сигарету и нахмурился. — Так или иначе, Эбхарт заедет к тебе домой завтра утром, и вы отправитесь туда. Ну а я уже зарезервировал для себя место в ближайшем отеле на три дня. Я запишу для тебя адрес и номер телефона. Ты позвонишь мне, как только устроишься, и расскажешь, что там творится. Какое блюдо хотят состряпать.
— Возможно, из меня шашлык.
— Вот что мне нравится в тебе, Мэвис, — хохотнул он. — Никогда не вешаешь носа.
— Джонни Рио, — спросила я, — ты ведь будет плясать на моих похоронах. Неужели в тебе нет ни капельки жалости?
— Есть, конечно. Но в основном преобладает желание тебя придушить… Тебе совершенно не о чем тревожиться. Эбхарт все время будет рядом с тобой. Ты, надеюсь, не забыла, чему тебя учил этот сержант морской пехоты?
— Ты о чем? — спросила я. — А, ты имеешь в виду те приемы самообороны? Конечно не забыла. — Я с уверенностью кивнула. — От меня так легко не отделаться!
— Ты о ком?
— Конечно о мужчинах. Порой ты бываешь на диво тупым, Джонни.
— С кем поведешься… — пробормотал он. — Представим все это в другом цвете, Мэвис. Эбхарт отвалил нам самый большой аванс, который мы когда-либо получали. И должен будет заплатить еще две тысячи, если дело выгорит. А тебе, чтобы получить свою половину, надо всего лишь отдохнуть под Санта-Барбарой. А проживешь ты еще очень долго.
— Вот о чем я хотела с тобой потолковать, — заговорила я твердым голосом. — Послушай, если бы ты мог…
Джонни похлопал меня по плечу, потом подтолкнул к выходу.
— Тебе лучше отправиться домой и начать собираться, золотце, — сказал он. — Мы ведь не заставим нашего клиента ждать утром, верно?
— Джонни, я…
— В любое время дня и ночи, когда я тебе понадоблюсь, я буду там, — весело произнес он. — Только свистни!
— Как только ты мне понадобишься, Джонни Рио, я начну вопить! — холодно пообещала я. — И не воображай, что мой крик не будет слышен за шесть миль!
— Вот теперь ты прежняя Мэвис, — восхитился он и похлопал меня, но на этот раз не по плечу. Затем каким-то образом прекратил шлепать, одновременно с этим выставил меня за дверь и захлопнул ее за мной.