Страница 251 из 306
— Ух! — выдохнул Ягуар Гигедо, — Есть корабль сто метров и полторы тысячи тонн.
— Грузовая баржа, что ли?
— Сам ты грузовая баржа! Это «Superferry», скоростной паром, ходивший между Пуэрто-Рико и Флоридой в начале века. Такая вещь — даже жалко резать на лом. Тут еще цены на лом упали, а докеры-раздельщики в Гринго-Калифорнии наоборот, взвинтили цены на резку. Кризис у них, понимаешь ли! Гады! Всегда найдут повод украсть деньги у простого мексиканского парня! Я лучше буду работать с тобой. У тебя есть клиенты в Японии, а там не такой сильный кризис.
— В Японию мы отгружаем, — подтвердил Корвин, — но это не единственный наш канал сбыта и, кстати, если корабль интересный, то можно его не резать, а провести реновацию.
— Ух! Это ты хорошо придумал. Ну, пойдем на технический причал, посмотрим «Superferry», а заодно, может, ты еще что-то приглядишь. У меня сейчас там до хрена убитых кораблей!.. Эй, Чикита! Что ты там возишься? Ты уже сварила нам кофе или еще нет?
Возникла пауза. А потом из глубины дома раздался молодой сердитый женский голос
— Во-первых, я не Чикита, а Лукиана. Во-вторых, никто мне не сказал про чертов кофе. Или ты думаешь, я должна твои мысли угадывать?
— Ну, не дуйся, Лукиана. Да, я тебя перепутал. Виноват. Бывает. Ты давай, свари кофе, и скажи Санчесу, пусть кто-нибудь из его парней притащит этот кофе на технический причал. А то они подпирают стены без толку. Ну, давай, быстро, ты чудесная девушка, я тебя очень прошу.
— Ладно, — проворчал все тот же голос, но уже немного потеплевший.
— Моя голова, — тихо пояснил Ягуар Гигедо уже исключительно для гостя, — забита бизнесом, я путаю имена девушек, а они обижаются, конечно. Ну, пойдем смотреть мои убитые корабли.
Коллекция плавучего металлолома в (как бы) яхт-клубе «Мескалеро» поражала воображение. Несколько чудовищно ржавых, частично-разрушенных большегрузных судов соседствовали с множеством средних и мелких корабликов, вплоть до отслуживших портовых буксиров. Тут встречались и своего рода жемчужины. Неуклюжие плавучие рыбокомбинаты, строгие катера береговой охраны, и изящные морские экспрессы в частности «Superferry»…
— Неплохой кораблик, — сказал Корвин, — из него можно сделать красивый океанский шаттл.
— Знаешь, капитан, я предпочитаю свои деньги вперед, — сообщил мексиканский мафиози.
— Я тебя понимаю, дон Ягуар, но фирма «Kraken-Kraal» — не перекупщик, а подрядчик. Хозяин вкладывает свой убитый корабль, а мы — свою работу. Потом, продаем товар и делим деньги.
— Как-то это подозрительно, капитан. Ты возьмешь корабль, а какие у меня будут гарантии?
— А каких гарантий ты бы хотел, дон Ягуар?
Мексиканский мафиози снова стал молча изучать лицо собеседника. Корвин молча улыбался. Доброжелательно. С пониманием.
— Да, — произнес, наконец, Ягуар Гигедо, — кидать ты не будешь. Но, пусть в начале будет один «Superferry». Про остальное поговорим, когда я увижу, что получится из первой сделки.
— Договорились, — лаконично ответил меганезиец, — а сейчас мне надо съездить в аэропорт.
— Я помню, капитан. Шесть моих парней на трех «Хаммерах» уже наготове, вот там, — и Ягуар Гигедо махнул рукой в сторону парковки яхт-клуба — там действительно стояли три тяжелых армейских джипа, рядом с которыми перекуривали шестеро hombre характерного вида.
— Послушай, дон Ягуар, я просил только водителя с микроавтобусом на 15 пассажиров.
— Нет, лучше ты послушай, капитан Корвин. Вчера ты прилетел от друзей моих друзей, чтобы поговорить про бизнес, предложить новые пушки для моих парней и посмотреть мои убитые корабли. Не было речи про 15 девчонок, которые прилетят из Торонто. Но вечером позвонил человек, и ты взялся за это. Значит, с девчонками не все просто, и надо быть настороже.
— Да, — признал штаб-капитан, — наверное, ты прав, дон Ягуар.
Лайнер авиакомпании «Sunrise-West» из Торонто приземлился в аэропорту Ла-Пас точно по расписанию и, среди прочих пассажиров, по трапу спустились 15 девушек, вроде бы разной внешности, но по одежде, телосложению, и манере двигаться, очень похожих друг на друга. Можно было с уверенностью сказать, что все они серьезно занимаются спортом, или какой-то экстремальной физической работой. Остальных пассажиров несколько удивил тот факт, что на летное поле через служебные ворота выехали три тяжелых джипа армейского образца, и некий загорелый, наголо бритый субъект, высунувшись по пояс из верхнего люка головного джипа, крикнул во весь голос:
— Команда «Kjokkenmoddinger»! Я — Корвин! Вам — сюда!
— Что такое Kjokk…Kjokk… Ну, это? — спросила американка среднего возраста у своего мужа.
— Не знаю, — он пожал плечами, — видимо, танцевальная группа при какой-то рок-звезде. Ты же видишь: 15 одинаковых девушек.
— Да, я вижу, но почему их встречают прямо у трапа какие-то вооруженные люди на армейских джипах? Мне кажется, это вообще запрещено законом.
— Это как раз понятно, дорогая, по TV говорят, что рок-звезды часто приезжают в Мексику по приглашениям кокаиновых баронов, которым тут закон не писан, — ответил ее муж. И, как ни странно, пользуясь сомнительной информацией от CNN, он почти угадал. Эти девушки ехали к некому кокаиновому барону, но только транзитом. Сразу после прибытия в частный яхт-клуб «Мескалеро», они загрузились в «летающее крыло» — «Апельсиновоз», и — «Adios a Mexico».
Это произошло в 17:00 местного времени Нижней Южной Калифорнии. И (в силу некоторого неслучайного каприза судьбы) примерно тогда же, из аэропорта Гонолулу (в 14:00 Гавайского времени) взлетело другое «летающее крыло» в два с половиной раза большего размера и почти в двадцать раз большего маршрутного веса. Это был Boeing-797 «Hoax» с аравийской банковской делегацией и пятью тоннами поддельного золота (вольфрама с примесью меди).
«Апельсиновоз» со скоростью 200 узлов направился на юго-запад, к Маркизским островам.
Boeing-797 «Hoax» со скоростью 450 узлов полетел на запад, к далекому Брунею.
Расчетное время на маршруте для обоих самолетов составляло примерно 10 часов.
Между этими маршрутами была качественная разница.
«Апельсиновозу» предстояло лететь над океаном, где не было ничего ближе, чем пункт вылета (остававшийся за кормой) а потом пункт прибытия (соответственно, приближавшийся).
Boeing-797 «Hoax» должен был пройти сначала немного южнее Гавайской гряды, далее немного севернее Маршалловых островов, потом миновать Гуам, и оказаться всего в тысяче километров севернее архипелага Палау.
В часовом поясе Палау было 9:00 следующего дня (28 февраля), и на авиабазе Пелелиу как раз заканчивался завтрак. Пилоты и сотрудники служб обеспечения допивали какао с булочками и ждали дежурного офицера сектора информации с подтверждением новости, слух о которой уже пронесся: с завтрашнего дня, 1 марта, три четверти персонала переходит в резерв… И точно! Появился штаб-лейтенат, и, сверкая улыбкой, начал раздавать бойцам распечатки приказов. За столом послышался радостный свист, рев, и визг.
— Wow!
— Iri!
— Cool! Конец войне! Завтра разлетаемся по гнездам!
— Блин, а это что? — поинтересовался светлокожий креол, лет 25 с плюсом, в униформе штурм — капитана. Ростом и сложением он вовсе не выделялся. Лицо тоже обычное круглое, с немного выступающим подбородком и оттопыренными ушами. Волосы рыже-бурые, простая стрижка «бобрик». Из всей внешности выделялись только глаза цвета блеклого неба, слегка навыкате. Длинные выцветшие ресницы как бы подчеркивали жесткость и цепкость этих глаз…
— У меня такая же хреновина, — сообщил ему другой парень, примерно его ровесник, и тоже в униформе штурм-капитана, но по расе, — типичный мексиканский метис.
— Пиркс, Ми-Го, в чем проблема? — спросил дежурный штаб-лейтенант.